Невменяемый собственник - Юрий Иванович

Кстати, его Мальвика не раз видела и как раз с него начала ответ:

– Жемчужного ордена нет. Я бегло просмотрела всё, будь он здесь, сразу бы бросился в глаза. Часов тоже нет. Хотя заметила две диковинные овальные штуковины в виде толстенных медальонов. Может, они и раскрываются как-то и представляют собой именно часовые механизмы, но я-то просмотреть внутренности не могу… Ну и остальные дары соратников у меня в памяти не зафиксированы. Опиши их подробно на листочке, тогда мне легче будет их представить в воображении и поискать.

– Хорошо, сейчас опишу и оставлю на столе. – Невменяемый уже собрался выходить, немедленно потеряв интерес ко всей куче заслуженных наград. Раз там нет артефакта с жемчужинами, то сравнивать с ним даже часы – сплошное расстройство. Но был остановлен окриком в спину:

– Постой! Я под утро слишком спать хотела, потому и не стала спорить. – Тон Баризо не предвещал ничего хорошего. – Что это за наглые и авторитарные распределения обязанностей?! С какой это стати я должна по выбору какой-то зеленючки работать заурядным фильтром?!

– Малышка, это ведь не сложно…

– Вот и занимайся этим сам! А меня не смей даже косвенно к этому делу примазывать! Понял?

– Но как же так? – пытался Кремон лихорадочно отыскать выход из неприятного положения. – Ты же сама всю эту канитель с сувенирами и удачей затеяла…

– А теперь хочу о ней забыть! Назначай хранителем кого угодно, хоть того же Спина или Карага! Пусть эти умники с побрякушками и возятся!

– Да разве они справятся? Тут нужен именно твой, особенный взгляд, беспримерная память и уникальные способности верно оценить любой артефакт.

– Только не надо мне льстить и заговаривать зубы! Сказала нет, значит, нет!

Невменяемый тоже рассердился, начав с напоминания:

– Когда ты отправлялась со мной, то обещала помогать во всём и выполнять каждую мою просьбу.

– Просьба от натурального издевательства отличается как небо от земли! И я обещала тебе помогать в важных делах, а не сидеть целыми днями в каюте, перебирая никому не нужные цацки.

– Ага! Значит, ты так заговорила? Тогда учти, я попросту выброшу всё это за борт, если оно не будет систематизировано и уложено в трюм. А тебя при первой же оказии постараюсь отправить к дедушке Огюсту.

– Ах ты какой! – вскипела Мальвика от негодования. – Самого близкого и родного человека вздумал шантажировать изгнанием? Вместо того чтобы выдворить прочь окружающих нас шпионов?

– Ха-ха! Малышка, что за нонсенс? Какие шпионы?

– Да хотя бы тот же Квид Маршальский! Так и ходит вокруг тебя кругами, так и высматривает всё и аккуратно так у всех о тебе выспрашивает.

– Ну знаешь ли! Нельзя на подобных основаниях зачислять истинного учёного в ряды наших врагов или чингалийских лазутчиков!

– Я и не говорю, что он враг или из Чингалии. А вот чувствую…

Но Кремон уже умчался прочь, постаравшись не хлопнуть дверью. Терпение у него лопнуло. И только выскочив на палубу да залюбовавшись берегами очередного пролива, стал успокаиваться:

«Чего это я так разошёлся? И ведь стоило вернуться к себе да рассмотреть те медальоны, похожие, по словам Мальвики, на часы… Но всё равно, она ведёт себя дерзко и вызывающе. Или нормально себя ведёт?.. Может, ей и в самом деле тошно сидеть над разборкой этой неуместной коллекции?.. Хм, что же делать?.. Дам-ка я ей пару толковых парней, пусть она их подучит да все проблемы по ведению каталога на них сбросит… А что ещё делать во время этого визита в Партаун? Ведь не сразу получится из пехотинца сделать музейного работника. Если сестрица откажется прикрывать, меня эти дарители с ума сведут своими сувенирами!..»

Ну и конечно, о высадке или отправке маркизы домой он и сам всерьёз не думал. Просто ляпнул сгоряча, чтобы досадить, и всё.

Но к рядовому личному составу эскадры поспешил немедленно. И вскоре отыскал одного человека, который до службы успешно изучал бухгалтерский учёт, а сейчас согласился оказать юной даме посильную помощь. Как только утрясли вопрос о переводе, парень сразу получил должные инструкции:

– Отправляешься сейчас к её сиятельству и вежливо представляешься новым хранителем моей коллекции. После чего просишь передать тебе все предметы, описи, уже составленные каталоги. Если её сиятельство будет чем-то возмущаться или оспаривать, старайся не вступать с ней в полемику и тем более спорить. Просто стой спокойно и терпеливо. Лишь утверждай, что ты находишься в полном её распоряжении и готов выполнить любое поручение.

Парень оказался с пониманием:

– А если она меня выгонит прочь и разговаривать не захочет?

– Тогда проговариваешься ей, что возвращаешься ко мне за ключом от моей каюты. Ещё вопросы есть? Тогда ступай.

Не успел бухгалтер покинуть верхнюю палубу, как Кремон уселся в шезлонге и отделённым сознанием поспешил на просмотр намеченной встречи. Полог непроникновения и полог тишины закрывали обе каюты полностью, но они не были преградой для того колдуна, который их устанавливал. И проскользнуть через палубы, надстройки и переборки в нужную каюту не составило ни малейшего труда.

А вот в каюте подглядывающий колдун наткнулся на неожиданное: маркиза оказалась совершенно голая и только собралась облачаться в разложенный на кровати костюм и прочие женские мелочи. Невменяемый женщин в своей жизни навидался, и обнажённых в том числе, так что открывшаяся ему картина в стеснение и тем более в ступор не ввела. Да и проигрывала женская фигурка со всеми своими прелестями многим, ну очень многим женщинам. С такими, как принцесса Элиза Майве, царица огов Молли, герцогиня Шиари, и даже с такой, как графиня Сильвия Лазан, фигурку названой сестры сравнивать не стоило. Те своими манящими телами смотрелись намного породистей, изысканней, обольстительней, да и сексуальнее, что ли. В них имелась та сама роковая красота, которая так пленяет мужчин, тянет за собой, лишает трезвой рассудительности и здравого рассудка, заставляет кровь приливать не к мозгу, а совсем к иному месту.

Но и при таких сравнениях, совсем не лестных для неё, Баризо чем-то сразу пленяла взгляд, заставляла его держаться на себе и рассматривать внимательнее. Что в некоторой прострации и принялся делать Невменяемый отделённым сознанием. При этом он даже не задумался почему-то над низменностью своего поступка, его неуместностью по отношению к любой даме в общем и к своей названой сестре в частности. Просто пялился, не в силах оторваться.

Неправомочное действо оборвал резкий стук в дверь отправленного с поручениями пехотинца. И вместо картинки с красивым женским телом Кремону удалось подсмотреть сценку, которую можно было бы назвать весьма дельным именем: «Как быстро женщины умеют одеваться, когда их никто не видит и когда очень (и на самом деле!) торопятся. Потрясающее зрелище!»

Начав спокойным, чуть ли не скучающим голосом вопрошать: «Кто там?» и «Чего надобно?», молодая дворянка оделась за минуту с небольшим! И наверняка посрамила бы одевающихся по тревоге пожарников и вояк из особых подразделений. Тогда как в иных случаях, для какого-нибудь бала, визита или приёма, могла потратить на то же самое часа полтора, а то и два. Из чего в сознании формировалась мысль, что женщины изначально обманывают мужчин, создавая порой проблему на пустом месте из-за совершенного пустяка. И уж точно издеваются, когда восклицают, трагично заламывая руки: «Мне нечего надеть! И я не успеваю одеться к назначенному тобой времени!»