От чужих берегов - Андрей Круз

Так и сделали, прижались к обочине, не доезжая метров пятьсот до подъема на мост. Выбрались из машин, взялись за бинокль. Мелькнула у меня мысль понаблюдать в винтовочный прицел, он все же десятикратный, но потом я спохватился – а если за нами с моста наблюдает снайпер или кто-то за крупнокалиберным пулеметом, как он поймет такие мои действия? И решил глупостей не делать. Мудрое решение, как мне самому показалось.

– Держи,– сказал Сэм, передавая мне бинокль.– Они всерьез укрепились. Левый мост перекрыт, на правом есть проезд.

– Точно,– сказал я, разглядывая вполне серьезную баррикаду из бетонных блоков и бесчисленных витков колючей спирали.

Прямо за ней виднелись угловатые очертания верхней части корпусов двух БМП «брэдли», уставивших в нашу сторону длинные тонкие жала своих автоматических пушек. В самой стене укрепления тоже виднелись бойницы, и что в них стояло, мне было не разглядеть. Но наверняка ничего хорошего для нас, случись нам вести себя неправильно.

Баррикада была разделена пополам проездом, перегороженным шлагбаумом, и прямо на бетонной стене были намалеваны две ярко-красные стрелки, указывавшие на этот проход. Ну что, по нынешним временам даже гостеприимно выглядит.

– Думаю, что ехать нам надо сразу всем,– сказал я по некотором размышлении.– Все равно, если они что-то плохое планируют, нам даже сейчас деваться некуда. Здесь непростреливаемых зон нет, разве что склон насыпи, но тогда придется под этим склоном жить оставаться – ни по болоту, ни как еще отсюда не выберешься.

– Болото тоже патрулируется,– добавил к моей речи Сэм, указав на небольшой катер, медленно идущий поодаль от нас, в километре примерно.

Я посмотрел на него в бинокль и обнаружил вполне серьезного вида «пибер», патрульный катер вроде тех, на котором плыли по Меконгу герои фильма «Апокалипсис сегодня». Да, у этих ребят все серьезно, не шутки шутят,– лучше не нарываться.

– Тогда поехали, чего ждем?

Остановили нас перед баррикадой самым простым способом – не поднимая шлагбаума. Мы прекрасно видели вооруженных людей, разглядывавших нас через бойницы, затем четверо с автоматами вышли на дорогу, неторопливо, спокойно, давая нам возможность ощутить себя сидящими под прицелами сразу двух крупнокалиберных пулеметов, которые могли нас с такого расстояния на молекулы разложить, случись нам дать повод. Но мы его старательно не давали – не дергались, руки держали на виду.

Человек в камуфляже и со знаками различия сержанта, которого старательно прикрывал напарник, заглянул в окно фургона, уставившись сперва на меня, а затем на Дрику глазами за слегка желтоватыми защитными очками, вторая пара подошла к пикапу Сэма.

– Оставьте оружие в машине и выходите наружу,– сказал «наш» сержант.

– Все оружие? – глуповато уточнил я.

– Все,– спокойно ответил он.– Ничего с ним не случится, и нападать здесь на вас некому. Мы досмотрим машины, потом запустим вас за ограждение.

Мне осталось только кивнуть и выбраться наружу, вытащив из кобуры «зиг» и из второй – револьвер.

– Патроны выкладывать? – уточнил я.

– Нет, не надо,– покачал головой тот.– Могу я просто обыскать вас?

Если я скажу «нет», он, разумеется, и обыскивать не станет. Такая мысль, мелькнув, было рассмешила меня, но затем подумалось, что, может, и не станет. Просто пошлет куда подальше, предлагая очистить территорию, а может, и пулеметчикам рукой махнет.

К удивлению моему, из-за баррикады показалась молодая женщина в мешковатом камуфляже и с кобурой на поясе, натягивающая на ходу белые шелковые перчатки, такие, в каких обычно в аэропортах досматривают «звенящих» пассажиров. Ну ты гля, у них тут все цивилизованно. Женщина подошла к Дрике, стоявшей рядом со мной, и быстро и очень сноровисто обыскала ее, не поленившись заглянуть даже в каждый подсумок подвесной. Сержант провел точно такие же манипуляции со мной.

Еще один боец забрался в фургон, что-то сказав при этом Тигру, и быстро выбрался наружу, покачав головой и сказав:

– Никого.

– Принял,– ответил ему обыскивавший меня, затем обратился уже ко мне: – Хотите заехать за ограду?

– Да, наверное,– немного растерялся я от такой постановки вопроса.– А там будет кто-нибудь, у кого можно вызнать обстановку?

– Будет,– кивнул сержант.– Но сначала вам надо ответить на несколько вопросов.

– Хорошо.

– Проезжайте.

Шлагбаум поднялся, я тронул «экспресс» с места, втискивая его в импровизированные ворота.

Далеко проехать не удалось. Тыл первой линии обороны был огорожен легкими полицейскими барьерами, за ним метров на пятьдесят протянулось свободное пространство, ограниченное знаком «стоп» и опять же барьерами. По левой полосе движения в рядок вытянулось множество жилых трейлеров, причем совершенно одинаковых с виду, установленных вплотную друг к другу. За барьером стояли еще два человека с оружием, один из которых указал мне жестом на первый фургон, на котором висела табличка с надписью «Интервью переселенцев».