Дорога на Тир Минеган - Олег Авраменко

Все трое посмотрели вперед, где во главе колонны ехали сестра Этне и капитан аб Грайди. Они вели неспешный разговор, вероятно обсуждая какие-то военные вопросы. У Этне была феноменальная память, острый и пытливый ум, вбирающий в себя знания как губка. Она была сестрой-наставницей по бытовым чарам, но интересовалась всем на свете — от точных законов движения небесных тел до тактики ведения боевых действий во время приграничных стычек, о чем ей, наверное, и рассказывал капитан, почти всю свою взрослую жизнь посвятивший защите северной границы Леннира.

— Будем считать, что сто лет, — сказала Эйрин. — В итоге имеем две тысячи ведьмаков и ведьмачек.

— То-то и оно, — сказала Мораг. — Слишком много для Абрада, вы не находите? И хорошо если бы были только ведьмачки. Мы, женщины, не такие амбициозные и властолюбивые. Если бы мы хотели — давно возглавили бы все королевства как на Юге, так и на Севере. Но мы не делаем этого, нам хватает и маленького Тир Минегана. Если же вмешиваемся в дела северных королевств, то лишь для того, чтобы остановить войну или устранить от власти жестокого тирана — словом, сохранить жизнь множеству простых людей. А мужчины не такие. Едва почувствуют свою силу, так и тянут руки к короне — как минимум княжеской, а желательно королевской. Страшно подумать, сколько бед принесла бы в мир тысяча мужчин-ведьмаков.

— Ну, не думаю, что все они оказались бы такими жадными до власти, — заметила Финнела.

— Пусть не все, хватило бы и каждого десятого. И это я уже приуменьшаю. Из шести ведьмаков, появившихся на свет в прошлом тысячелетии, трое стали королями, один был императором Ферманаха, о чем ты, наверное, знаешь, а двое жили во времена Мор Деораха и командовали собственными армиями, что теперь приравнивается к княжескому титулу. Если не считать брата Шайны, то из четырех ведьмаков, рожденных в нашем тысячелетии, двое были королями Ивыдона, наши соседи просто обожают ведьмаков, еще один правил Ан Данваром, и только последний удовольствовался титулом герцога, получив для себя Бенфройдское княжество в Гулад Хамрайге.

— Вот это да, — удивленно покачала головой Финнела, для которой, в отличие от Эйрин, рассказ о королевских достижениях ведьмаков стал новостью. — Выходит, у Бренана есть хорошие шансы стать королем.

— Особенно если он женится на Гвен, — добавила Эйрин. — Тогда останется просто подождать, когда освободится престол Катерлаха. А старейшие сестры, хоть и строят насчет Бренана другие планы, не станут им мешать. Напротив — из чувства вины перед обоими поддержат их.

Мораг взглянула на нее с удивлением:

— Неплохая догадка! Ты настоящая дочь своего отца… — Но уже в следующий момент покачала головой. — Э, нет, сама ты не могла до этого додуматься. Может, ты и разбираешься в королевских делах, но в наших ведьминских еще ничего не смыслишь. Услышала об этом от Этне?.. Нет? Тогда… Неужели от Шайны?

«Вот дура! — мысленно выругала себя Эйрин. — Никто же не тянул тебя за язык! Захотелось, видишь ли, показать, какая ты умная…»

— Только не говори ей, — попросила она Мораг. — И ты тоже, Финнела. Шайна очень обидится, что я все выболтала.

Мораг небрежно хмыкнула:

— А ты и не открыла мне ничего нового. Мы с Этне еще в Кардугале это обсуждали. И с другими сестрами переписывались на сей счет. А к Шайне не обращались по очевидным причинам… Но она оказалась более мудрой, чем мы думали. И более взрослой. Теперь я могу смело поговорить с ней о Гвен и Бренане. Заодно прикрою тебя, Эйрин. Мол, только сказала вам о выгодах этого брака и по твоей реакции поняла, что для тебя это не новость.

— Спасибо, — облегченно вздохнула Эйрин, которая очень боялась, что при первой же возможности Финнела обязательно проговорится.

Хлопнув ладонью по крупу своего коня, Мораг помчалась вперед, а Эйрин с завистью смотрела ей вслед — на то, как свободно и естественно держалась она в седле благодаря своей одежде. Разумеется, и платье Эйрин с разрезанными от колен нижними юбками было достаточно удобным для верховой езды; однако оно не давало полного ощущения свободы, сковывало движения и вынуждало постоянно следить за тем, чтобы ни за что не зацепиться. В последние дни Эйрин так и подмывало попросить Мораг поделиться с нею своими нарядами, но она все никак не могла на это решиться.

— Надеюсь, этот трактир будет лучше трех предыдущих, — сказала Финнела, проводив взглядом придорожный столб со знаком девятнадцатой мили. — А то мне уже надоело ночевать в тесных каморках.

— Этне уверяет, что трактир очень приличный, — утешила ее Эйрин. — Большой, с просторными светлыми комнатами.

— Надеюсь, и прачки там нормальные, — продолжала кузина. — Сегодня утром мне пришлось чарами сушить рубашку и чулки. Представляешь?

Эйрин иронично цокнула языком:

— Вот ужас! Что ж это делается на белом свете!

— А разве нет? — огрызнулась Финнела. — Ну ладно, ты, наверное, и впрямь уже чувствуешь себя ведьмой. А я остаюсь принцессой! И должна идти на такие жертвы, даже горничную не взяла с собой из-за твоих уговоров.

— Так ты жалеешь, что поехала с нами? — уже в который раз спросила Эйрин.

Реакция была вполне прогнозируемой. Капризное выражение в мгновение ока исчезло с лица кузины, и его озарила радостная улыбка.

— Конечно нет! Нисколько не жалею. Я так счастлива, Эйрин! Это лучшее, что со мной случалось в жизни! Боюсь, я никогда не смогу отблагодарить Шайну за все, что она для меня сделала.

— А также для всего Леннира, — добавила Эйрин и невольно усмехнулась, вспомнив постную рожу графа Гонвара аб Кихана, когда они проездом побывали в Тинвере и Шайна от имени ведьминского Сестринства объявила о признании нынешних границ Леннира. — Только бы ей не очень досталось.

Финнела лишь молча кивнула. Они уже не раз говорили об этом. Мораг была уверена, что все обойдется, учитывая ту неприятную историю с Бренаном; а вот Этне побаивалась, что старейшие сестры как-нибудь извернутся и придумают для Шайны хитрое наказание, которое на первый взгляд и наказанием-то казаться не будет.

— А знаешь, — через минуту отозвалась кузина, — я совсем не хочу, чтобы Бренан женился на той Гвен.

— Почему? — удивилась Эйрин. — Что тебе до этого?

— Ну… думаю, это будет неправильно. Как-то ненормально. Сначала Гвен была с сестрой, потом будет с братом. А кроме того… — тут Финнела смущенно потупилась. — Я уже представляла, как буду флиртовать с Бренаном, заморочу ему голову…

Эйрин рассмеялась:

— Так вот оно что! А твои аппетиты растут, сестричка. Уже положила глаз на парня, которого даже не видела.

— Зато много слышала о нем. И если он хотя бы наполовину такой красивый, как Шайна… — Финнела не договорила, ее взгляд сделался мечтательным.

— А он, наверное, настоящий красавец, — согласилась Эйрин. В свое время Шайна рассказала ей, что на просьбу описать внешность брата Гвен в своем письме ответила просто: «Посмотри в зеркало и представь себя парнем».