Око Золтара - Джаспер Ффорде

– Так что все же у вас произошло? – спросила я, как только пышнотелая официантка с двумя татуировками паровозов на предплечьях поставила перед нами чай в высоких кружках.

Принцесса подвинула стул, чтобы посматривать в окошко на торговцев акциями и следить за резкими скачками цен, и начала свой рассказ:

– Вчера утром я смотрела, как вы осматриваете «Рейндж-Ровер»… Что там, кстати говоря, было?

– Жертвы Хотаксов. Чучела двух туристов.

– Ага. Ну так вот, ни с того ни с сего вдруг – бах! – и когда я пришла в себя, я трясусь на полу машины, я связана, у меня кляп во рту и жутко раскалывается голова. Кажись, Кертис двинул мне по башке чем-то типа монтажной лопатки. Мы приехали в Ллангериг во время дневной битвы, в город попали к пяти. Кертис тут же продал меня местному криминальному барону, Жиму О’Рурку, сам переночевал в «Ритц-Ллангериг» и с утра укатил отсюда на броневике. Куда – не знаю.

– Он взял с собой коз? – спросила Эдди.

– Четыре штуки.

– Он едет на север, к Кадер Идрис. Козы пойдут на оплату за проезд по землям Горных Силуров.

– Зачем ему на Кадер Идрис? – удивилась принцесса.

– Искать Кладбище Левиафанов. Я сказала ему, что их зубы представляют большую ценность для волшебников.

– Правда?

– Нет. Но из них получились бы симпатичные сувениры. Где мне найти этого Жима? Мне нужно выкупить тебя обратно.

Принцесса посмеялась себе под нос.

– Уже не нужно. Сейчас объясню. Поскольку служанки здесь ценятся очень высоко, у Жима не нашлось столько наличности, чтобы заплатить Кертису сразу, а Кертис не верил, что тот вернет ему задолженные деньги, ну я и предложила выпустить себя в обращение на ллангеригскую биржу.

– Что ты предложила? – переспросил Перкинс.

– Выпустить себя в обращение. Это очень просто. Если принять во внимание, что у меня есть ценность, которая выражается в моих услугах, я могла оформить себя как юрлицо – «Лора Скребб (служанка) ИП». И потом я могла продавать – выпускать в обращение – себя покупателям, разделив собственную ценность между ста акциями. Если вы покупаете десять акций Лоры Скребб (служанки) ИП, я выделю вам десять процентов своей шестидесятичасовой рабочей недели, то есть шесть часов.

– Разве не проще продавать свое рабочее время по часам? – спросила я.

– Нет, так намного лучше, – возразила принцесса с улыбкой, – потому что акции Лоры Скребб (служанки) ИП оборотоспособны. Шестьдесят процентов акций получил Жим, а тридцать процентов оставил себе Кертис, которые тут же и продал по семьдесят плутников штука. Не очень выгодная цена, но для неизвестного товара (меня) это лучшее, что он смог выручить.

– А потом что?

– Ну вот, значит, чтобы поднять цену на мои акции, я провела два часа, занимаясь полезными делами – прибирала постели, гуляла с собачками, мыла посуду, чистила туфли, всякое такое – и уже скоро все хотели себе немного Лоры Скребб, которая будет делать за них грязную работу, и мои акции выросли в цене до двухсот плутников за штуку. Таким образом, за два часа стоимость Лоры Скребб (служанки) ИП выросла с семидесяти плутников за акцию до двухсот. Пока все понятно?

– Вроде, да. Значит… пакет Жима теперь стоит почти в три раза больше, чем он за него заплатил?

– Вот именно. И сейчас начинается самое интересное. Видите женщину за барной стойкой?

– Да.

– Это Мадж Райерсон. Милейшей души женщина, но жуткая сплетница. Нашепчи ей что-нибудь на ухо – и за считаные минуты об этом пронюхает весь город. Ну, я и намекнула ей, что в мой пакет услуг входит глажка белья.