Секретарь палача - Валентина Савенко

Я прикрыла глаза, сипло выдохнула сквозь зубы.

— Почему он не отправил меня к вам?

— Он не доверял Константину. Думаю, он собирался найти вас потом. Ведь только он знал, как будут выглядеть ваши фальшивые ауры и на что вы способны.

Скорее всего, он прав. Иначе бы папа обязательно рассказал мне об угрозе, возникающей, если долго находиться в полностью измененном облике. Теперь понятно, откуда Иден столько знает о фениксах.

Я искоса посмотрела на мужчину.

— Вы специально заставили меня вернуть мой настоящий облик?

— Не лукавьте, — хитро подмигнул мне палач, — вы успели его изменить. Не кардинально, конечно, но рискну предположить, что цвет волос, глаз и кожи у белого феникса должен быть другим.

Меня отвлекали, сбивали с мысли.

— Вы не ответили на вопрос. Зачем?

Иден недовольно поморщился.

— Вы умирали. Я чувствую смерть.

Об этой способности темных фениксов в книгах ничего не написано. Да чего уж там, об их способностях вообще мало известно.

Согласно кивнула, окончательно прощая Идену свою смерть.

Я многого не понимала, но в общем картина вырисовывалась вполне логичная. Эмиль не прекращал меня искать и нашел. Я как-то выдала себя под личиной неприметной месс. Либо… Захотелось стукнуть себя по лбу. Ессир Зосли! Он был магом и очевидно сильным. Скорее всего, он заметил, как я работаю с эхом прошлого. А потом у него было полно времени, чтобы проследить за мной. Сопоставить факты. Уверена, архимаг искал меня не только по легальным каналам. И, как мне кажется, формулировки там были весьма обтекаемые — феникс, маг эха. Зосли сообщил, кому надо, и…

И украл Миссу, убил. Зачем? Чтобы я его убила? Мазохист, что ли? Или мечтал стать вампиром? А почему тогда сбежал? Не понимаю, для того, чтобы отправить меня в тюрьму, было достаточно покушения на убийство. Для этого довольно ранения, девочку я бы все равно отправилась спасать.

Но меня хотели подвести под смертный приговор.

— Зачем они убили Миссу? — Вопрос слетел с губ. Понимая, что палач о моих умозаключениях не знает, я открыла рот, собираясь все объяснить, но Иден остановил меня жестом.

— Вам нужно понять одну простую вещь, Лина. Кто-то очень хочет, чтобы вы умерли. И не возродились.

— Но как же приговор? Меня собирались повесить!

— Вы бы погибли потом. Вас бы забрали, снова сделали подопытной и вынудили умереть.

— То есть Мисса стала вампиром только потому, что кто-то хотел убить меня?

Иден кивнул.

Мне стало совсем плохо. Но я продолжала задавать вопросы, понимая, что иначе просто не смогу успокоиться.

— Почему не нанять палача? Или наемников? — С опаской покосилась на мужчину, на поясе которого висел меч и кнут, а за голенищем прятался кинжал. — Ведь ваше оружие… оружие палачей не уникально?

— Уникально. Получают его далеко не все палачи. Использовать может только хозяин.

Ого! Я все равно не понимала, зачем такие сложности. Заплатить магу, чтобы тот убил девочку. А если бы я не убила его? Пригласить вампиров, чтобы они вернули Миссу и Зосли?

— Не проще было бы меня похитить?

— Нет. Те, кто стоят за похищениями и убийствами фениксов, всегда действуют наверняка. У них практически не бывает просчетов. Их махинации сложно выявить. Все выглядит правдоподобно.

Если отстраниться от переживаний и посмотреть со стороны на кошмар, случившийся в Ритиле, то все выходило именно так, как говорил Иден. Маг решил присутствовать при ритуале обращения девочки в вампира. А я напала на почтенного ессира и убила. Именно так и писали в мелкой газетенке, единственной в городке.

— Зосли заплатили вампиры?

— Вампиры — это я. Старые связи. Решил посмотреть, как они выкрутятся.

Я вопросительно смотрела на Идена, ожидая объяснений. Голова пухла от мыслей и предположений.

— Вас собирались обвинить в двойном убийстве.

Как мило. И неприметная библиотекарша была бы казнена. Ее тело выкупил бы медицинский колледж, и все бы про нее забыли.

— А так как вас уже заключили под стражу и дело шло к обвинительному приговору, я решил немного подпортить план недоброжелателей. Появиться раньше, чем палач отправит отчет о вашем деле в столицу, я не мог.

Было еще что-то, о чем палач умолчал.

— Вы недоговариваете.

— Вы правы, — поморщился Иден, — я проверял, насколько вы им нужны.

Понимаю, раз они вполне успешно вписали в свой план вампиров, то я им очень нужна. Тут я вспомнила, что по официальной версии работала на Идена еще до своей смерти на эшафоте. Зачем? Палач пытался запутать Эмиля.

Спрашивая об этом у палача, я заранее знала, что ответ мне не понравится. Идену удалось меня удивить.

Маскарад с фальшивой секретаршей преследовал сразу несколько целей.

Во-первых, действительно маскировал исчезновение Лисбет. Палач знал, что девушка шпионка. Поэтому так странно на нее смотрел, а не из-за того, что она была его второй любовницей, как решила прислуга. К важным документам доступа у девушки не было. Проще говоря, ему было выгодно ее держать рядом, иногда подкидывая информацию, способную вывести его на хозяев Лисбет.

Во-вторых, Иден узнал об интересе к моей персоне от информатора задолго до случившегося в Ритиле, когда Лисбет решила сбежать. Идея увести одинокого белого феникса под прикрытием (это Иден знал еще до встречи со мной) из-под носа сектантов и посмотреть, насколько я им необходима, родилась у него уже в нашем тихом городке, когда понял, что опоздал. План был прост: столичный палач, опасаясь за свою жизнь, забрал себе белого феникса, приговоренного к смерти.

Покушения организовали свои же. Кое-что добавила бывшая любовница, особа глупая и мстительная. Именно поэтому Иден воспользовался удобным случаем, чтобы с ней расстаться. Увы, чтобы удержать его, одной красоты мало. Нужен ум.

В итоге сектанты были уверены, что Иден действует не в интересах государства, а своих собственных.

Тут-то и активизировался Эмиль со своей назойливой симпатией. И покушения начались на палача уже настоящие. Ведь никто не удивится, если я сбегу с тайным поклонником после гибели любовника. Но палач оказался крепким орешком. Тогда меня решили похитить.

Я совершенно не понимала, откуда у сектантов такая невероятная одержимость мною. Можно подумать, я — внебрачная дочь императора, которая может претендовать на престол. А еще неимоверно злило, что Иден не забрал меня до истории с Зосли и Миссой. А ведь мог поторопиться, предположить, что информатор ошибся с датой начала операции. Девочка была бы жива. Она не стала бы вампиром. И потом я месяц провела в тюрьме. Вряд ли в Ригиле удивились, если бы приговор привели в исполнение раньше.