Тень императора - Василий Сахаров

Вечная жизнь и свобода, над ними только тёмное божество. Награда за преданность великая, и это могло привлечь в культ множество людей, если бы не пришлось пить кровь, прятаться от солнца и бояться охотников на вампиров. Поэтому культисты не высовываются и соблюдают строжайшую конспирацию.

Однако, несмотря на опасность, они продвигают к власти своих людей, разумеется, если канцлер и генерал Минц – последователи Шамми, а это не факт, ибо мне известно, что Тайрэ Руге раньше часто бывал в храмах Ярина Воина. Хотя что мешает ему быть двоевером? Ничего. Навесил на себя артефакт помощнее, чтобы никто не смог покопаться в голове, и живи спокойно, днём ходи в святилища имперских богов, а ночами – с вампирами кровушку людскую проливай.

А как же патриотизм канцлера? Хм! Это уже другое направление его жизнедеятельности. Патриотизм как любовь к родине, верность собственному народу и государю императору здесь ни при чём. Можно любить родину и быть поклонником тёмного культа. Одно другому не мешает. Это я знаю из разговора с Вилли Йоцке. Он тоже культист, приносил кровавые жертвы, но это не мешало ему жить, любить женщин, радоваться хорошей погоде и копить денежку. Так же, наверное, и у канцлера. Империя – с одной стороны, а культ, семья, дети и тайная жизнь – с другой.

– Сколько всего последователей Шамми? – задал я Хагену новый вопрос.

– Есть несколько ячеек. Диады – самая большая. По всей империи культистов не больше тридцати и за границей, возможно, сотня.

– А кровососов сколько?

– Раньше немного было, не более двух десятков, именно тех, кто при жизни поклонялся Шамми. Теперь не знаю. С приходом в наш мир демонов многое изменилось. Вампиры стали агрессивней, и они уже не такие трусливые, как раньше. Из всех щелей нечисть вылезла, и поклонники Шамми тоже.

– Ясно. Сейчас напиши подробный отчёт о поездке – это для императора. Позже ещё поговорим.

– А потом что? Какое дело поручишь?

– А сам чего бы хотел?

– Мне бы клинком помахать. Давно уже с врагами не бился.

– Подумаю, что тебе поручить.

Хаген ушёл. Я остался один и попробовал мысленно вызвать ламию и учителя. Ответа нет. Они меня не слышали, наверное, находились далеко. Жаль. Мне нужны их советы.

Только я об этом подумал, как доложили о появлении ещё одного ночного гостя, Алая Грача. Он человек опытный и ярый противник тёмных богов, нежити и нечисти. Вот с кем можно поговорить о Шамми и вампирах! Однако посвящать его в тайну канцлера и впутывать в наши дела не хотелось. Поэтому я решил повременить, не торопиться и сначала выслушать жреца. Что он скажет? Что привело его ко мне?

Служитель Сигманта Теневика вошёл в кабинет и сказал:

– Собирайся. Дело есть.

«Ни здравствуй, ни как поживаешь, Уркварт, а сразу собирайся, – улыбнулся я. – Узнаю Алая. Постоянно спешит».

– В чём дело, уважаемый Алай?

– Вампиры вернулись в столицу. Один точно.

– Где он?

– Помнишь, ты говорил о Румо Когте, который с кровососами дела ведёт?

– Да. Вы ещё попросили не трогать воров.

– Вот-вот. Я надеялся, что нежить снова выйдет с ними на связь. И сегодня ночью один вампир навестил логово банды. Надо торопиться и брать его, пока не сбежал. Через него выйдем на остальных клыкастых тварей. Мои ученики уже готовы, но нужна силовая поддержка.

– Сколько воинов вам выделить?

– Десяток дворян из твоей особой группы будет достаточно. Ну и ты как командир.

– Какой у вас план?

– Окружаем бандитскую хавиру, вламываемся и всех бьём. Пару человек и вампира захватываем для допроса.

– Городскую стражу не предупреждали?

– Нет.

– Предлагаю дополнение к плану.

– Говори.

– Воинов вам выделю, но сам с ними не пойду. Буду рядом и постараюсь проследить за кровососом, когда он сбежит.

– Думаешь, я упущу добычу? – Грач горделиво приподнял голову.

– Думаю, да. В прошлый раз кровососы удрали и ловушку поставили. В этот раз такого допустить нельзя. Наверняка вампир подготовил для себя отнорок.

– Возможно, ты прав, Уркварт. Спорить не буду. Давай бойцов – и я выдвигаюсь.

Спустя десять минут личный состав особой офицерской группы при советнике его императорского величества был построен во дворе. Дворяне, все как один профессионалы и ветераны, молча ждали приказа, и я обратился к Тракайеру:

– Хаген!

– Я! – отозвался он.

– Берёшь всех дворян, кто не задействован в охране императора, и поступаешь в распоряжение Алая Грача. Идёте охотиться на вампира, а заодно воров из Чёрного города покрошите. Приказ ясен?

– Так точно! – Хаген заулыбался, он был доволен.

– Тогда удачи вам. Вперёд, господа, пришла пора размяться.

Офицеры погрузились в кареты и покинули особняк, а я, накинув «Покрывало невидимости», последовал за ними и вскоре оказался на соседней улице, где меня ожидал экипаж. Ночь обещала быть весёлой и насыщенной событиями.

* * *

Хаген Тракайер приказал воинам занять позицию для штурма воровского трактира «Лесник» и подошёл к Грачу.

– Когда начинаем? – обратился он к жрецу и кивнул на штаб-квартиру разбойников.

На мгновение Алай Грач закрыл глаза, а затем ответил:

– Прямо сейчас. Мои мальчики уже на местах. Окна на втором этаже отсутствуют, подвал закрыт, прохода в катакомбы нет, с чёрного хода засада. Бежать разбойникам и вампиру некуда. Разве только на крышу, но мои наблюдатели узнавали: выходов на неё нет, замурованы.

– Атакуем, как договаривались?

– Да. Вы на острие удара, рубите всех, кто попытается оказать сопротивление. Я за вами, вступаю в бой, когда появится кровосос.

– Понял. Работаем.

Тракайер вернулся к отряду и приготовился. В правой руке – верный ирут, в левой – кинжал. Всё готово. Он взмахнул мечом и отдал команду:

– Пошли! Вы знаете, что делать.

Разумеется, бандиты Румо Когтя позаботились о своей безопасности. Имелось внешнее прикрытие, уличные наблюдатели из мелких воришек, а вход охранялся парой крепких вышибал. Но против жрецов и офицеров эти меры предосторожности не сработали. Воришек неожиданно сморил сон, и они, засыпая, попадали прямо на грязную брусчатку. А крепкие вышибалы, которые могли одним ударом выбить дух из любого буйного пьяницы, сдержать отставных гвардейцев не могли.

– Эй! – воскликнул охранник трактира, увидев приближающихся офицеров. – Стоять! Назад! Это территория Когтя!

– Мы знаем, – сказал Хаген и ударил вышибалу в солнечное сплетение.

Хекнув, охранник согнулся, и на его гладко выбритый бугристый череп опустилась окованная бронзой рукоятка кинжала. Он упал, рядом с ним рухнул второй верзила, которого «уронил» Марюс Черенга, и офицеры особой группы вошли в трактир.