Проклятая рота - Олег Львов

Ударился вроде бы не больно, ничего не повредил, но остался лежать, точно манекен. Непонятный «мороз», раньше приходивший только во сне, на этот раз явился среди бела дня.

– Эй, ты чего? – голос Ярха донесся как через вату.

Я пошевелил губами, но не смог произнести ни звука.

– Давай его, помогай… – это уже Пугало.

Меня перевернули на спину, я ощутил прикосновение к подбородку, и в рот потекло нечто кислое, ага, вино из фляги Ярха, жаль только, что я даже глотать как следует не могу…

Демоны побери, что это за напасть?

– Чтоб мой дед откусил мне зад! – взорвался красноглазый. – Что с ним такое? Попробуем дозваться кого из колдовских придурков? Где там эти чародейские цацки?

– Вряд ли ты с ними что-нибудь сделаешь-то, – сказал Пугало.

Но Ярх все равно забрался в мои седельные сумки, вытащил сначала заколку Семерки, затем черное яйцо, подаренное Мухомором, принялся их тереть и подбрасывать, дуть на них и прикладывать к уху.

– Да где ж вы там, когда так нужны? – проговорил он, убедившись, что ничего не помогает.

– Ни… ничего, – к этому моменту я уже начал «оттаивать», и язык с губами меня послушались.

– А, заговорил? – Пугало нагнулся ко мне поближе. – Что это было?

Им пришлось подождать еще несколько минут, пока я окончательно не приду в себя, и только потом я рассказал, что это у меня не первый подобный приступ, но что прежние я скрыл.

– И зря! – уроженец Южных земель не скрывал досады. – Мог бы и посоветоваться! С Мухомором хотя бы. Я такой болезни не знаю, да и Рыжий… прежний… ничем подобным вроде бы не страдал.

– Ладно вам болтать, – влез Ярх. – Очухался? Так поехали… – он осекся. – Ну, тихо! За нами наблюдают, чтобы мне провалиться!

Я схватился за меч и закрутил башкой, но не обнаружил никого и ничего подозрительного. Даже птичка, навестившая нас перед самым моим приступом, куда-то умотала, и ее сородичи скрылись из виду.

– Это местные, горцы, – сказал Пугало.

– Люди? – уточнил я.

– Да, но от жителей равнины они отличаются-то больше, чем те от гномов или эльфов.

Интересно чем, тем, что жарят на завтрак мирных путешественников?

Но мои спутники не казались особо встревоженными, так что успокоился и я. Взобраться в седло я смог самостоятельно, и вскоре только холодок в желудке напоминал о том, что произошло недавно.

Начали попадаться скалы, сначала одиночные, потом группами, серые и белесо-зеленоватые от покрывавшего их бока мха. Горы заслонили весь горизонт, теперь я мог видеть, чем отличаются соседние пики, как метет на вершинах поземка и как сходят по склонам лавины.

Облака ползали по хребтам, точно серые огромные слизняки.

– Ага, вот и они, – с удовлетворением сказал Пугало, когда дорога поднялась на вершину очередного холма.

Дальше шел ровный участок, и вот там, где он заканчивался и начинался еще один подъем, высились два каменных столба – черных и гладких, словно колонны, высотой метров в пять. И на вершине каждого сидело по человеку, такому неподвижному, что я сначала принял их за изваяния.

Так что когда один из них повернул голову, я едва не вздрогнул.

– Встречают, хари татуированные, – добавил Ярх.

Мы подъехали ближе, и я убедился, что красноглазый не ошибается – сидевшие на каменных столбах были облачены лишь в нечто вроде мокасин и набедренные повязки из шкур, зато кожу их, начиная от лица и до самых лодыжек, покрывала сеть из сплетающихся синих линий.

Но как эти чуваки туда залезли? По гладким-то бокам?

Аборигены поднялись на ноги одновременно, мягким текучим движением, и прыгнули вниз. Приземлились на ноги и остались стоять, довольно красноречиво загораживая дорогу. Вооружены они были луками, да еще висели на поясах ножи… Но кто сказал, что их всего двое?

– Мира и процветания, – сказал Пугало, когда до аборигенов осталось метров десять, и натянул поводья.

– И тебе того же самого, – ответил стоявший справа, сложенный покрепче сородича и с длинным носом. – Спокоен ли был ваш путь? Что нового происходит на равнинах?

Ребятки нам попались по-горски вежливые – сначала потреплемся о ерунде, и лишь выяснив, что у наших жен, прадедушек и коз все в полном ажуре, перейдем к разговору о делах. Ну, или к драке, если аборигены решат, что мы мальчиши-плохиши и нас проще убить, чем позвать в гости.

Пока Пугало обстоятельно рассказывал, что мы видели во владениях Зеленой Госпожи, я разглядывал татуировку – чрезвычайно сложная, она образовывала узор из листьев, веток и чего-то вроде сосулек, и чувствовалась во всем этом какая-то система.

Может быть, вон те отростки означают количество детей?

А «листочки» на лбу – сколько ты принес домой вражеских скальпов?

– Ну что же, мы слышали о том, что хворь пришла в нижние земли, – сказал носатый, едва Пугало замолк. – Что же вы ищете у нас, ведь вы не похожи на торговцев?

– Нам нужен тот, кто известен вам как Одинокий Ваятель.

Удивительно, но Ярх за время беседы ни разу не подал голос, а это для него настоящий подвиг на грани возможного – не иначе как понимает, что может брякнуть что-нибудь, обидеть местных, и доказывай потом воткнувшейся в пузо стреле, что ты не то имел в виду!

– Вот как… – аборигены переглянулись. – Ну что же, это понятно, идите за нами. Кров наш – ваш кров.

– Благодарю, – Пугало поклонился. – Наше оружие – ваше оружие.

Да, он знал, как обращаться с татуированными горцами.

И дальше мы двинулись в сопровождении эскорта.

Когда позади раздался какой-то шорох, я оглянулся и убедился, что сзади шлепают еще двое аборигенов, неизвестно где прятавшихся во время нашей беседы и наверняка державших луки наготове.

– Они вроде как подчиняются Госпоже, – прошептал Ярх, нагнувшись ко мне. – Только вот податей и солдат она с этих мест не получает, и сранских жертвенников ее ты здесь не найдешь.

Селение мы увидели только вечером, когда солнце повисло над самым горизонтом и снега на вершинах стали багровыми, точно их облили кровью: сложенные из валунов башни этажа в два-три, над каждой поднимается дымок, вокруг бродят собаки, козы, женщины и дети.

Нас заметили, матери тут же похватали детей и укрылись в жилищах.

– Вас надо будет очистить, чужеземцы, – сказал носатый, оглянувшись. – Вдруг вы, сами того не желая, принесли с нижних земель терзающую их хворь? Горные духи помогут нам избавиться от нее, если же нет, то мы вынуждены будем отказать вам в ночлеге.

Каким образом – прогоните или убьете и сожжете?

– Ждите тут, – закончил абориген и зашагал дальше, а трое его сородичей уселись на землю.