Принцип действия - Сергей Зайцев

– Что же делать? Его нельзя оставлять здесь. А лоцман может снять только сам хозяин.

– Подожди минутку. Есть аварийный способ, я же спец.

Я запустил процедуру выхода из робота. Не хотелось покидать теплую и уютную оболочку, но что поделать. Через пару минут тело пробудилось, сознание покинуло информационные магистрали робота, и восприятие моего «я» катастрофически быстро сузилось до ощущения крошечной и слабой человеческой оболочки – постэффект от пребывания в роботе. Затем лифтовая площадка выпустила меня наружу, и морозный воздух сразу обволок лицо жесткой хваткой, стянул кожу в сухой пергамент. Холодновато, ч-черт!

– Эй, у тебя тоже лоцман! – удивленно воскликнул здоровяк Коваль, когда я торопливо подошел к группе солдат вплотную.

– Я в порядке, воин, – досадливо отмахнулся я, не придав значения его восклицанию, и желая как можно быстрее очутиться обратно в уютном КоЖи своего «Следопыта». – Пропустите-ка меня к Максу…

Но солдатики, вместо того, чтобы расступиться, вскинули оружие без команды сержанта, впрочем, тот тоже не отстал от других. Несколько стволов уставились мне в лицо. Я замер. Малоприятный момент.

– Руки за голову! – рявкнул сержант. – На колени!

– Да вы что, спятили? – осторожно спросил я, стараясь даже не шевелиться. – Я же свой…

Кто-то из стоявших сбоку караульщиков неожиданно замахнулся излучателем. Я заметил движение и отшатнулся, но недостаточно быстро, вместо виска удар прикладом пришелся в скулу. В глазах полыхнуло, на долю секунды сознание отключилось, я обнаружил себя уже стоящим на коленях в снегу. Попытался встать, но тут же услышал резкий окрик и замер:

– Не шевелиться! Не шевелиться, я сказал!

– Проклятый «миротворец»! Сержант, позволь, я снесу ему башку! – кажется, это сказал тот же «крупногабаритный» солдатик, который несколько минут раньше собирался отвинтить башку Максу. Он же меня и ударил.

– Не торопись, Коваль, посмотри на его рожу, какой это «миротворец»? – с сомнением произнес другой.

– Причем тут рожа, Морган?! У него в башке «Пацифист»!

– Как уроженец Собренды, я считаю, что сперва нужно разобраться, что к чему. Эй, парень, ты как, меня слышишь? Отвечать сможешь?

– Смогу, – ответил я, чувствуя, как рот заполняется солоноватым привкусом. Сплюнул. Снег окрасился красноватым пятном. Спятившие идиоты. Я же сражался на их стороне.

– Твой лоцман отключен? – хрипло спросил сержант.

– Нет…

– Ах, черт!

Солдаты отступили дружно на шаг, продолжая удерживать на прицеле. Кажется, я выдал неправильный ответ, но после удара я соображал туго, не мудрено ошибиться. Нужно исправлять положение.

– Меня нанял интендант-полковник Грог, – едва сдерживаясь, чтобы не заорать на придурков, сказал я. – Я эксперт по роботам, умею справляться с вирусными атаками. Пилот «Шершня» может это подтвердить. – Сержант нерешительно посмотрел на Булочку, с потерянным лицом поддерживавшего голову Макса руками. – Да спросите же его!

– Грегори. – Сержант потряс пилота за плечо. – Что скажешь? Поручишься за него?

– Ты, идиот, ОЧНИСЬ, – с тихой яростью прошипел я. – Макс еще жив! Если ты не хочешь лишиться своего друга, дай мне ему помочь! Ты меня слышишь?

– Да-да, – запоздало встрепенулся Булочка, поднимая взгляд, – отпустите его…

Помедлив, сержант нервно кивнул, солдаты опустили оружие, продолжая посматривать на меня с откровенным недоверием. Как ни крути, а винить их в этом трудно. Большая часть их товарищей сегодня погибла. Погибла от рук человека, носившего лоцман.

Ладно, сейчас некогда заниматься обидами, ни своими, ни чужими.

Я присел возле Макса на корточки, прижал пальцы к плоскому двухсантиметровому диску лоцмана на виске. Заставил себя отрешиться от окружающего и ощутить проникновение… Секунда, другая… Диск отвалился и упал в снег.

– Все, тащите его в «Шершня», – сердито сказал я, выпрямляясь. – Грегори, заблокируй автоматику люка, не стоит его закрывать, сразу вытащим Макса, если что!

– Стрелок, Горлопан, берите пилота, – скомандовал сержант. – Грегори, объяснишь, что делать, на месте.

Двое солдат и Грегори унесли бесчувственного пилота на руках, сержант с остальными остался со мной. Посматривали на меня все еще настороженно, но за оружие уже не хватались. И то хорошо. От десяти вояк я при всем желании отбиться не смогу. Особенно от этого шустрого, как понос, Коваля, который в сомнительных ситуациях явно не любит напрягать мозги и предпочитает разрешать такие ситуации с позиции силы.

– Ты сам-то как, эксперт, в порядке? – примирительно спросил сержант.

Я не ответил. Грубить не хотелось. Как же люди любят задавать этот дурацкий вопрос именно тогда, когда в принципе ничего не может быть в порядке.

Сержант вытащил пачку сигарет, предложил мне. Пытается загладить досадный инцидент. Его счастье, что я человек отходчивый. Я отказываться не стал, сунул в губы сигарету, хотя обычно избегаю курения. Почувствовав тепло губ и легкое сжатие, микросенсор в кончике сигареты воспламенился, я тут же затянулся. Качество оказалось дерьмовым, табак был жестким и вонючим, но выбирать не приходилось.

– Извини, что так вышло, эксперт… А ловко, кстати, у тебя вышло с «Гончим», не иначе, молитва помогла…

Ну вот, еще и подлизывается.

– Молитва? – спросил я. – Ты о чем?

– У пилотов жеболов есть особый бзик, – презрительно скривился краснорожий Коваль. – Перед боем обязательно бормочут вот такую чушь: «смерть идет по пятам, но мы всегда на шаг впереди!». Позеры. Это они так себя заводят, чтобы не наложить в штаны в своих коконах при виде врага, а то после боя выбираться из жебола неприятно, хрен отмоешься…

– Не тренди, Коваль, – хрипловато оборвал сержант. – Сам ее каждый раз бормочешь. Да и все мы ее не забываем. Примета такая есть – забудешь про нее, жди неприятностей.

– Сильно она помогла…

– А кто успел о ней вспомнить? Бой начался слишком неожиданно. Ну, понял теперь? То-то же.

– Молитву придумал Макс, – хмуро обронил вернувшийся и тихо пристроившийся рядом Булочка.

– Не врешь?

– Точно говорю.

Солдаты с сержантом уважительно покосились в сторону «Шершня», где сейчас двое их товарищей охраняли пострадавшего пилота.

– А ведь она ему не помогла, – смекнул зловредный Коваль. – Так вляпаться со своей молитвой…

– Заткнись! – рявкнул сержант, видимо, разозлившись не на шутку. От прилива крови его лицо покраснело, как скорлупа у вареного рака, и они с Ковалем стали похожи друг на друга, как родные братья. Не иначе – земляки. – Я вот что думаю, – уже более спокойно продолжил он, повернувшись ко мне, – в БМП осталась аварийная надувная палатка, рассчитана на отделение. Можно попробовать достать. Если уцелела, то проблемы с холодом отпадут. Палатка с термообогревом. – Сержант криво усмехнулся. – Нас стало гораздо меньше, так что все поместимся, и пилот тоже.