Повелитель - Мелани Джексон

— Я и представить не могу, как можно владеть такой силой с самого детства, — заметил Ник, ощутив сострадание к мальчику, каким был когда-то Ледяной Джек.

Он не знал, что сказать невозмутимому, осознающему свою силу взрослому волшебнику, стоявшему перед ним. Вряд ли кто-то мог менее нуждаться в сочувствии.

— У тебя есть родные братья и сестры? — Ледяной Джек сменил тему разговора.

— Сестра, ее зовут Пруденс, — ответил Ник. — Но она не… Пожалуй, она больше похожа на обыкновенного человека, чем я.

— Никаких духовных озарений? — Джек снова улыбнулся.

— Вообще никаких огоньков. Во всяком случае, пока. Но ее развитие затянулось. Вероятно, и с ней когда-то это произойдет. — Ник вздохнул. — Или с ее детьми.

— Дай сестре время. Хотя нужно быть готовым к тому, что у нее никогда не проявятся магические качества. Некоторые магические свойства чаще проявляются у людей определенного пола. Она может и не иметь таких же скрытых сил, как ты, или, возможно, она только носитель этого дара и передаст его следующим поколениям.

— Носитель. Похоже на переносчика заболевания, — Ник смутился. — Мне не хочется так об этом думать.

Впервые за долгое время вступил в разговор Томас Мэрроубон. Он был так увлечен ремонтом ноутбука, что даже наморщил лоб от напряжения.

— А что, если магия — это какие-то особенные специфические вирусы?

— Но как тогда передается инфекция? — спросил Ник, обрадовавшись возможности отвлечь внимание окружающих от своей персоны. Ему не хотелось вспоминать о детях сестры, своих племяннике и племяннице. — Видимо, это передается по наследству.

Роман отозвался с противоположной стороны комнаты, где точил меч на гигантском точильном камне.

— Точно. Нельзя заразиться этими бактериями через дыхание или половым путем, иначе многие мои знакомые подхватили бы этот вирус. — Роман ухмыльнулся, а потом успокоился. — Хотя это интересная мысль, не правда ли? Магия как своеобразная болезнь… В конце концов, определенные качества передаются через кровь, почему таким же способом не передаваться волшебству?

— Так это все-таки болезнь? — уточнил Ник. — А может, магия просто генетическая особенность? — «Интересно, каково строение ДНК волшебников?» — подумал он. Эта мысль заставила участиться пульс Ника.

Роман и Ледяной Джек обменялись долгими взглядами, и Роман продолжил:

— И да, и нет. У нас с Лирис, вероятно, больше не будет детей, и не потому что мы, волшебники, не можем зачать.

— Подожди-ка! — Ник был удивлен. — Волшебники не могут иметь потомство?

— Да, — подтвердил Джек. — Без магии зачатие невозможно. Но здесь и это не проблема. В пределах Кадалаха возможно все.

— Понимаю, — пробормотал Ник.

И хотя ничего не прояснилось, от этой новости стало немного легче. Из-за того, что было между ним и Зи в канун Рождества, он проклинал себя последними словами. Повернувшись к Роману, он спросил:

— Так почему все же вы с Лирис не можете иметь детей?

— Видишь ли, на меня напал вампир — гоблин-вампир с незаурядными магическими способностями. По сути, это он создал гоблинов-гибридов, гнавшихся за вами. Как уже говорил Ледяной Джек, в отличие от большинства лутин, Квид всегда интересовался высокими технологиями, например, прикладной генетикой. Он спроектировал и изменил самого себя. Но укус Квида, похоже, не имел для меня серьезных последствий — волшебники могут нейтрализовать большинство вирусной или бактериологической заразы. Однако вампиризм все-таки еще присутствует и в моей крови, и в моем волшебстве, словно в меня впрыснули холодные черные чернила, и мы точно не знаем, как это повлияет на мое потомство. Возможно, проявятся какие-то новые качества, которые могут остаться в роду навсегда. Негативные видоизменения поражают род до седьмого поколения со всеми вытекающими последствиями.

— Ты имеешь в виду мутацию эмбриона из-за укуса, — задумчиво произнес Ник. — Постоянная мутация, передающаяся к последующим поколениям. Магическая болезнь. Разве это возможно?

Ник не спрашивал, существуют ли вампиры на самом деле. Несомненно, существуют.

— Так Зэйн это и называл: мутация эмбриона. И поэтому мутантный штамм вампиризма может передаться моему ребенку. А кто знает, как это на него повлияет.

— Но ведь беременные могут пройти тесты, возможно, это как-то лечится.

— Тесты на вампиризм? Посмотри на проблему реально. — Роман говорил серьезно, но не раздраженно. — Все хуже, чем можно предположить. Физические симптомы — это одно, гораздо хуже то, что к концу жизни Квид превратился в сумасшедшего — очень опасного сумасшедшего. Он намеревался уничтожить все живое. Кто перед ним — человек, гоблин, волшебник — для него не имело значения. И я думаю, что Квид сошел с ума от мутационного вампиризма, а не из-за свойственной гоблинам склонности к антиобщественному поведению, с которой, как ни странно, можно как-то справляться. Он превратил сам себя в супервирус и планировал заразить весь мир с помощью армии носителей этой заразы.

— Понимаешь, — вставил Ледяной Джек, — большинство гоблинов Квида, как и он сам, спроектированы как носители латентных, то есть не проявляющих себя вирусов. Некоторые из них напоминали маленьких симпатичных щеночков. Он решил торговать ими, как обычными домашними питомцами. Эти глупые, жадные, грубые ублюдки — тролли-гибриды — достойны только смерти.

Этим вирусом заразились многие гоблины Нового Орлеана, и с ними нужно было вести себя очень… осторожно. Но это еще не все. В отличие от счастливых концовок кинофильмов, со смертью Квида никуда не делись его интриги, махинации и происки. Сумасшедший мерзавец даже привил вирус вампиризма нескольким видам выращенных им орхидей. Мы потратили массу времени и средств, помогая новому повелителю общины в Новом Орлеане — Лобинью — выявить носителей вируса и уничтожить их.

Ник покачал головой. Орхидеи-вампиры? Врач стал размышлять о болезнетворных микроорганизмах, способных поражать людей, волшебников и растения. От этого у него закружилась голова. Ник забеспокоился, осознав возможность наличия инфекции на дротиках гоблинов, попавших в него и Зи. Может ли он чем-то помочь Роману, который является носителем ДНК с измененной структурой, что, возможно, передастся его детям?

— Что случилось с зараженными гоблинами? Какие у них наблюдались симптомы? — заинтересовался Ник.

— Чрезмерная чувствительность к солнцу, намного большая, чем обычно. К тому же они постепенно сходили с ума от безумной жажды крови, заставляющей их действовать так, кик будто они нанюхались наркотика под названием фенилциклидин, — ответил Роман. — Некоторые даже превратились в каннибалов. Их пришлось убить, а тела их сжечь. Не существует методов лечения последствий мутации. Кроме того, никто не рискнул бы способствовать распространению инфекции вне города. Пожалуй, даже Лобинью не настолько сумасшедший. Хотя почти у всех королей гоблинов мозги не и порядке, и трудно понять, где пределы их безумия. Понимаешь, в мире гоблинов власть не передается по наследству, от отца к сыну. В каждой общине после смерти лидера происходят битвы за власть и побеждает самый безжалостный психопат. Меня беспокоит, что Лобинью пережил Квида. По его виду не скажешь, что этот подлец чрезвычайно умен.