Опасные сны - Андрэ Нортон

Воздух вокруг них наполнился раздражением и злобой. Бар не мог бы сказать, почему он был так уверен в этих бестелесных эмоциях, он просто знал, что так оно и есть. И от этой угрюмой ярости он приобрел некоторую долю самоуверенности.

Другой Мастер не рассчитывала на столь сильную защиту со стороны их обоих, и ее дело в данный момент не удалось. Но только на данный момент – в этом Бар не сомневался. Неожиданно проявление чужой воли закончилось – даже злоба исчезла.

Юхач глубоко, почти с рыданием вздохнула, прошептав слабым голосом:

– Оно ушло.

– Но она попытается все это повторить снова? – спросил он.

– Кто знает? Во всяком случае, у нее еще хватает сил держать нас здесь.

– Ты уверена?

– Ты думаешь, я не проверила? Да, мы тут прикованы, в сне Осдейва, и я не знаю, каков будет его новый рисунок.

Бар посмотрел на щель в стене Башни. Он надеялся, что она теперь закроется, поскольку давящее на Бара требование войти туда ушло. Но отверстие не только осталось открытым, но и что-то явно угрожающее лежало в его густом мраке. Бару хотелось подойти и ткнуть туда копьем, но другая его часть сжималась при мысли о том, чтобы подойти ближе к этой загадочной крепости.

– Есть ли какой-нибудь способ, – он продолжал изыскивать возможные пути для бегства или хотя бы защиты, – продолжить импровизацию от конца известного сна Осдейва.

Она покачала головой:

– Я не подлинный Мастер. Поскольку я эспер, я могла точно перенять опыт Юхач, возродить его. Но у Мастеров Ти-Кри врожденный талант, и его укрепляют тренировкой с той минуты, как только он обнаружится. Многие из них почти не живут реальной жизнью вне своих снов. Я же знаю только то, что взято из прошлого Юхач и внесено в меня инструктажем.

– Значит, способа нет?

Но Бар отказывался признать поражение. Он не намерен покорно ждать, пока неведомое станет им угрозой.

– Я не знаю…

Сначала ее слова едва проникли ему в сознание. Но когда их значение дошло до Бара, он быстро повернулся к ней; его озлобленность на происходящее вырвалась вопросом:

– Ты можешь не знать, но какие-то догадки ты можешь сделать?

– Возможность есть, но весьма опасная… Она скоро сделает шаг; ты, наверное, чувствовал ее ярость, когда она не смогла нас заставить подчиниться ее желаниям. Если мы позволим какой-либо ее угрозе развиться полностью, то есть шанс, что я смогу связаться с нитью пряжи ее сна. Но тогда сон должен быть ее… не мой и не гибрид этого и другого.

– Но если ты обнаружишь связующую нить, что тогда?

– Если я смогу крепко держаться за нить, мы проложим себе путь отсюда. Мастера полностью запрограммированы насчет одного важного фактора: они обязаны разрушить сон по требованию клиента. Я не могла сделать этого для тебя из-за этой замкнувшей нас ситуации. Сон был дублирован и уже перекрыт силой другого, очень мощного Мастера.

Бар подумал над ее словами. Все это ему совсем не нравилось.

– Как далеко зайдет новый сон, прежде чем ты сделаешь это?

Она отвела глаза:

– Боюсь, достаточно далеко, чтобы сделать последствия очень опасными. Тебе придется встретиться с неожиданной опасностью, какую она произведет, и удерживать ее, пока я не обнаружу нить сна и не прикреплю нас к ней.

В этом была логика отчаяния, и Бар понял, что Юхач предлагает то, что намного превосходит ее опыт. Он ничуть не сомневался в опасности такого действия, но другого выхода не было.

– Значит, будем ждать, пока она снова начнет действовать, – решительно сказал он и неожиданно спросил: – Ты не знаешь, не можешь догадаться, кто она? Фустмэм?

– Нет, Фустмэм обучает Мастеров, но сама Мастером быть не может. Понимаешь, многие Мастера почти полностью отгораживаются от реальности; за ними ухаживают, как за малыми детьми. И те, кто о них заботится, не могут быть Мастерами как раз по этой причине. У Улья есть два Мастера, у которых умерли клиенты. Одна сама покалечилась в мире сна, так что хотя и жива, но… ее спящий мозг то ли мертв, то ли настолько поврежден, что до него нельзя добраться. Другая необычна в том отношении, что ее потенциальные возможности были обнаружены лишь тогда, когда она достигла юношеского возраста. Такое вообще-то случается, но крайне редко. Каждая семья, в которой в прошлом появлялся Мастер, знает признаки и ищет их с раннего детства, потому что найти такую – гордость для клана. И богатство… Такое позднее развитие время от времени случается, но это исключение из правил.

– Ты думаешь, что это она?

Юхач пожала плечами.

– Откуда мне знать? Два человека умерли во сне, который она пряла для них, но она сама не пострадала. Так что я могу дать тебе только факты.

– Ты видела ее? Разговаривала с ней?

– Нет. Улей держит своих Мастеров высокого разряда отдельно друг от друга. Если Мастер не работает, он рассчитывает повысить свои способности к творению сна сбором информации. Она изучает ленты, собирает материал для своих снов. Те, кто бодрствует, ведут очень одинокую жизнь.

– Для каждого из этих умерших имелись основания, чтобы кто-то желал их смерти, – комментировал Бар. – Либо их богатство, либо их положение делало их уязвимыми. Так что, если кто-нибудь сумел договориться с Мастером, может быть, даже дал собственные ленты…

– Да, это может быть, – кивнула девушка. – Все мы прячем в себе какой-то личный страх. Если узнать природу этого страха и материализовать его на самой высокой волне…

– …то человек может умереть или проснуться безумным! – закончил Бар. – Но такую информацию может дать только близкий человек.

– А как насчет твоего страха? – спросила она.

– Меня снабдили крепким фоном для установления личности, – смущенно ответил Бар, – но такое едва ли записано.

Он ходил взад и вперед, размышляя. Может ли сам Мастер извлечь из человеческого мозга его самый большой страх и материализовать его?

Когда он снова повернулся к девушке, то увидел, что она изменила позу и теперь пристально смотрит в черную дыру в Башне, которая так и осталась открытой. Тело ее снова было напряжено. Другого предупреждения ему не понадобилось. Что-то собиралось напасть, их враг двинулся снова. Но сколько Бар ни вглядывался в отверстие, он не видел ничего, кроме мрака. Он встал и подошел, встав плечом к плечу с Юхач. Он хотел спросить, нет ли у нее намека на то, что ожидается, но побоялся нарушить ее сосредоточенность. Она уже дала ему понять, что ему придется смело встретить все, что ждало их, и держаться как можно дольше, чтобы Юхач успела добраться до нити сна.