Сирота - Вера Чиркова

Но когда ничуть не обидевшаяся костюмерша закончила работу, Миэль пришлось признать правоту наставницы. Теперь она выглядела настоятельницей монастыря, переодетой в мирское платье, но от этого ничуть не изменившей собственным строжайшим устоям.

Зато Миэль в этот раз почти не красили, и даже амулет личины забрали. Девушка должна была показать родичам свой истинный облик, так как Лебруз был уверен, что те не постесняются устроить ей строжайшую проверку.

– Те, кто привык все время врать, – тихо фыркнул он, – обычно и всех остальных считают лжецами.

Платье девушке тоже выдали очень скромное, хотя и достаточно модное. Наконец все, спутники и костюмерши, оценив полученный результат, сошлись во мнении, что получилось именно то, что нужно, скромно и со вкусом и позволили Миэль посмотреть на себя в зеркала.

Она подходила к высокому, от пола до потолка, стеклу с тайным опасением, справедливо предполагая, что понравиться этот образ ей не может. И осталась приятно изумлена, обнаружив напротив саму себя, какой бывала по утрам, но в довольно нарядном, хотя и строгом платье и с искусно заплетенными волосами.

– По-моему, хорошо, – улыбнулась девушка в зеркало наблюдавшей за ней Коре и та облегченно выдохнула.

– Ты даже не представляешь, насколько.

Через полчаса они сидели под навесом в дальнем конце верхней палубы плавучего ресторана, любовались прекрасным видом мирного озера и в ожидании семейства Тобайр не спеша ели мороженое.

– Приехали, – Сообщил адвокат, по приказу Лебруза наблюдавший за набережной, – но появилось одно неожиданное обстоятельство… вместе с родичами по матери приехал и дядя по отцу.

– Вот как, – нахмурился маг, – ради денег даже с Камрисом спелись. Решили, что точнее оборотня родную кровь никто не признает.

– Он что… будет меня нюхать? – возмутилась Миэль.

– Попробует на зуб, – пошутила Кора. – не беспокойся, Эми. Никто им не позволит оскорбить недоверием столько уважаемых людей.

Прячущих лица под мороком, вздохнула про себя ученица и решила на самом деле не переживать заранее. В конце концов она все равно не знает всех законов и никогда не просчитает планов Ридзони. Он многослоен как невеста из южных султанатов, у которых есть обычай надевать на свадьбу все лучшие платья и покрывала. Наверняка это придумали престарелые женихи, чтобы не дать юным женам сбежать.

Родичи возникли на лестнице цветной волной, постепенно взмывавшей над краем. Сначала шляпки, потом лица в обрамлении причесок, затем декольте и оборки нарядных, дорогих платьев. И пока они шагнули на верхнюю палубу, Миэль успела рассмотреть каждую из трех женщин во всех подробностях. И признать в них родню. Двое, бабушка и младшая из теток, были похожи на мать и на нее саму. Не абсолютно, но достаточно чтобы признать правоту Ридзони. Она действительно не одинока на этом свете, вот только принесет ли ей этот факт хоть что-то кроме шпилек и оскорблений?

– Позвольте представить вас друг другу, – встал перед столом адвокат, – донна Линсия ле Тобайр, и ее дочери, донна Анелис ле Гринто и донна Улирта Кармилон. А это – донья Эмиэлия ле Готди, донна Коралла, наставница доньи Эмиэлии, дон Итенс, и дон Дейнрад Лебруз, сопровождающие лица.

– А я дон Камрис Арэн, старший брат Ларкенса Арэна, отца этой юной доньи, – обойдя застывших с надменным видом спутниц, невозмутимо заявил плечистый крепыш, чем-то поразительно схожий с отцом Эми.

Миэль никак не могла определить, чем именно, ее отец был выше ростом, стройнее и гибче, и грива у него не вились такими крутыми кольцами. Да и лицо было тоньше, одухотвореннее, несомненно преобладая по сравнению с братом благородством и интеллигентностью во взоре. Но едва глянув на дона Камриса девушка вмиг признала их близкое родство. Только пока не могла определить, хорошо это или нет.

– Вопрос, который мы сегодня собрались тут обсудить, – со льдом в голосе произнес Лебруз, – ни в коей мере не касается вас, дон Арэн. Поэтому вам придется удалиться.

– Не спорю, – поджав губы, неуступчиво фыркнул оборотень, – мне нет дела до имущества семейства Тобайр. Но судьба племянницы меня волнует напрямую, так как по закону она должна находиться под моей опекой. У оборотней нет возрастных ограничений по попечительству, все сироты всегда входят в семью старшего родича отца.

– Эмиэлия носит имя – ле Готди, – сухо произнесла Кора, – и, следовательно, вы не имеете на нее никаких прав.

– По вашим законам. А у нас родство определяют по крови. Я чувствую в ней родную кровь, и намерен подать жалобу объединенному суду рас. И вам не хуже, чем мне, известно, какой вердикт они вынесут.

Квартерон развернулся и легко спрыгнул на нижнюю палубу, оставив присутствующих ошеломленно хлопать глазами.

Впрочем, Миэль очень скоро заметила, что это относится лишь к семейству Тобайр. Ее спутники и адвокат агентства очень быстро вернули себе невозмутимость и теперь прожигали прибывших холодными, презрительными взорами.

– Хотелось бы узнать, донна Линсия, – с осуждением осведомился Лебруз, – какую выгоду вы надеялись получить от сговора с Арэном?

– Всего лишь удостовериться в истинности внучки, – сквозь зубы процедила старшая донна, подходя к столу и усаживаясь напротив.

Дочери заняли места по обе стороны от нее.

– Ну, и убедились? – едко справилась Кора, подождала несколько секунд и с вызовом добавила, – мы тоже уверились в вашей безрассудности и спесивости. У вас элементарно не хватило здравого смысла, прежде чем искать дона Камриса, посоветоваться с опытным адвокатом, к чему может привести обращение за помощью к квартерону оборотней.

– Нас не интересует торговец рыбой, – оскорбленно вздернула нос донна Улирта, самая молодая и роскошно одетая из дам, – И мы имели право знать точно, не попалась ли наша бабушка в лапы мошенников.

Миэль еще по дороге рассказали, что это средняя из сестер, вышедшая замуж за незнатного, но очень богатого помещика, и изо всех сил тянувшая в высшее общество столицы великовозрастного сына и дочь.

– То есть, – тотчас поймал ее Лебруз, – ни своей бабушке, ни составившему завещание стряпчему из королевской гильдии вы не поверили? И магам ковена, заверявшим законность документа – тоже? Мне, магу второй ступени, тоже верить не были склонны. Как и присутствующим тут эльфу, адвокату королевской гильдии и донне Коралле, эксперту самого уважаемого агентства приватных услуг? Следовательно, все мы – шайка мошенников? И теперь, подставив племянницу и внучку под месть дяди, вы надеетесь остаться с выгодно выкупленным наследством? Так вот вам мое последнее слово. Можете забыть про родовой дом. Я сам его выкупаю, добавив к назначенной стоимости двадцать процентов. Будьте добры освободить здание сегодня же, и учтите! Если я не досчитаюсь хоть одной решетки или люстры, о ваших подлости и крохоборстве немедленно узнает вся столица. И посмотрим тогда, сколько вы получите приглашений на осенние приемы и балы.