Карантин - Вячеслав Шалыгин

– Я догадывался, – вжавшись в кресло, произнес Кирсанов нервно. – Где вы прятали свое оружие, в гульфике? И с каких пор «серые» нарушают все правила Игры и выходят из зоны?

– Для нас нет правил, – «серый» вновь направил оружие на Кирсанова. – Водитель, поезжай к вертолетным площадкам. Видишь их?

– Вижу, – буркнул шофер.

– Там стоит небольшая вертушка телевизионщиков. Остановись рядом с ней.

– Кирилл Константинович… – водитель взглянул в зеркало.

– Делай, как говорит наш «оппонент», – Кирсанов кивнул. – Ему сегодня везет. Расскажете, почему?

– Нет, – ответил «серый».

– Как хотите, – Кирсанов на удивление быстро взял себя в руки. – Зачем вы указали мне на движение наемной армии поблизости от ЦИК? Это ведь ваша армия, господин «оппонент»?

– Моя. Иногда говорить правду выгодно. Подробности вы узнаете, когда прибудете в ЦИК.

– Зачем теперь мне туда ехать? Чтобы попасть к вам в плен?

– Вы и так у меня в плену. Я объясню. Чуть позже. Водитель, вот этот вертолет. Останови машину. Кирсанов, выходите.

– Мы куда-то полетим? – Кирилл Константинович неторопливо выбрался из машины и окинул скептическим взглядом вертушку. – По-моему, это двухместный аппарат. Вы сами поведете?

– Еще чего, – пробурчал, выглядывая из-за вертушки немолодой пилот. – Это моя работа. Здрасьте.

– Петрович, погуляй, – сказал «серый» и открыл дверцу.

Держа Кирсанова в прицеле оружия, он сунул руку под сиденье и выудил оттуда черный пакаль с каким-то сложным рисунком. Петрович удивленно крякнул и потер затылок, этим жестом как бы укоряя себя за невнимательность: «и как я мог не заметить, что пассажир из зоны сунул такую ценную вещь под сиденье?»

Кирсанов тоже удивленно поднял бровь, но его незаданный вопрос звучал по-другому: «Почему это у «серого» не зеркальный пакаль, а черный, да еще с рисунком?» Но вслух Кирсанов прокомментировал ситуацию иначе:

– Дайте угадаю. Прежде чем прикинуться желатиновым комком, жертвой коварных «серых» и не менее коварных обстоятельств, вы приняли меры, чтобы вас не раскусили раньше времени. Спрятали свой пакаль. Но почему он не зеркальный? Разве не всем «серым» полагаются зеркальные пакали?

– Слово «полагаются» из того же ряда, что и «правила Игры», – ответил «Кривов». – Положения и правила я пишу сам. По ходу Игры.

– Поэтому у тебя хрен выиграешь, – негромко проронил Петрович. – Но и сам ты хрен выиграешь. Помяни мое слово.

– Я сказал – погуляй, – отмахнулся «серый».

– На дальнем краю поля уже мигалки с сиренами, – предупредил пилот. – Скоро здесь будут.

– Кирсанов, держите, – «серый» неожиданно вручил пакаль Кириллу Константиновичу.

– Зачем? – Кирсанов повертел вещицу, разглядывая рисунок и линии на оборотной стороне. – Занятно. Таких я еще не встречал. Вы его дарите?

Кирсанов поднял удивленный взгляд на «серого». Фальшивый Кривов встретился с ним взглядом и едва заметно подался вперед. Кирсанов застыл, словно изваяние. Даже глаза у него остекленели.

– Какие ловушки есть в вашем кабинете, Кирсанов? – спросил «серый». – Не отвечайте вслух, просто подумайте о них.

– Вы… меня… подловили… – с большим трудом ворочая языком, сказал Кирсанов. – Вы собираетесь… ворваться в ЦИК? На штыках своих… наемников?

– Не отвлекайтесь. Спасибо. С ловушками все ясно. Код вашего сейфа.

– Где… деньги лежат? – Кирсанов попытался улыбнуться, но получилось у него плохо.

– Вы очень сильный человек, – «Кривов» изобразил намек на уважительный поклон. – Но сопротивление бесполезно. Даже вредно. Вы можете обеспечить себе головную боль на целый месяц. Или того хуже – инсульт. Мне нужен код доступа в хранилище пакалей.

– Вы ведь… можете… прыгнуть прямиком внутрь. Зачем вам коды?

– Вы обижаете меня, Кирсанов. Я знаю об особой защите вашего хранилища. Я смогу прыгнуть, но не сумею оттуда выпрыгнуть. Поэтому я прыгну в ваш кабинет. А дальше… думайте, Кирсанов, о коде, или я расплавлю вам мозги!

Кирсанов медленно поднял руки и схватился за виски. На лице у него отразилась гримаса страдания. Но зажмуриться или хотя бы отвести взгляд он так и не сумел.

– Да подавитесь, – выдохнул Кирсанов.

– Другое дело. Мы почти закончили.

– Хотите получить… еще и коды отключения… внешнего периметра обороны? Не забывайте… кроме автоматики… там есть вооруженные люди.

– Это не моя забота. Внешними контурами займутся мои помощники.

– Тогда о какой еще защите… вы говорили?

– Вы действительно не знаете? – «Кривов» усмехнулся. – Ваши хрустальные черепа, что находятся в том же хранилище, где и пакали, это не просто коллекция занятных артефактов. Впрочем, оставлю разгадку этой тайны вам на сладкое.

– А оно… будет?

– Да, Кирсанов. Я не стану вас уничтожать. Вы еще пригодитесь в Игре. Ведь скоро она начнется с нуля.

«Серый» взмахнул рукой, будто бы ставя собеседника «на паузу», достал у него из кармана смартфон и набрал номер.

– Слушаю, – простуженно прохрипел абонент. – Кто это?

– Это я. Твои люди на позициях?

– А-а… начальник… да, все пучком.

– Слушай внимательно. Сейчас ты свяжешься с посредником омской группы наемников-штурмовиков…

– С Батоном?

– Я не хочу знать никаких имен и кличек. И никто, кроме тебя, не должен знать, кто их нанял…

– На самом-то деле и я этого не знаю, – наемник хмыкнул.

– Не перебивай. Посредник должен передать командиру штурмовиков приказ двинуться к первичной базе ЦИК на Московке. А затем пусть передаст приказ о выдвижении в зону другому посреднику, который доведет этот приказ до командира вольных квестеров.

– На фига такие сложности?

– Эта цепочка нужна, чтобы не навредить ни мне, ни штурмовикам, ни тебе и твоей группе. Вольные квестеры должны будут отправиться в зону, чтобы заблокировать квестеров ЦИК.

– А-а, въехал! Чтобы зафиксировать невезуху Кирсанова? Зачетно! Все сделаю, начальник, говно вопрос. Сам-то где будешь?

– Как только достану второй пакаль, прибуду прямиком в ЦИК. Ты в этот момент начнешь отвлекающий маневр – штурм периметра.

– Понял, – воодушевился наемник. – Какой будет сигнал? Красная ракета, взрыв, сирена?

– Я позвоню.

– Так скучно? – наемник ухмыльнулся.

– Да. И помни, Лектор, это твой последний шанс. Сорвется дело по твоей вине, верну тебя в Антарктиду.

– Я все понимаю, начальник, – Лектор опять ухмыльнулся. – Если сорвется по моей вине – базара нет, отвечу. Но за удачу я не в ответе.