Мой лучший враг - Елена Шторм

– Мне было сложно отказать, – добавляет парень рядом, но вряд ли улучшает ситуацию.

Я прикусываю язык. Звучит не слишком здорово. Бабушка усмехается, хотя выглядит ее веселье неуверенно.

– Ты думаешь, что вы будете хорошей парой через год, через пять лет? – продолжает лорд-отец.

– Меня пугает этот вопрос, если честно. Как и предыдущий, – новая откровенность прорывается раньше, чем я ее останавливаю. Глаза Кинана буквально темнеют.

– Что тебе больше всего нравится в моем сыне?

– Нравится его… – «злить». И то, как он меня целовал. Я едва не выкладываю все это! К щекам приливает жар, и чувство, будто что-то идет неправильно, накрывает с головой.

Я пьяна?

Я первый бокал не допила. Случайно надраться рядом с аристократом в мои планы совсем не входило! И у меня мелькает версия хуже. Выработанная годами паранойя подкидывает ее, стоит сердцу пропустить удар.

Иден пристально смотрит на бокал перед собой.

– Что сейчас происходит? – спрашивает резко.

– Мы пытаемся понять, выйдет ли что-то из вашей пары. Я бы сказал, спешить вам точно никуда не надо.

– Вот с этим соглашусь, – отзывается ба. – Келли, ты не думай, что бояться стыдно или ненормально. Я в молодости, когда встретила своего Сартара, два года не могла ему ничего путного ответить. И ваш сын, и ваша семья, лорд Кинан, конечно, очень хороши, но это не повод терять голову. Скорее, наоборот.

– Рад, что кто-то разделяет мои взгляды, миссис Рилоз.

Несмотря на его «одобрение», мне резко не по себе.

Что происходит?!

Дело правда в вине?

Иден практически отталкивает бокал от себя. Янтарная жидкость едва не заливает скатерть.

– Нам надо поговорить. Наедине. Отец.

– Рад, что ты так думаешь.

Ба переводит взгляд с него на меня.

– Что-то не так?

Я счастлива, что она не понимает. Кажется, единственная. Йенан тоже смотрит на янтарное вино, к которому не притронулся, и прикрывает глаза:

– Вечер действительно получается интересным.

– Йен пока может поухаживать за вами. Покажет вам сад, – Рейм-старший кивает на дверь, ведущую прямо из зала наружу. – Там красиво.

– Что ж, почему бы нет, – бормочет ба.

Я знаю пару вещей.

Первая: я ужасно не хочу оставлять ее без присмотра. В этом доме. Со всей остротой понимаю, что привести дорогого человека сюда было кошмарной идеей, худшей из всех!

Вторая: сейчас здесь разразится буря. Если я не хочу, чтобы она задела ба, нужно действовать срочно.

Встаю. Рейм-старший и мой избранник поднимаются следом. Улыбаюсь ба и иду в коридор – за двумя мужчинами.

Мы оказываемся в какой-то гостиной, но меня меньше всего волнует обстановка.

– Вы что-то подлили в вино?

– Что ты сделал? – мы выпаливаем это с Реймом одновременно.

– Это не вино, а йандара, – холодно отвечает Кинан Рейм, прислоняясь к спинке дивана. – Безобидное зелье, чтобы развязать вам языки. Оно не запрещено.

У меня все скручивается внутри. От этого признания, от его взгляда и того, как белеют костяшки его пальцев.

– Ты совсем спятил от безнаказанности? – Иден дергается вперед, и с Рейма-старшего тоже слетает напускное спокойствие.

– Я хотел услышать, зачем девушка, с которой у вас никогда не было отношений, решила стать твоей парой. – Его обычно тихий голос громыхает. – Мне нужен ответ. Простой, честный!

– А пожилую женщину зачем в это вплели? – у меня едва не вспыхивают руки.

– Хотел увидеть семью возможной невестки. – Новый взгляд пригвождает меня к полу. – Откровенно и без фальши: твоя бабушка похожа на разумную женщину. Скромную, не корыстную. О тебе я подобного сказать не могу.

Оказывается, это жутко неприятно. Гораздо хуже, чем я думала. С трудом понимаю, что он тоже пил демонову настойку – мы все втроем ей отравлены, и откровенность прямо сгущается в воздухе.

– Ублюдок. – Иден подается вперед. Ветер сметает салфетку со столика.

– Аккуратнее со словами, сын!

– Чего ты хочешь?

– Правды. – Рейм-старший сжимает губы. – Что думает девушка из простой семьи, которая не собиралась на Парный факультет? Которую мой отпрыск нашел за день-другой до начала семестра? Которую видели с другим два дня назад?

Я стискиваю руки. Смотрю на старшего аристократа и едва удерживаюсь от того, чтобы выпалить ему в лицо пару крепких выражений.

– Будь ты готова к откровенности, йандара бы уже тебя подтолкнула. Поэтому у меня новое предложение.

И он достает из кармана серебряную коробочку.

– Вы дадите мне правду. Вы расскажете мне, как именно договорились, ради чего, с какими целями и чувствами. Если у вас есть достойный ответ, я его приму.

Он резко открывает шкатулку – и я вижу две сферы, лежащие на бархатной подкладке.

Сферы правды, о Стихии…