Пленница Дракулы - Ульрике Швайкерт

Ван Хельсинг подождал, пока дворецкий вышел и закрыл за собой дверь. Затем взгляд светлых глаз профессора устремился на Латону. Гость так пронзительно смотрел на нее, что девушка невольно сжалась. Лишь после этого ван Хельсинг протянул ей руку.

— Я рад снова видеть вас. Примите мои искренние соболезнования по поводу кончины вашего дяди. Он ведь умер? Я имею в виду, он действительно мертв?

Латона хоть и с трудом, но посмотрела в глаза ван Хельсингу.

— Да, могу сказать, что он действительно и необратимо мертв, если это вас успокоит.

— Меня и вправду это успокаивает. Могу я спросить, где находится его могила?

Латона отвела взгляд.

— В Париже, — наконец сказала она.

Вопросительный взгляд профессора и его поднятые брови заставили ее продолжить:

— В катакомбах, среди миллионов костей, которые когда-то привезли и нагромоздили там. По крайней мере там я видела его тело в последний раз.

Ван Хельсинг наклонился к девушке.

— А от чего умер ваш дядюшка? От укуса вампира, полагаю?

Латона неохотно кивнула.

— Значит, мы не можем быть уверены в том, что он мертв? — спросил Брэм, которому прежде ни разу не приходила в голову такая мысль.

— Все может быть. Вы должны сообщить мне все до мельчайших подробностей, лишь тогда я смогу сказать вам больше.

Брэм развел руками.

— Вампир утащил Латону в катакомбы, и дядя тщетно пытался ее освободить.

— Неправда! — воскликнула Латона. — Сеньор Тибо не собирался делать мне ничего плохого. Я спасла его от ученых, которые мучили его, и он дал слово, что не причинит мне вреда. Дядя Кармело погиб потому, что не мог прекратить охотиться на вампиров и уничтожать их, несмотря на то, что в Риме поклялся мне и Носферас покончить с этим занятием!

— Но вампир все же укусил вас, не так ли? — спросил ван Хельсинг и посмотрел на Брэма. — Разве не из-за этого я приехал в Вену?

— Нет, он не делал этого! — возмущенно вскричала Латона.

— Это был не Тибо.

— Брэм, не смейте! — крикнула Латона, но ирландец продолжал говорить.

— Это был другой вампир, помоложе — по крайней мере внешне он выглядел как молодой человек. Он называет себя Малколмом и родом из Лондона.

— И он укусил вас, дитя мое?

Ван Хельсинг подошел ближе к Латоне и внимательно осмотрел ее бледное лицо с запавшими щеками. Указательным пальцем он отодвинул рюши ее платья и долго разглядывал два маленьких шрама на шее девушки. 

— Он не хотел! — защищала вампира Латона. — Это часть его природы, он просто не смог с собой справиться.

— Он убил бы тебя, если бы я его не остановил! — возразил Брэм.

— Непреднамеренно! — не унималась девушка.

— Преднамеренно или нет, результат был бы один и тот же.

Брэм и Латона уставились друг на друга с гневным выражением на лицах.

Ван Хельсинг пододвинул к себе мягкое кресло и опустился в него.

— Да, интересный случай. Мистер Стокер, вы сделали мне большое одолжение, пригласив меня в Вену. Надеюсь, скоро я смогу развеять ваши опасения. Для этого мне понадобится провести некоторые исследования. Но уже сейчас я могу обнадежить вас, сказав, что опекаемой вами девушке, скорее всего, не причинили серьезного вреда. Я рад видеть Латону в боевом настроении. Не могу представить, чтобы всего один укус превратил ее в ночное существо. Нет, для этого ей нужно было тоже выпить его крови, и тогда превращение уже давно произошло бы. Но все это мы окончательно выясним с помощью экспериментов.

Латону злило, что ван Хельсинг разговаривал с Брэмом так, будто ее не было в комнате. Она решила, что ни в коем случае не позволит ему проводить над ней опыты.

— Мне очень жаль, профессор ван Хельсинг, — произнесла девушка холодно, — что вы напрасно проделали столь долгий путь. Я не нуждаюсь ни в каких исследованиях! Поэтому позвольте мне сразу же попрощаться с вами. Будьте здоровы! Желаю вам удачно добраться до Амстердама!

С высоко поднятой головой Латона вышла из гостиной. Брэм ошеломленно посмотрел ей вслед.

— Простите… — начал он, но ван Хельсинг лишь отмахнулся.

— Не волнуйтесь. Немного упрямства — это еще не самое худшее, что может быть. У этой девушки есть характер. Дайте ей немного времени, и все образуется. Я все равно не собираюсь уезжать в ближайшие несколько дней. Поэтому предлагаю позвать дворецкого, который покажет мне мою комнату, где я смогу спокойно обосноваться со своими инструментами. 

Брэм благодарно кивнул и потянулся к колокольчику, чтобы вызвать дворецкого.

* * *

Следующим вечером Лучиано снова собирался улизнуть из дворца, но в вестибюле наткнулся на старейшину Гунтрама. В том, что эта встреча была не случайной, Лучиано не сомневался. Старейшина специально поджидал его здесь.

— Ах, Лучиано, как хорошо, что я встретил тебя. Думаю, этой ночью нам стоит проверить, каковы твои успехи в немецком языке.

— Мой немецкий достаточно хорош, — ответил наследник. — Моя подруга Алиса де Фамалия за прошедшие годы многому меня научила. Поэтому я отлично справляюсь. Благодарю.

Лучиано попытался было протиснуться мимо профессора, но тот крепко схватил его за руку. Пальцы старейшины обхватили ее словно железные кольца, но голос оставался таким же обманчиво мягким.

— Позволь мне самому убедиться в этом. У нас впереди целая ночь, чтобы позаниматься вместе.

Что еще оставалось делать Лучиано, кроме как последовать за старейшиной? Было ужасно думать о том, что ему придется сидеть здесь целую ночь, в то время как Кларисса будет ждать его. Какой мучительной, должно быть, покажется ей неизвестность. А если она решит, что Лучиано всего лишь играл ее чувствами? Воспользовался ее девичьей невинностью для того, чтобы потом снова оставить ее одну. Усомнится ли Кларисса в его любви, несмотря на все клятвы Лучиано в том, что он будет боготворить ее до конца своих дней? Ему нужно было сообщить ей, что он не сможет прийти, но как?

На лестнице показался Франц Леопольд и с непроницаемым видом посмотрел на Лучиано. Дракас? Нет, это была плохая идея. Лучше уж надеяться на то, что Кларисса позволит ему все объяснить, и попросить у нее прощения.

Руки Лучиано сжались в кулаки, когда он увидел едва заметную усмешку на лице старейшины Гунтрама. Профессор, по всей видимости, наслаждался сложившейся ситуацией, в то время как Лучиано походил на пленника, которого вели к другим наследникам в Голубую гостиную.

* * *

Франц Леопольд остановился посреди лестницы и посмотрел вслед Лучиано. Венец уловил мысли, терзающие влюбленного наследника, а также его решение о том, что было бы глупо посылать вместо себя Дракас. Франц Леопольд усмехнулся. Глупо? Возможно. Зато интересно!