Белая тетрадь - Софья Ролдугина

– Спрашивай уж, не стесняйся.

Немного поколебавшись, я наконец задала мучивший меня вопрос:

– Слушай, Ксиль… А ты тогда серьезно сказал… насчет выполнения желания? То есть я хочу сказать, ты бы правда меня… со мной…

Максимилиан остановился, окинул меня странным, долгим взглядом. И вдруг улыбнулся – тепло и подначивающе:

– А почему бы и нет? Это было бы удовольствием, пожалуй, – протянул князь, в очередной раз вгоняя меня в краску. – А сны… Мы все равно спим слишком близко, чтобы видеть их по отдельности, – задумчиво добавил он, опустив глаза. – Почему бы и нет…

То, что издалека и в темноте казалось просто темным пятном на фоне седой степи, вблизи превратилось в огромное озеро причудливой формы, окруженное кустарником и низкорослыми деревьями. Высокие обрывистые берега поросли колючей травой и на первый взгляд совсем не подходили ни для лагеря, ни для спуска к воде. Но Максимилиан уверенно направился вдоль побережья и вскоре вышел на длинную песчаную косу, переходящую в лужайку.

Вид отсюда открывался потрясающий. Только-только взошедшая луна выглядывала из-за деревьев, роняя на зеркально гладкую водную поверхность серебряные блики, темное кружево ветвей обрамляло берега. Незнакомые ночные цветы с восковыми бледными лепестками прятались в густой траве, и капли вечерней росы сверкали на узких листьях, словно драгоценности из королевской сокровищницы. Мягко шелестел песок под ногами. Все было настолько сказочно и прекрасно, что я волей-неволей вспомнила другое волшебное место, обернувшееся смертельной ловушкой.

– Максимилиан, – дернула я спутника за рукав. – А тут змеи случайно не водятся?

– Случайно нет, – понимающе усмехнулся Ксиль. – Я проверил. Довольно спокойное местечко.

Я насторожилась.

– Что значит «довольно»?

– Абсолютно безопасных мест не бывает, – охотно пояснил князь. – Мало ли что, мало ли кто… Слишком холодная вода… судорога – и вот уже юная равейна идет ко дну. – Он полюбовался ошарашенным выражением лица. Потом добавил: – Если, конечно, поблизости не окажется самоотверженного шакаи-ар, который бросится на выручку утопающей.

– Зараза! – Я беззлобно пнула его в голень. – Ты это нарочно рассказываешь.

– Конечно, нарочно, – согласился Максимилиан. – С далекоидущими коварными планами.

И расхохотался. Гад! Ну что с таким делать?

– Лагерь будет здесь? – как можно безразличнее поинтересовалась я. Бездна с ними, с его намеками. Может, и не имел в виду ничего особенного.

– Да, пожалуй, – кивнул он. – Выберу местечко, разведу костер… Ты есть хочешь?

– Хочу, – честно ответила я. – Но пока не буду. Сначала искупаюсь, а то после ужина, да еще в холодной воде, и вправду может быть судорога. К тому же эта грязь меня достала! – добавила я, остервенело потирая шею. Липкая гадость засохла, стягивая кожу пленкой.

– Это не грязь, это кровь, – механически поправил князь. – Но костер я все-таки разведу, чтобы было, где согреться. Посиди-ка здесь, я пока схожу за дровами.

Мгновение – и он буквально растворился в подлеске. В ожидании дров я несколько раз запустила по кругу поисковый импульс (ничего потенциально опасного на расстоянии пяти километров), пошарила в озере (ух ты, да тут полно холодных ключей), сплела венок из белых цветов (стебли оказались ужасно ломкими, а от запаха голова кружилась, как от черемухи) и даже рискнула разуться и зайти по колено в воду – ледяную и удивительно прозрачную.

– Решила с горя утопиться? – иронично поинтересовался Максимилиан, сбрасывая ветки на землю. Я вздрогнула и поспешно стащила с головы венок. Не нравится мне эта привычка подкрадываться втихую. Или это я такая невнимательная?

– Я не топлюсь, я исследую здешние воды, – мрачно буркнула я.

– Ну и как? – изобразил князь жгучее любопытство.

– Мокро.

– А венок зачем? – Максимилиан выложил дрова горкой и подпалил. Подумал, подложил пару деревяшек толщиной с мою ногу, довольно ухмыльнулся.

– Для красоты. Хочешь, подарю?

– Я что, недостаточно красивый? – Он приподнял бровь. – А, ладно. Давай сюда.

Я мстительно кинула венок в самую середину костра, но князь как ни в чем не бывало подхватил его в полете и с невинным выражением лица водрузил на голову. Хм, а неплохо смотрится.

– Мне идет? – серьезно спросил Максимилиан. Венок сполз набок, и вид получился залихватский.

– Восхитительно.

Я невольно перевела взгляд на свое отражение в воде. Спутанная грива вместо аккуратной косы, заляпанные штаны, лохмотья вместо блузки. Н-да. Штаны, конечно, можно отстирать, а вот кофточку легче сшить новую, чем зашивать эту.

– Слушай, Ксиль, – неуверенно обернулась я. Князь ободряюще кивнул. – А у тебя не найдется лишней рубашки? Моя немного…

– Вышла из строя? – подсказал Максимилиан и улыбнулся: – Найдется, конечно. Хотя бы и та, которую ты надевала в гостинице. Она ведь тебе понравилась?

– Еще бы!

Я еще раз глянула в воду, вышла на берег и со вздохом принялась раздеваться. Так, кофточку – на выброс, штаны – стирать, остальное… остальное, пожалуй, останется на мне, а то не нравится мне этот заинтересованный взгляд. Я недовольно встряхнула волосами и с разбегу нырнула в озеро.

Кожу обожгло холодом.

«Ничего, привыкну», – подумала я, целеустремленно загребая руками. К тому же кровь в холодной воде отмоется лучше. Надеюсь.

Воздух в легких закончился, и пришлось вынырнуть. Волосы мокрыми прядями облепили лицо, мешая видеть, поэтому я не сразу сообразила, что заплыла довольно далеко. Блики костра плясали на воде, но до дна было уже не достать. Ну и хорошо. Ненавижу плескаться на мелководье. Только пиявок цеплять.

Плюх!

Кстати, о кровососущих.

Я резко развернулась в сторону постороннего звука, но разглядела лишь горку одежды на берегу и расходящиеся от венка круги. Сомневаюсь, что князь решил поразвлечься метанием цветов и уж тем более стал для этого раздеваться. А потому…

«Пять, четыре… – надеюсь, что я ошиблась… – три, два…»

– Попалась!

Я взвизгнула и энергично погребла в сторону. Бесполезно. Синеглазый хулиган, по недоразумению зовущийся Северным князем, в два счета догнал меня и с радостной ухмылкой сграбастал в охапку.

– Утонем, – пискнула я.

– Вряд ли. Я на воде хорошо держусь. И вообще, – он щекотно дунул в ухо, – нехорошо отпускать даму одну плавать по незнакомому водоему.

– Нехорошо доводить даму до сердечного приступа, – возразила я, целясь пяткой куда-то в область колена. Максимилиан легко увернулся и в отместку щелкнул мне по затылку. – Ай! И драться тоже нехорошо!

– Ты первая начала!