Сердце Пустоты - Регина Мазур

Аврора с радостью ее приняла и поднялась с пледа.

— А куда именно?

— Сейчас узнаешь. Пойдем. Тебе точно будет интересно!

Он повел ее через лес в ту сторону, в которую она никогда не ходила сама. Там было очень густо, тропинки отсутствовали, а трава была высотой почти до пояса.

Однако сейчас, словно подчиняясь воле своего хозяина, этот сонный заросший лес начал преображаться. Идти стало так же легко, как по мощенной дороге — ни камешков, ни веток под ногами, о которые можно споткнуться или зацепиться подолом.

Идти пришлось довольно долго. Всю дорогу они молчали, погруженные в свои мысли. Но результат оправдал все ожидания. Аврора и не подозревала, что увидит в этом месте подобное.

— Море?

Бог улыбнулся.

— Это море Пустоты.

Брови девушки взлетели в удивлении.

— Пустоты? Но…

— Прислушайся. Что ты слышишь?

Аврора застыла, послушно прислушиваясь и даже стараясь лишний раз не дышать.

Сначала она не поняла, что именно должна была услышать. Поэтому лишь недоуменно хмурилась, бросая на спутника вопросительные взгляды. А тот с загадочным видом за ней наблюдал, но давать объяснения не спешил. И тут ее осенило.

— Ничего… Совсем ничего! Я не слышу шума прибоя! Волны, ветер… Ничего этого нет! Почему?

— Потому что это тоже иллюзия. За этим утесом кончается Царство Грез и начинается чистая, настоящая, неподдельная Пустота. Именно отсюда приходят души, а затем попадают в наш мир, наполняя новорожденные тела. Именно сюда они уходят после смерти, чтобы смешаться с Пустотой, а затем переродиться.

— Так ты еще и распорядитель душ? — предположила Аврора. — Направляешь их в новые тела и сопровождаешь в новую жизнь?

Бог тихо рассмеялся.

— Нет. К сожалению, за душами никто не следит. Просто некому.

— Но разве в мире недостаточно богов, кто мог бы этим заняться? — удивилась она. — Я знаю, что существует очень много разных народов, и у каждого из них есть свой бог, которому они поклоняются. Неужели никто из них не может этим заняться?

— Богов не так много, как ты думаешь, — печально отозвался Царь Грез. — Раньше было больше. Когда-нибудь я расскажу об этом подробнее, — это слишком долгая история, о которой современные люди ничего не помнят. Но, понимаешь, даже в прежние времена, когда богов было значительно больше, никогда не существовало никаких богов смерти, рождения или, как ты выразилась, распорядителей душ. В этом просто не было необходимости. Мы поддерживали равновесие между нашим планом и планом Пустоты, и души всегда самостоятельно находили свой путь. А сейчас…

— Баланс нарушен, — догадалась девушка.

— Именно.

— Но почему? Как это произошло?

— Обещаю, ты все узнаешь в свое время. Но не сейчас. Я позвал тебя сюда не за этим. Лучше посмотри…

Его слова прервал страшный рев, который в этом тихом, практически бесшумном месте, звучал, как нечто постороннее и совершенно лишнее. И доносился этот звук, как ни странно, со стороны моря.

— Ах! Что это?! — в ужасе воскликнула Аврора, указывая на жуткую картину, открывшуюся перед ее взором. — Это… неужели воронка? Воронка в море душ? Царь Грез, так и должно быть? Это нормально? Царь Грез…

Бог не отзывался, и тогда она оторвалась от ужасающего зрелища, повернулась к мужчине и увидела…

— Ох, Вездесущие! Что с тобой?!

Царь Грез совершенно неподвижно лежал на земле. Его темный плащ разметался, став еще более похожим на крылья птицы.

Девушка поспешно склонилась над ним, пытаясь определить, что произошло с богом, но тут поняла — он не дышит.

«Он умер?! О, нет! Не может быть! Только не это! Он ведь Бог! Он не может умереть!.. Ведь так?»

Паника накрыла с головой. И все же бледный огонек надежды продолжал упорно гореть в душе.

«Я должна что-то сделать. Его еще можно спасти! У меня есть способности. Я знаю, как ими пользоваться. Но он ведь запретил. Осмелюсь ли я нарушить приказ?»

Вторя ее сомнениям и лишь больше усложняя выбор, земля содрогнулась. Край утеса стал рушиться и осыпаться прямо в море, туда, где сейчас бушевала непонятная стихия, засасывающая в себя саму Пустоту. Еще немного и их обоих тоже затянет в воронку.

«Нужно уходить. Срочно!»

Но Аврора не могла бросить бога здесь одного. Все еще не веря, что он умер, она не хотела оставлять его тело этому… сверхъестественному и явно неприродному явлению. Поэтому, не раздумывая ни секунды, она вцепилась в мужчину и потащила его прочь от края.

Бог был очень тяжелым для слабой хрупкой девушки. Но прикладывая последние усилия, цепляясь то за одежду, то за части тела, в общем, за что придется, выдыхаясь и валясь с ног от усталости, она все же доволокла его до более безопасного места и рухнула почти без чувств рядом.

— Что ж ты не мог в стрижа превратиться! — посетовала она вслух.

Ответа, конечно, не было.

— Ничего, — дрожащим, прерывающимся на всхлипы голосом продолжила она. — Я поставлю тебя на ноги! Ты не можешь умереть! Только не сейчас, когда я… когда я только поняла, что… что люблю тебя!

Аврора склонилась над телом бога и, уже не в силах больше сдерживать эмоции, горько разревелась. Осознав, что чуда не произошло, рыдания ее лишь усилились. Это только в сказках так бывает, когда признаешься любимому, находящемуся на грани между жизнью и смертью, в своих чувствах, и он находит в себе силы открыть глаза и сделать вдох — самые приятные моменты для того, кто верит и ждет. Но бог, как лежал неподвижным, так и остался лежать.

— Ты сказал, что в нашем мире правят сказки, — шептала она ему на ухо. — Твое царство — сказка! Так почему же ты не можешь очнуться?!

Она не знала, сколько времени так пролежала с ним в обнимку, не выпуская из рук. Но в конце концов отстранилась, вздохнула, вытерла слезы и огляделась.

Мир снов рушился прямо на глазах. Теперь у него не было якоря, не было хозяина, способного его восстановить. Возможно, именно удар по Царству Грез так повлиял на самого бога снов. Они ведь неразрывно связаны.

У Авроры в голове крутилась лишь одна мысль: «Я ведьма. Единственная в своем роде. Я должна что-то сделать. Только я могу все исправить… Я многое могу...» Но что именно следует сделать, она не понимала.

Девушка осознала, что совершенно бессильна перед тем, что неизбежно грядет. Еще немного, и она рассеется, как дым, унесется в эту жуткую воронку вместе с этим прекрасным лесом и бездыханным телом Царя Грез.

И это вовсе не тот конец, которого стоило бы желать, пусть даже это будет смерть с любимым человеком. Она ведь даже не переродится в Пустоте, как все души, потому что там сейчас происходят какие-то непонятные аномалии. Конец непредсказуем. Безысходность — вот все, что она сейчас чувствует.