Попаданка с улицы Грёз - Алина Лис

Так, стоп! Какой меч?! 

— Это же… 

— Ага, — подмигивает Аншлер. — Гнездо столичных инквизиторов. 

Ну конечно, как я могла забыть?! Меч в языках пламени — символ ордена, все равно что звезда шерифа на диком западе. Рой всегда надевает его при исполнении. 

Губы миллиардера кривит сардоническая ухмылка.

— Согласись, что для таких как мы, есть особая прелесть в наслаждении жизнью прямо под носом у толпы инквизиторов? 

Пожимаю плечами. 

— Для меня в этом нет ничего принципиально нового. Я живу в одном доме с инквизитором.

А еще совсем недавно наслаждалась жизнью при его непосредственном участии в процессе.

Вспоминаю наши поцелуи и щеки невольно вспыхивают. Ох, Рой… ну почему ты так ненавидишь диббуков? 

Настроение неудержимо портится. Надо поговорить с опекуном. У нас ничего не получится, потому что не получится никогда.

Аншлер делает заказ на нас двоих: какой-то суп и мясо в хитром соусе. 

— Ради всех выдуманных богов этого мира, сними шляпку! Ты же не собираешься в ней обедать?

— Собираюсь, — отвожу вуалетку в сторону.

— Это неудобно и глупо. 

— Я уже сказала: мне не нужны сплетни. 

Он вздыхает. Косится в окно за моей спиной и его лице странно меняется, словно полуэльф пытается сдержать ликование. Хочу обернуться, чтобы выяснить, что так обрадовало моего спутника, но в этот момент миллиардер резко подается вперед и берет меня за руку.

Я ощутимо напрягаюсь. 

Даже в моем мире держаться за ручки в кафе — определенный уровень интимности. А уж по местным меркам это равнозначно публичному объявлению, что мы любовники. 

— Мне кажется, это лишнее, господин Аншлер.

— Да нет, погоди же! — он накрывает мою ладонь второй рукой, не давая вырваться. — Выслушай, это по поводу Бердальсона… 

— И при чем тут моя рука? 

— Понимаешь, я… 

— Даяна?! — знакомый мужской голос, в котором смешались изумление, неверие и боль заставляет подпрыгнуть на месте. Я вскидываю голову и растерянно смотрю на своего опекуна. 

Что Рой здесь делает?  

Инквизитор тоже смотрит на меня, и неверие на его лице медленно сменяется пониманием. И разочарованием. 

Немая сцена. 

Из нас троих Аншлер не выглядит удивленным. 

— О, милорд Фицбрук, — губы миллиардера расплываются в самодовольной улыбке. — Какой приятный сюрприз. Я-то полагал, что вы в Арсе… Прошу прощения, что не предлагаю присоединиться, но сами понимаете — третий лишний. 

Что Аншлер несет? Зачем усложняет все еще сильнее?!

— Рой, это… — я осекаюсь.

Что тут можно сказать кроме банального “Это не то, что ты подумал”?

Я в столице, хотя должна быть в Арсе. Обедаю со скандально известным богатеем. И он держит меня за руку. 

— Понимаешь, это… — как в двух словах пересказать всю историю появления Аншлера в моей жизни, наши странные отношения. И главное — причину, по которой я так ничего и не сказала опекуну?

В голове пусто, как в мытой пробирке.

Лицо инквизитора ожесточается, во взгляде, которым он окидывает меня, мелькает презрение. Мне кажется, я слышу, как между нами с грохотом падает каменная плита. 

— Я не голоден, — неживым голосом отвечает опекун. И разворачивается к двери. 

— Рой! Подожди!

Мгновения оторопи проходят. Я вскакиваю. Мне плевать, что подумают официанты, другие посетители, узнают ли меня, будут ли склонять мое имя в вечерних таблоидах… 

Я знаю одно — если Рой сейчас уйдет, я его потеряю.

А я не могу его потерять. 

— Куда ты, радость моя, — Аншлер вцепляется в мою руку. Изящные пальцы до боли сжимают запястье, на мгновение мне кажется, что кости сейчас треснут. Вторая рука полуэльфа по-хозяйски придерживает меня за плечи, прикрывая нашу возню от других посетителей.

— Пусти! — шиплю я разъяренной кошкой. 

— Тише, тише, моя хорошая. Разве забыла? Тебе не нужны сплетни. 

Делаю еще одну безуспешную попытку оторвать его пальцы. У выхода звякает колокольчик. Рой!

— Ну зачем устраивать трагедию на ровном месте? — мягко увещевает полуэльф, насильно усаживая меня в кресло. — Милорд инквизитор любезно не захотел нам мешать. Уверен, у него немало дел в столице. 

Со стороны кажется, что Аншлер нежно кладет руки мне на плечо, но на деле его пальцы держат с силой стального капкана. Чую, завтра будут синяки…

— Пусти меня немедленно!

— Не могу позволить тебе делать глупости, дорогая. Кроме того, разве бегать за мужчинами не ниже твоего достоинства? 

Я оборачиваюсь к окну, провожаю взглядом высокую фигуру Роя. И обмякаю.

Ушел… не догнать. 

Аншлер издает одобрительный смешок.

— Вот так другое дело… Выдохни, успокойся. Вот, выпей бренди. 

Как из воздуха появляется официант, чтобы протянуть мне бокал. 

Я смотрю на бокал. На Аншлера. Снова на бокал. 

И чувствую, как мои губы кривятся в нехорошей ухмылке.

— А давай. 

В его глазах мелькает подозрение. Кажется, миллиардер ждет, что я плесну напиток ему в лицо. Он плохо меня знает.

Выпиваю бренди залпом. Болезненная пустота в груди сменяется обжигающе-ледяной злостью. 

— Ты подстроил эту встречу. Все задумал с самого начала, — это не вопрос. 

События дня внезапно складываются, как детали одного пазла. Постоянные взгляды Аншлера на часы, донесения, которые миллиардер просматривал по дороге на площадь, заранее заказанный столик у окна и даже неуместное хватание меня за руку — все обрело смысл. 

— Ты знал, что Рой в столице. И сделал все, чтобы он наткнулся на нас и посчитал любовниками. 

Во рту горечь от бренди, в душе восхищение пополам с яростью. Я ненавижу манипуляции в любом виде.

Аншлер пожимает плечами.

— Ты слишком увлеклась инквизитором в последнее время, а это опасно и глупо. Сама понимаешь, что ничем хорошим ваш роман не закончится. 

— Вот как? Может, мне еще поблагодарить тебя за спасение?

— Не стоит благодарности, — миллиардер вздыхает. — Фицбрук не знает тебя так, как я, Даяна. И не забывай, что он — лорд. Аристократ в долбанном двадцатом колене. Он не сможет предложить тебе ничего, кроме постели… 

— А кто сказал, что мне нужно еще что-то, кроме постели? — ни хрена ты не знаешь про меня, Роя и наши отношения, диббук ушастый.