Ребята с нашего склепа - RedDetonator

стены, поэтому я побежал туда и сразу же начал ставить множественные «Заслоны Смерти», чтобы укрыть свои войска. Тактика уже давно отработана, поэтому мои немёртвые солдаты быстро построились в квадраты, которые я прикрыл очень мощными щитами, щедро напитанными некроэнергией. Осколки, пули, ударные волны — эти щиты не пройдёт ничто. Насчёт прямого попадания не уверен, но ты пойди ещё попади.

— Ты где там водишься, Панорамикс? — выбрал я на рации особый канал.

— Почти закончил подготовку, — ответил он. — Буду через час или чуть больше.

— Поторопись, — велел я.

Как я уже говорил, у меня все ходы записаны. Любой сценарий, который выберут противники, имеет давно продуманный контрсценарий. Используете танки? Вот вам мой ответ в виде ПТРК. Штурмуете пространство за стеной? Вот вам линия укреплений с контролируемыми направлениями для штурма. Используете артиллерию? Вот вам моя ответочка в виде Тип 10, используемых не совсем по назначению.

Катрин принесла планшет уже запущенного дрона, который летел на высоте трёхсот метров, прямиком к осадному лагерю. Этот уже не военный, а гражданский, поэтому у него и труба пониже, и дым пожиже. Летает на меньшее расстояние, не так высоко, батарейка слабее, но зато он меньше и легче.

Пролетаю мимо «коллеги», который спешит в сторону города, чтобы посмотреть, как у нас дела.

— Леви, ты уже знаешь о концентрирующихся танках в квадрате Ню-5? — спросил я через рацию.

— Да, повелитель, — ответил немёртвый генерал.

— Разбомбить их кумулятивно-фугасными снарядами, — приказал я. — Спалите хотя бы один — уже не зря стреляли.

— Слушаюсь, повелитель, — ответил Леви.

Через полторы минуты загрохотали танковые пушки и вокруг вражеских танков начали разрываться снаряды. Скорострельность Тип 10 — это нечто. Ленточный конвейер подачи снарядов позволяет поддерживать скорострельность пятнадцать выстрелов в минуту, то есть выстрел в четыре секунды. В боевых условиях, конечно, такой скорострельности и близко нет, но сейчас особый случай — надо накрыть площадь.

Разрывы происходили очень часто и кучно. Несколько снарядов попали почти удачно и разорвали в клочья минимум пять человек, причём у одного из них в руках был снаряд, который взорвался и осыпал осколками ещё пару человек.

«Леопарды 2» начали пятиться назад, чтобы уйти из зоны обстрела. В мой дрон начали стрелять из штурмовых винтовок и из танкового пулемёта, но шансы попасть в столь маленькую цель крайне малы.

Кому-то из вражеских танкистов пришла светлая мысль и перед танками разорвались дымовые шашки. Они думают, что огонь корректирую именно я, но на самом деле это делает военный дрон, висящий на высоте около километра — оптика позволяет видеть всё в деталях.

Подавляющее большинство снарядов взрывалось вообще без какого-либо смысла, но компетентный обслуживающий персонал — это тоже цель.

Один из «Леопардов» повертел башней и раскидал дымовые шашки, накрывшие завесой всю область.

Теперь за этим стало не очень интересно смотреть, но я надеялся, что ещё будет хоть какой-то спецэффект.

Наконец, моё терпение было вознаграждено: в дымовую завесу влетел очередной снаряд, после чего вспыхнул большой взрыв, со спецэффектом в виде вылета из завесы пылающего зенитного пулемёта.

Это стало последней каплей. Оставшиеся танки разъехались в разные стороны, набирая скорость и петляя.

Теряю интерес к локации и лечу в направлении осадного лагеря.

Тут войска ордена и немёртвых формировали малые группы, которые сразу же отправлялись в направлении Фив. Примечательно, что вооружены они теперь штурмовыми винтовками — все последние приличия окончательно отброшены и теперь всё будет происходить по-взрослому.

Внезапно, дрон подхватил мощный поток воздуха. Маленькие моторчики не справлялись с его преодолением, поэтому дрон потащило назад, а затем вообще вниз, прямо в землю. Хуякс! — у меня больше нет дрона.

— Леви, имей в виду, что у них есть какое-то средство против низколетящих дронов, — предупредил я генерала по рации. — Мой дрон только что попал под действие управляемого воздушного потока и разбился.

— Понял, повелитель, — ответил Леви. — Будем держать разведчиков на максимально возможной дистанции.

Передаю бесполезный теперь планшет Катрин и иду к своим бойцам, уже устанавливающим тяжёлые бетонные плиты на заранее размеченные позиции — здесь будут огневые точки, в которые установят пулемёты М2 Браунинг и противотанковые ракетные комплексы.

— Как настроение, бойцы? — спросил я.

— Отлично, повелитель, — ответил мне какой-то лейтенант, контролирующий работу. — Во благо Праведной Республики хоть форсированным маршем в Бездну!

— Молодцы! — улыбнулся я. — А ты…

Из-за глухого шлема не видно лица, поэтому я даже не вспомню, как его зовут. Только три лейтенантские звезды на левой верхней стороне нагрудника, а также цвета «Активижн» говорят мне, кто он такой.

— Лейтенант Роб Пардо, повелитель, — догадался немёртвый назваться.

— Враг приближается, — предупредил я его. — Поторопитесь. Первым делом — установить пулемёты.

Тут я поймал себя на мысли, что превращаюсь в тот тип начальников, который держит своих подчинённых за идиотов и нравоучительно озвучивает прописные истины.

— Ладно, занимайтесь, я буду на фоне, — смутившись, отпустил я его.

Просовываю в дыхательное отверстие шлема сигарету и начинаю дымить.

Это очевидная уязвимость, куда может случайно прилететь пуля, поэтому в нижней части шлема есть поднимаемое забрало, усиливающее защиту нижней части лица ещё на полтора миллиметра стали.

Снова в небесах гремят реактивные снаряды. У Эстрид большие запасы, как я посмотрю…

Примерно через полчаса к руинам стены прибыло два батальона «Ред Шторма», возглавляемые самим Дугом Литтлджонсом.

С «Ред Штормом» прибыли дополнительные пулемёты и реактивные огнемёты.

Вражеская пехота движется очень маленькими отрядами, с большой дистанцией между отрядами, потому что закономерно опасается артобстрелов, но в месте боевого контакта она будет вынуждена сгруппироваться. Группировка нужна будет, чтобы попытаться обеспечить эквивалентную огневую мощь — я тоже читал книжки по тактике XXI века, поэтому кое в чём разбираюсь.

Наша артиллерия постреливает по врагу, но эффективность такого обстрела крайне низка. Слишком слаб хлоратный порох, слишком легки бронзовые осколки.

— Два километра до прибытия врага, повелитель, — сообщил Леви. — Концентрируем артиллерийский огонь.

— Понял, Леви, — ответил я ему.

Вражеские танки начали стрелять в руины кумулятивно-осколочными снарядами, которые, как известно мне с недавних пор, имеют выраженный бронебойный и слабый осколочный эффект. Это делает их очень эффективными против бронетехники, но слегка посредственными против укреплений и живой силы.

В «Леопардах 2», как я знаю, впрочем, как и в Тип 10, классических осколочно-фугасных снарядов нет вообще. Почему? Для меня это загадка.

Возможно, дело в