Вселенная Ехо. Том 2 - Макс Фрай

– Я никого не боюсь, – просто сказал Мэсэн. – Я умею хорошо делать две вещи: драться и прятаться. Поэтому мне никто не страшен. Я даже вас, демонов, не боюсь! Ты, например, совсем не страшный.

– Да, к сожалению, – усмехнулся я. – Но может быть, ты все-таки покажешь мне дорогу? Одна птица сказала, что ты знаешь какой-то «быстрый путь»…

– Быструю Тропу, – поправил он. И ворчливо добавил: – Эти птицы вечно метут, что попало!

– Так ты можешь показать мне эту самую тропу или нет? – нетерпеливо спросил я.

– Поехали со мной, – решил он. – Я накормлю тебя ужином, у меня много еды. А за это ты расскажешь мне, каково оно – быть демоном? И про Таонкрахта расскажешь: давненько я о нем ничего новенького не слышал! А потом мы поищем твою Тропу. Я не знаю, где она находится, но я знаю, как искать. Может, и найдем… Ничего, со мной не пропадешь, Ронхул!

Мне очень хотелось ему верить. Не пропасть – это именно то, что мне требовалось.

Я поднял голову – туда, где в гуще листвы затаился мой пернатый друг по имени Бурухи. Следовало сказать ему спасибо и попрощаться: кажется, с Мэсэном мы вполне поладили, так что мой опекун мог спокойно отправляться домой. Но, памятуя о том, что местные жители любят лакомиться птичьим мясом, я не стал орать вслух какое-нибудь дурацкое «до свидания». Я очень надеялся, что мудрая птица без всяких слов почувствует, как я ей благодарен.

* * *

– Скажи, пожалуйста, а «Мэсэн» – это имя или звание? – вежливо осведомился я, устраиваясь в телеге. «Свинозаяц» тут же зашагал вперед. Для существа такой комплекции он оказался вполне проворным, но, думаю, пешком у нас получилось бы быстрее…

– Мэсэн – это я! – гордо ответил мой новый знакомый. – Зачем мне еще какое-то имя или звание?

– Я хотел спросить: а что это значит? Кто ты? Чем ты занимаешься? Ты не похож ни на Таонкрахта, ни на его слуг.

– Спасибо на добром слове, – ухмыльнулся Мэсэн. – Еще чего не хватало! Я – не альганец, но я – вольный человек. Я живу в своем собственном доме в лесу и делаю, что хочу, а не то, что мне прикажут. Я поставляю дерьмоедов во все окрестные замки! – последнюю фразу он произнес так гордо, словно сообщал мне по секрету, что является советником какого-нибудь местного президента как минимум.

Я не удержался от смешка.

– Что ты им поставляешь?

– Не «что», а «кого»! Я же сказал – дерьмоедов! Без меня все эти важные господа давно бы пропали. Я ловлю грэу и бэу на болоте, здесь, неподалеку. Из них получаются хорошие дерьмоеды: эти твари прожорливы и им совершенно все равно, что именно жрать. При этом сами они не гадят, только жиреют и растут… Знаешь что, Ронхул? Я возьму тебя на охоту, завтра же. Посмотришь, как я их ловлю. Получишь удовольствие! А потом поищем твою Быструю Тропу. Идет?

– Идет, – растерянно согласился я. И осторожно спросил: – Слушай, я так и не понял: что за дерьмоеды такие? Зачем они нужны?

Мэсэн заразительно расхохотался.

«Зачем они нужны» – это надо же! Экий ты непонятливый, Ронхул! А еще демон. Чтобы жрать дерьмо, разумеется. Должен же его кто-то жрать.

– Вот этого я и не понимаю. Почему кто-то обязательно должен жрать дерьмо?

– Ну а куда его девать? – удивился Мэсэн.

– Как это – куда? – Несколько секунд я хлопал глазами, а потом прочитал своему новому приятелю краткую, но емкую лекцию о канализациях. Мое выступление привело его в замешательство.

– Ты что?! – наконец вымолвил он. – Ну, сказанул! Как это можно – зарывать дерьмо в землю? Там же Урги живут! А они не любят чужое дерьмо. Это ведь Урги приказали, чтобы дерьмо никогда не лежало ни на поверхности земли, ни на дне водоемов, ни даже в болотах. А Сох за этим очень строго присматривают. Они вообще-то мужики не злые, но за такое убивают на месте.

– Что, Сох не разрешают людям ходить в туалет?

– Да нет, почему же. Разрешают. Это ведь такое дело, что не запретишь… Они только следят, чтобы дерьмо не оскверняло землю. В свой горшок каждый может делать, что душе угодно. Но потом будь добр, скорми это своему дерьмоеду, и чтобы ни крошки не упало на землю… Зато по малой нужде можешь ходить где хочешь.

– Так демократично! – расхохотался я. – Ну и проблемы у вас, ребята! Я-то думал, что эти Сох – крутые колдуны, а они просто смотрят, кто куда гадит.

– Зря ты так, Ронхул. Они очень могущественные, – строго сказал Мэсэн. – Не гневи судьбу, а не то нарвешься на Хинфу ночной порой.

– А я уже однажды нарвался, – гордо сказал я.

– И что? – обалдел Мэсэн.

– А ничего особенного. Он умер.

На его лице появилось выражение откровенного недоверия. Я пожал плечами.

– Спроси у кого-нибудь из таонкрахтовой дворни, когда привезешь им очередную партию дерьмоедов.

– Ну да, ты же демон… – теперь Мэсэн смотрел на меня с явным опасением.

– Между прочим, я его не убивал, – честно сказал я. – Я просто спал. А вот он пытался меня убить. Что ему удалось, так это разбудить меня, а потом тихо скончаться в изголовье моей постели.

– Ну, дела! – растерянно сказал Мэсэн. Мне показалось, что он ужасно не хочет мне верить, но у него ничего не получается. – Выходит, с тобой лучше не ссориться, – решил он. – Ну да я и не собирался.

– Вот и хорошо, – улыбнулся я, – не люблю ссориться.

– Ну, это смотря с кем, – ухмыльнулся Мэсэн. – Вот с нашими разбойниками ссориться – одно удовольствие! Они совсем не умеют драться.

– Как же так? – удивился я. – Они же разбойники. Драка – это же их хлеб!

– Да какое там. Они просто беглые слуги альганцев. Ты же видел небось, какие у них слуги, – снисходительно сказал он. – А у этих хватило ума дать деру. Одним приспичило носить белую одежду, другие проворовались на кухне и испугались, что их посадят в цакку, третьим просто стало скучно сидеть за оградой. А в лесу им хорошо. Здесь даже последний болван прокормится. Болотная умала растет круглый год – хоть и мелкая, да вкусная. И стада литя[43]повсюду бродят, а такого неуклюжего зверя даже безрукий подстрелит. И ни одного альганца – чем не житуха!

– А что, разве их не ловят, этих разбойников?

– Да кому они нужны! Их бывшим хозяевам плевать, сколько никчемных болванов бродит по замку: несколько сотен или несколько сотен без одного десятка… Зря они так, конечно. Переловили бы своих красавцев – житья от них нет!

– Понятно, – кивнул я. – А чего ты с ними не поделил?

– Так у них же почти нет дерьмоедов, – он хлопнул рукой по колену и расхохотался. – Только в одной банде и есть: они его как-то с собой со двора сманили, молодцы! Крутые ребята: все в сиреневом – Таонкрахт бы их голыми руками задушил, если бы увидел. А остальным приходится складывать свое дерьмо в мешки и таскать за собой до лучших времен. Поначалу они пробовали гадить где попало, но после того как в лес пришли Хинфа и извели несколько десятков немытых засранцев, до всех дошло, что с такими вещами лучше не шутить… А у меня дерьмоедов полным-полно: я же их ловлю. Вот они губу и раскатали. Все время пытаются стащить хоть одного плохонького грэу: ловить-то их эти болваны не умеют, для охоты особая смекалка нужна. А я решил, что бесплатно у меня никто ничего не получит!