Клятва крысиного короля - Леонид Кудрявцев

— Конечно, — сказал крысиный король и, вытащив из воды лапу, протянул ее коту.

Тот зафыркал, но все же проглотил несколько пиявок.

— В общем-то, конечно, это не рыба, — сказал он. — Но на худой конец, чтобы набить живот, сойдет.

— Еще как сойдет, — промолвил крысиный король и снова опустил лапу в болото.

Тут появился бормотун и снова стал вещать насчет проклятий и смерти, насчет предзнаменований и того, что они, невежественные глупцы, еще очень и очень пожалеют о том, что не обращают на него внимания.

Никто из трех путешественников и ухом не повел. Кот лежал на бережку и грелся на солнышке, крысиный король и Марша ловили и поедали пиявок.

Наконец, очевидно, выйдя из себя окончательно, бормотун проклял их совершенно уж жуткими словами и исчез в трясине.

— Все, — сказал кот. — Мы от него отвязались. Он понял, что нас ему не сломить, и удалился. Теперь можно идти дальше совершенно спокойно.

— А что означает «чтобы твои избиратели голосовали за кого угодно, но только не за тебя»? — спросила Марша.

— Не знаю, — признался крысиный король. - Наверное, это проклятие как-то связано с голосом. Я понял лишь, что кто-то за кого-то должен голосовать, то есть пользоваться голосом. Может быть, это пожелание, чтобы ты онемела?

— Да не обращайте вы внимания, — промолвил кот. — Этого бормотуна Ахумурадза отловил где-то на самом краю великой цепи миров. До того как попасть сюда, он где-то там служил призраком и шлялся по какой-то большой стране. Потом он каким-то образом попал в мир снов и тоже служил там кому-то гнусному. И только после этого, вернувшись в реальный мир, попался на глаза Ахумурадзе. Короче, биография у него была богатая приключениями, и чего только он во время этих своих приключений не наслушался...

— А ты-то откуда знаешь? — спросил крысиный король.

— Так его тоже безделье доконало, — объяснил кот. — Здесь-то давным-давно уже никого не было. Вот он время от времени прилетает ко мне, чтобы поболтать. Я-то его не слушаю, а он все равно болтает. И не только проклятиями сыплет, иногда и рассказывает о своих приключениях.

— Ладно, хватит о нем, — проговорил крысиный король. — Ты лучше скажи нам, долго ли еще будет тянуться это болото?

— Нет, — ответил кот. — Еще пару, островков, и оно кончится.

— Слава Великому Крысу, — вздохнула Марша.

— Рано радуешься, — сказал кот, вставая и выгибая дугой спину. — Дальше будет пустыня. И если птица Рух улетела за добычей, то все будет просто прекрасно.

— А если нет? — спросил предводитель крыс.

— Ну, тогда нам придется ждать, пока она это сделает, — ответил кот.

Минут через пять крысиный король и Марша полностью насытились. Пора было отправляться в путь. Но тут кот занялся вылизыванием.

— Знаешь, — сказала крысиному королю Марша, — иногда мне кажется, что самцы все же не должны так сильно следить за своей внешностью.

— Тебе правильно кажется, — промолвил крысиный король. — Это удел самок. А как говорил один знакомый мне человек: «Настоящий мужчина должен быть угрюм, волосат и вонюч».

— Нет, все-таки ты скотина, — с отвращением сказала Марша.

— А ты кто? — не выдержал крысиный король.

— Я — другая, — заявила крыска и гордо задрала нос.

Крысиный король посмотрел на вылизывающегося кота, на Маршу, которая, отвернувшись от него, обозревала болото, так, словно бы мечтала любоваться этим унылым пейзажем всю свою сознательную жизнь, и потопал на другую сторону острова. Ему хотелось самому найти тайную дорогу и совсем не хотелось думать о самках, какие они и куда (когда они становятся такими) их надо положить, а также, что с ними потом нужно сделать.

Он потратил на поиски минут пять, но все же они увенчались успехом.

Когда кот закончил вылизываться и вместе с Маршей подошел к нему, крысиный король, испытывая законную гордость, показал ему найденную тайную тропу.

— Здорово, — сказал кот. — У тебя в роду кошек не было?

— Боже упаси, — содрогнулся крысиный король.

— А жаль, — сказал кот и ступил на первое бревнышко.

— Я была не права, — сказала Марша, проходя мимо крысиного короля и пристраиваясь вслед за сосредоточенно продвигавшимся по бревну котишкой.

— Я тоже был не прав, — сказал крысиный король, догоняя свою подругу.

Но думал он в этот момент о другом. У него из головы никак не шли последние фразы кота.

«Это как? — думал предводитель крыс. — Почему в моем роду должны быть кошки? С чего? Стоп, а может, кот сказал это потому, что забыл о том... Ну конечно, он наверняка в тот момент забыл, что мы крысы. Всю жизнь он представлял крыс совсем другими и теперь не может до конца поверить в то, что мы ими являемся».

Впрочем, вскоре ему стало не до этого. Они перебрались на следующий островок, потом еще на один и тут увидели, что трясина шагах в ста от них заканчивается. За ней желтел песок пустыни, и на горизонте виднелись какие-то горы.

Две крысы и кот быстро преодолели последнюю тайную тропу и, миновав невидимую границу, сразу же окунулись в жаркий сухой воздух пустыни.

— Куда мы пойдем дальше? — спросил крысиный король.

— Если птица Рух улетела, то нам удастся добраться до гор, — ответил кот. — Пустыня не очень широка, и мы вряд ли умрем от жары, но я все же советовал бы, прежде чем попытаться ее пересечь, хорошенько напиться.

Так они и сделали. Пройдя вдоль болота, они все же нашли место, в котором вода была почище, и с удовольствием напились впрок.

— А теперь — держим курс на горы, — объявил кот. — И будем надеяться на удачу.

— Это то, что нам сейчас очень нужно, — сказала Марша.

И крысиный король, соглашаясь с ней, кивнул. После этого они отправились в путь. Их обдувал жаркий ветер, лапы пекло горячим песком, но они упорно карабкались с бархана на бархан. Время от времени из песка выкапывались здоровенные ящерицы с почти человеческими лицами и мерзко на них шипели. Лица у них были злые, с косыми челками и короткими — щеточкой — усиками.

— Близко к ним подходить не стоит, — сказал насчет ящериц кот. — Запросто могут укусить. Но сейчас их пока еще мало. Поэтому нападать они не будут. Вот если их соберется стая штук в сто — тогда берегись.

— Мерзость какая, — проворчал крысиный король.

— Так они и называются — мерзлявки. За то, что не любят морозов. Еще они не любят, когда кто-то начинает при них говорить о милосердии к другим существам. Жутко злятся. Я бы вам показал, что при этом происходит, но нам нужно спешить. Эх, только бы птицы Рух не было на месте.