Маневры неудачников - Сергей Мусаниф

Это был Холден, агент британской разведки, с которым я познакомился в Белизе. И который, по сути, если и не втравил меня в эту историю, то сыграл в ней весьма значительную роль.

В конце концов, это он сопровождал меня во время похода в джунгли, с которого и начались мои приключения в будущем.

Скаари верят, что все в этом мире взаимосвязано и подчинено логике, которую можно просчитать. Мне же происходящее начинало казаться все большим и большим безумием. Обычно такое происходит с людьми, испытывающими недостаток информации. Или с теми, чей мир действительно сошел с ума.

У меня фотографическая память, почти абсолютная, и я не сомневался, что показанный Визерсом человек похож на Генри Холдена как две капли воды. Но я понятия не имел, что может означать этот факт.

Во-первых, это мог быть его двойник. Бывает же такое, в конце концов. Среди миллиардов людей наверняка должны быть индивидуумы, похожие друг на друга и при этом не являющиеся друг другу родственниками. А то, что мой жизненный путь пересекся с дорогами двух таких людей, могло быть простым совпадением.

Правда, с некоторых пор я не очень верю в совпадения. Слишком уж их много.

Во-вторых, это на самом деле могло быть изображение Холдена. Визерс утверждал, что они несколько раз промывали ему мозги, а он снова и снова выходил на тайную базу темпорального проекта в джунглях двадцать первого века. Нет ничего удивительного в том, что СБА располагала его изображением. Оставалось непонятным, для чего Визерс мне его показал, еще и уверяя, что это может быть галактический террорист номер один, но мотивы Визерса до конца понятны только самому Визерсу. В версию, что генерал СБА мог просто перепутать изображения и показать мне Холдена случайно, я не верил.

В-третьих, Азим мог быть прав и я действительно помнил события, которые никогда не происходили. И нет ничего странного, что для моделирования этих ложных воспоминаний специалисты из СБА воспользовались изображениями людей из своей базы и агента британской разведки никогда не существовало в действительности.

Тогда понятно, почему они наплели мне сказок про невозможность глубокого ментоскопирования — оно сразу бы выявило искусственное происхождение моих воспоминаний.

Впрочем, это всего лишь версия. Потому что, в-четвертых, все может оказаться еще сложнее.

Мне не хотелось бы, чтобы Азим оказался прав, но его реакция настораживала. Он был единственным человеком вне СБА, которому я рассказал полную историю своей жизни, и он выдал первое, что пришло ему в голову. Сказал, что моя жизнь придумана, а мое прошлое полно лжи. Неужели я на самом деле родился здесь, в этом времени, на территории Демократического Альянса? Какой-нибудь социк, которому было нечего терять? Или, может быть, я даже сотрудник СБА, добровольно согласившийся на это задание?

К бесконечному списку вопросов добавился еще один, самый главный, без ответа на который любые дальнейшие телодвижения теряли смысл.

Кто я?

— Я скорректировал курс, — сказал Азим.

— Чудесно. И куда мы теперь летим?

— Я тут обдумал ситуацию и вынужден признать, что дела у нас невеселые, — сказал Азим. — Скаари выпустили нас из своего сектора, но на этом наши неприятности только начинаются.

— Да. — Я тоже все обдумал и понимал, что Азим прав. — Надеюсь, у тебя есть какой-нибудь план.

— В Калифате нас объявили мертвыми, — сказал Азим. — Точнее, объявили-то тебя, ну и меня внесли в список за компанию. А поскольку сам калиф заинтересован в том, чтобы ты так и оставался мертвым, с представителями Калифата нам лучше не связываться. У нас есть поддельные документы, которые помогут нам выиграть время при встрече с ребятами из Империи или Альянса, но у нас нет денег, и нам стоит держаться подальше от их планет. Но главная проблема в другом. У нас нет никаких документов на этот корабль, и вряд ли кто-нибудь поверит нашему объяснению про подарок скаари. И это значит, что нам надо держаться подальше от любых представителей власти.

— И каков план?

— Надо попробовать задействовать мои старые связи.

— Что за связи?

— Старый калиф почти никому не верил и поэтому старался по максимуму задействовать в важных делах своих родственников. — Судя по тому, как тщательно Азим подбирал слова, он оценивал, сколько он сейчас может мне сказать и под каким соусом стоит подавать эту информацию. — Асад был при нем вроде агента по особо секретным поручениям, и частенько ему приходилось улаживать весьма щекотливые вопросы вне пределов Калифата. Я сопровождал его в нескольких таких операциях, и у меня есть знакомые… все закона.

— Преступники, — уточнил я.

— Ты что-то имеешь против преступников?

— Нет, если они действительно могут нам помочь. И куда мы все-таки направляемся?

— В Пекло.

— Чудесное место, должно быть, — сказал я. — Почему оно так называется?

— Это же очевидно, — пожал плечами Азим. — Там очень жарко.