Клетка без выхода - Роман Глушков

Глаза маэстро сузились, а из горла вырвался натуральный животный рык.

– Подонок! – вконец рассвирепел Гвидо, отрывая меня от глыбы и швыряя через голову с легкостью профессионального рестлера. Я шмякнулся оземь с такой силой, что в дерне подо мной образовалось углубление. Внутри все екнуло: желудок и печень, похоже, поменялись местами, кишечник сплелся в узел, сердце сбилось с ритма, а легкие отключились аж на несколько секунд. Упади я сейчас головой на камень, наверняка успел бы заметить собственные разбрызганные мозги. Однако и от удара о мягкую землю голове пришлось несладко. Уши наполнились звоном, а перед глазами на фоне ясного неба вспыхнули звезды, тут же заплясавшие в хаотичном танце. Давненько не приходилось терпеть такого бесцеремонного к себе отношения. Впрочем, сам ведь на это и напрашивался.

Драться с Гвидо на кулаках было бесполезно, как и останавливать несущийся локомотив, встав у того на пути. Однако оставлять без ответа такое оскорбление было негоже. Совершенно не ощущая отбитого тела, я перекатился на бок и выхватил «Экзекутор». Вот сейчас на примере взбесившегося старикана и посмотрим, как выглядит со стороны таинство воскрешения в симулайфе.

Мерзавец-маэстро обладал не только мощью Кинг-Конга, но и проворством макаки. Я намеренно не стрелял дуплетом, дабы сберечь второй заряд на случай промаха, но Гвидо шутя увернулся от обеих пуль, после чего скачком сократил дистанцию и ударом ноги вышиб штуцер у меня из рук. А затем от души заехал мне кулаком под дых.

Второй раз за минуту я забыл, как дышать. А Зануда и вовсе решил перекрыть мне кислород, сомкнув пальцы у меня на горле железной хваткой. Я сопротивлялся изо всех сил, но мое жалкое ерзание больше напоминало агонию вздернутого висельника. Продолжай маэстро сжимать хватку, он сломал бы мне и гортань, и позвоночник. Рассвирепевший Гвидо был в полушаге от того, чтобы осуществить сей далеко не смертный в туманном мире грех. И, вероятно, осуществил бы, не случись в этот миг очередное странное происшествие.

В нескольких метрах за спиной маэстро прямо из ничего вдруг возникло сизое облако не то дыма, не то тумана. Вопреки логике, облако не развеивалось на ветру, а, наоборот, начало собираться в плотный шарообразный сгусток, который сначала стал ослепительно белым, а после запульсировал зеленым светом, словно в такт неслышимой музыке. Потом раздалось шипение, которое я с трудом различал сквозь свое сдавленное сиплое дыхание. Однако вскоре шипение перешло в свист, напоминающий звучащую на высокой ноте флейту, а облако-шар обрело окончательную форму, сжавшись в диаметре приблизительно до двух метров и не прекращая пульсировать.

Занятый моим удушением, Гвидо поначалу не обратил внимание на то, что творилось позади него, но усиливающийся свист заставил-таки его обернуться. Впрочем, увиденное не стало для Зануды сюрпризом: у него на лице отразилось не удивление, а раздражение, пришедшее на смену гримасе лютой ненависти. Маэстро грязно выругался и ослабил хватку, позволив мне наконец вздохнуть полной грудью. После чего, не дав мне отдышаться, снова ухватил меня за грудки и рывком поставил на ноги.

– Стой и не дергайся! – приказал Гвидо, косясь на мерцающий шар. – Позже договорим. И не вздумай от меня убегать!

«С чего это ты, старый хрыч, взял, что я буду от тебя убегать?» – хотел было возмутиться я, но не успел, поскольку в этот момент свист оборвался, а зеленый шар исчез, будто его и не было. Однако кое-что, а точнее кое-кто вместо него все же остался. В центре храма Огненной Птицы стоял человек, облаченный в грубое крестьянское одеяние и поношенные ботинки. Человек тер глаза и тряс головой, очевидно, приходя в себя после случившегося. Присмотревшись, я не обнаружил у него оружия, даже примитивного ножа, с какими в Терра Нубладо не расставались и дети. Тем не менее возникший из шара незнакомец определенно принадлежал к скитальцам, что лишний раз подтвердили ругательства, которыми он разразился, как только пришел в себя.

– Дьявол! Дьявол! Дьявол! – наплевав на Мертвую Тему, заладил во весь голос воскресший, в отчаянии обхватив голову руками. – Поганая «Терра» со своими погаными правилами! Поганый Квинт! Как ты, выродок, сумел почуять меня в темноте за полста шагов?! Как, черт тебя побери?! Ладно, тварь, рано или поздно, но я до тебя доберусь! До всех вас доберусь! Плевать я хотел на ваш авторитет, слышите! Пле-вать!!! Пле-вать!!! Пле!.. А... Какого хрена!.. Вы здесь откуда?.. То есть, я хотел сказать... добрый день, респетадос! Или утро?.. Или что у нас сейчас?

Комментарии были излишни. История, рассказанная мне Кассандрой, получила очередное убедительное доказательство. Только что на наших глазах точка возрождения «Феникс» воскресила очередного игрока, павшего где-то на безграничных просторах Терра Нубладо. Скиталец возвращался к жизни, имея при себе лишь верхнюю одежду, и если у него не были где-нибудь припрятаны на черный день оружие и деньги, воскресшему приходилось начинать игру в статусе нищего. Одними кулаками в туманном мире многого не добьешься, а за красивые глаза оружия здесь никто не выдавал. Даже диктаторы предпочитали нанимать на службу уже хорошо экипированных мерсенариев. Любопытно только, почему правило аннулирования инвентаря не сработало в моем случае. Опять спасибо Балансу?

Воскресший скиталец при виде нас оторопел. Неизвестно, был ли ему знаком маэстро Гвидо, но меня незадачливый вояка признал сразу:

– Респетадо Проповедник! Ты случайно не меня ждешь?

– Случайно не тебя, – ответил я, с опаской поглядывая на внезапно присмиревшего Зануду.

– И хорошо, – обрадованно произнес скиталец. – А то я испугался: думаю, не успел на свет появиться, а меня уже в чем-то обвиняют.

– Все в порядке, мы здесь по другому делу, – утешил я его, после чего поинтересовался: – Я слышал, ты упомянул одно имя. Тебе знаком респетадо Квинт?

– Еще как знаком! – злобно бросил воскресший. – У меня с ним давние счеты, и если бы ты не разнял нас тогда, в забегаловке у Марио...

– Ты был в «Посохе пилигрима», когда там застрелился скиталец? Что-то не припоминаю, – усомнился было я, но тут же смекнул: ведь Кассандра рассказывала, что, умирая в симулайфе, игрок утрачивал не только часть авторитета и вещи, но и приобретал для дубля новые имя, внешность и биографию.

– Не должен ты меня забыть, – заметил скиталец. – Это же я мошенника Кастора за руку поймал, что бы ты потом и не твердил про его честность.

– Берси?

– Он самый... еще пять минут назад был. А теперь... погоди-ка минуту, в новый паспорт загляну. – Бывший Берси полез в карман, извлек оттуда скитальческую записную книжку и открыл титульный лист. – Вот оно, мое новое имя – Антарий! А иду я, значит... – Он перелистнул страницу. – Ага – в фуэртэ Кабеса, чтобы купить породистого жеребца и перегнать его... проклятье – аж через всю страну на север! Откровенно дерьмовый дебют – ох, чую, отнимут у меня без оружия драгоценную кобылку... Хотя новое имя получше прежнего будет, и на том спасибо.

– Что ж, удачи тебе, Антарий, – сказал я. – Будешь в фуэртэ Кабеса, передай привет торговцу оружием Чико – давненько я его не навещал.