Имперская окраина - Василий Сахаров

Приблизившись к северянину, я остановился перед ним, дождался, пока он сфокусирует свой взгляд на мне, и спросил:

– Кто командует вашим войском?

– Военный вождь рода Горных Орлов Халли Обниц.

– Кто его правая рука?

– Тысячник Форз из Чёрных Соколов.

– Кто руководит чародеями?

– Верховный шаман Чёрных Соколов Галит Дазз.

– Каков план командующего?

– Не знаю, я всего лишь сотник.

– Как у вас обстоит дело с продовольствием, ездовыми животными и оружием?

– Всё есть, даже в избытке, республиканцы и племенное сообщество Волна помогли. Только с оленями и лосями проблема, лишь треть воинов верхами.

– Что ты знаешь о том, как Океанские Ястребы и дикари Дючина пережили эту зиму?

– Всё знаю, почти полгода с ними прожил.

– Расскажи. Кратко.

– На них напали имперские диверсанты, которые уничтожили все припасы Ястребов, после чего они попросили у нас продовольствие. Наши вожди дали, но за это потребовали от них полного подчинения. Ойкерен согласился, и теперь в своём племени он всего лишь голос Манчего.

– А что на это говорят шаманы Океанских Ястребов? Ведь это не по закону, когда один вождь командует другим, да ещё и шантажирует его лишением поставки продовольствия?

– Да, это не по закону, но кто силён, тот и прав, а шаманы молчат, потому что их осталось мало.

– Почему?

Пленник замялся, он не хотел отвечать на этот вопрос и попытался бороться с эликсирами. Но у него это не получилось, и тогда сотник попытался провалиться в беспамятство. Однако не тут-то было.

Дац-ц! – очередной удар стоящего рядом со мной контрразведчика взбодрил его, и он ответил:

– Весной самые лучшие шаманы Ястребов поехали в гости к своим братьям по ремеслу в становище Полярных Сов, и на них напали дикие гоцы. Был бой, и все они погибли.

– Это правда?

– Так говорят.

На губах сотника появилась пена, но я, чувствуя подвох и какую-то недоговорённость, не отступал и задал северянину новый вопрос:

– А что было на самом деле?

– А-а-а! – просипел нанхас и выдавил из себя: – Шаманов убили по приказу Итиши Манчего.

– Откуда знаешь?

– Я был одним из тех, кто во время схватки прикрывал наших чародеев.

Ко мне наклонился дознаватель, который прошептал на ухо:

– Что-то не так, господин граф. Клиент ведёт себя странно. Заканчивайте.

Я кивнул и задал самый главный вопрос:

– Какому божеству сейчас поклоняется ваше племя?

Откуда что взялось. Неожиданно пленник постарался порвать путы и вырваться. Вот только вязали его профессионально и не верёвками, а сыромятными ремнями, поэтому у сотника ничего не вышло, и он, задыхаясь, выкрикнул:

– Наш бог Неназываемый!!!

После этого тело пленника безвольно обвисло, его глаза слегка вылезли из орбит и остекленели, а голова опустилась на грудь. К нему сразу же подскочил дознаватель. Он стащил с правой руки перчатку, приложил два пальца к грязной шее северянина, пару секунд помедлил и сказал:

– Всё! Мертвец!

– В чём дело? – позади нас раздался слегка раздраженный голос Кратта.

– Господин полковник, – обернулся тайный стражник, – нанхас мёртв. Почему, не понимаю. Всё делали как обычно. Эликсиры не смешивали и от инструкций не отступали, а он подох.

Барон Кратт поморщился, косо посмотрел на меня и махнул рукой:

– Демоны с ним, с пленником! Это же не первый допрос был?

– Так точно! – отозвался дознаватель. – Третий. Все показания запротоколированы.

– Копии передашь его светлости герцогу Куэхо-Кавейру и его людям.

– Сделаем.

Иоганн Кратт отвесил моему сюзерену лёгкий поклон:

– Прошу прощения, ваша светлость. Мы думали, пленник крепкий, а он, подлец, не выдержал.

– Ничего, барон, – отозвался герцог. – Всё, что хотели, мы узнали. Это основное, а мелочи будут изложены в копиях допросов.

– Да-да, конечно.

Герцог кивнул мне на выход:

– Идёмте, граф.

Гай вышел, а я последовал за ним. На ходу мы не разговаривали. Молча покинули подвал и по широкой винтовой лестнице, миновав пять этажей и караулку, поднялись на смотровую площадку одного из внешних крепостных донжонов Содвера, под которым находились местные темницы. Отсюда открывался прекрасный вид на окрестности, поэтому мой молодой сюзерен любил проводить здесь время и отдыхать. Накинув на голову капюшоны зимних плащей, мы с герцогом облокотились на квадратные зубцы башни и стали наблюдать за жизнью раскинувшегося под стенами армейского лагеря.

В заснеженном поле между крепостью и густым подлеском в четырёх километрах от стен стояли ровные ряды палаток, крытые сборные навесы с коновязями и тёплые кибитки старшего комсостава. В лагере было шумно и постоянно происходило какое-то движение. Строем возвращаясь из леса, где проводились занятия по тактике, шли к своим походным жилищам небольшие отряды агнейских наёмников. Конный разъезд егерей уходил в сторону Мёртвой Пересыпи. Полусотня местных партизан с рюкзаками за спиной и оружием в руках сопровождала в центр лагеря обоз с дровами и продовольствием. Размахивая руками, в районе военно-полевого госпиталя о чём-то спорили три мага и парочка жрецов, а рядом с ними, словно третейский судья, стояла моя добрая знакомая госпожа Таисс Ланн. Я смотрел на всю эту привычную суету, и моё сердце наполнялось уверенностью, что мы обязательно победим.

Да, у противника больше сил. Но меньше, чем мы ожидали. Да, на одного нашего мага будет два вражеских шамана. Однако с нами ламия, и на своей территории служители наших богов сильнее северян, которые, судя по тому, что сказал пленник, всё же сменили божественного покровителя. Да, не все наши воины профессионалы. Вот только в Мёртвой Пересыпи нанхасов ждёт множество неприятных сюрпризов, которые для них приготовили штрафники, а вся граница буквально усеяна ловушками и укреплениями, где по зимнему времени наши бойцы смогут отдыхать, принимать горячую пищу и получать квалифицированную медицинскую помощь. Так что пусть они наступают. Это их право. А мы будем действовать по-своему. Встретим врагов в пустошах, проведём разведку боем, пустим северянам кровь, отойдём и станем ждать их на границе. Таков основной план. Ну а когда враги умоются кровью, тогда-то мы с ними попробуем договориться, ведь наверняка не все они фанатики и, насколько я понимаю ситуацию, имеется конфликт вождей, шаманов и религий. И значит, если данную тему не бросать на самотёк, из этого можно выжать очень многое. Глядишь, один-два рода отколется от племени, и нам будет легче.

Хоть того же Ферри Ойкерена вспомнить. Головастый мужчина и авторитетный вождь. Наверняка он понимает, что его шаманов, которых возглавлял старый Риаль Катур, уничтожили совсем не гоцы. И я могу поклясться, что ему не нравится положение, в котором он оказался, поскольку раньше он был равным среди равных, а теперь из-за слабости своего рода и собственных неудач – подчинённое Итиши Манчего лицо. Опять же среди рядовых членов племени много истинных приверженцев Кама-Нио, и они не могут не видеть и не понимать, что многие вожди с потрохами продались республиканцам и теперь навязывают им нового небожителя. И если всё, что Отири говорила мне о старшем Ойкерене, правда, а она, как правило, не ошибается, то когда нас сведёт судьба, невзирая на наш прошлогодний конфликт, можно будет попробовать сыграть на его ответственности за судьбу всех Океанских Ястребов и вывести этот род из войны. А устроить эту встречу достаточно просто. Схватка авангардов двух армий. В суматохе боя ламия наведёт меня на противника, и мы пообщаемся.