Джинния - Галина Черная

— Надо мыслить конструктивно, ведь должно быть чго-то, что отпугнет их от нас? Чего боятся джинны, что дает власть над ними?

— Печать Соломона, — пошутила я и тут же поняла, попопала в точку. А почему бы и нет?

Мишка сразу оценил, тем более что момент был критический. Навстречу нам уже выступили два великана-циклопа из тех, что охраняли ворота. На мой недоуменный взгляд (джинны ли это?) Акиса сказала, чтобы я не сомневалась, это не менее распространенный тип джиннов, чем ифриты, которые отличались от циклопов только черной кожей и двумя глазами и тоже входили в отряд караульщиков.

— А что это такое, печать Соломона? — спросил Мишка.

— Редкий артефакт, перстень с магической формулой и рисунком, как правило, им запечатывают бутылки с томящимися в плену стариками хоттабычами...

— А попроще?

— Ну, думаю, можно нарисовать обычную красноармейскую звезду!

У нас над головами закружила парочка грифов, но я подумала, что это еще не повод писать завещание. Застенчиво улыбаясь стражникам, мы быстренько встали в конце очереди, циклопы поколебались, но вскоре отвлеклись на осмотр мешков одной джиннии в парандже.

— И эта звезда по-прежнему действует на джиннов? — на всякий случай уточнил Мишка у Акисы.

— Да, о интересующийся историей, это на редкость разумная мысль для Аглаи! Ведь сам Аллах Всемогущий дал Соломону власть над сонмищем джиннов. И даже изображение царя, начертанное где и чем угодно, имеет над нами большую власть. Слава Всевышнему, что истинная печать могущественного, благочестивого и мудрого нашего властелина Соломона давно утрачена... Хотя рисунок может сработать.

Если бы я вспомнила про чудесный перстень еврейского царя раньше, не позволила бы джиннии подшучивать и издеваться над собой все это время. Она бы у меня как шелковая ходила...

— Тогда сначала заговариваем стражникам зубы пророчествами и заклинаниями, после чего показываем им наши звезды. Вместе это будет еще убедительнее. Хорошо, что всегда ношу в кармане ручку.

Миша быстро нарисовал на левой ладони звезду. После чего изобразил то же самое на моей руке.

— К сожалению, не помню, как точно выглядит печать, — немного нервно заметила я, бросив взгляд на стражника-циклопа с кольцом в ухе, подозрительно уставившегося на нас — Но абсолютно точно уверена, что вокруг звезды не было написано «К юбилею российской милиции»!

— Это тайные магические руны, я их сам придумал, — проворчал Миша. — Наверняка они не умеют читать по-русски, а непонятное как раз может их напугать.

— И надеюсь, к нам не придерутся, что они не написаны собственной кровью или не вырезаны автогеном прямо по коже, — продолжала я.

— По-моему, это тебе лишь бы придраться, — раздраженно отвернулся Мишка. Ой, да ну и пожалуйста, какие мы нежные... Что я такого спросила-то?!

Оставшуюся очередь мы достояли молча, джиннии тоже не было слышно: или соблюдает конспирацию, или исчезла, но ведь у ворот чары все равно испарятся и она станет видимой. Я засмотрелась на узоры по бирюзовой майолике, что опоясывала круглую башню поблизости от нас, такие оборонительные сооружения шли через каждые тридцать метров стены. Веселенький узорчик, похожий на обои у нас на кухне...

— Ай, это правда твоя портрет? Эт ты так говорищ, но тут у тебя целых три головы, — зловредным тоном прогрохотал циклоп, держа между пальцев с длинными загнутыми когтями квадратную картонку и переводя прищуренный взгляд с нее на проходящее фейсконтроль существо.

— Это я до болезни, — обиженно моргая, пояснил Миленький джинн с двумя головами.

В очереди на нас косились, ядовито перешептываясь за спиной, но главное, не трогали и не приставали с расспросами. Какие они добрые, может, все-таки зря нас пугали Акиса с Симурхом, и к людям здесь относятся не так ужасно? Хотя потом оказалось, что все предвкушали тот момент, когда дело наконец дойдет до нас. Но Миша, как настоящий милиционер, затылком почуял угрозу и приступил к выполнению плана, так как мы уже были следующими.

— Жить хочешь, делай как я, — шепнул он мне и вдруг завыл, выкатив глаза:

— Дрожите все, ибо мы Зло, пришедшее из глубин джаханама!

— Ты с ума сошел?! — просипела я, покраснев от стыда. — Прекрати сейчас же!

— Какой позор, Ночной Дозо-ор! — окончательно добил он меня, причем очень убедительно изображая пляску святого Витта.

Я попыталась отодвинуться от своего сумасшедшего соседа и сделать вид, что мы незнакомы, но это не сработало, все с ужасом и любопытством смотрели и на меня тоже. Только тут я поняла, что это он выкидывает: мы же эти, как их, шаиры, бродячие заклинатели и юродивые. Но имели ли они в своих рядах женщин, вот вопрос...