День Диссонанса - Алан Дин Фостер

– Да только от твоей предприимчивости пользы теперь с гулькин нос, – пробормотал Джон-Том.

Яльвар порылся в груде ломаных ящиков.

– Держите, – сказал он, протягивая им заплечные мешки. – Выбросил из окна, пока нас искали внизу. А больше ничего не успел.

– Яльвар, ты чудо. – Джон-Том счистил грязь со своей котомки. – Спасибо.

– Пустяки, господин. – Джон-Том давно уже перестал поправлять хорька. Пусть говорит «господин», ежели ему нравится. – Я жалею лишь о том, что не сумел предупредить вас пораньше, – добавил Яльвар с виноватой улыбкой. – Уж эти мои старческие лапы!

– Это бы не помогло. Мы были слишком заняты – спасали Глупость.

– Что дальше? – спросила Розарык, забирая свою увесистую котомку.

Джон-Том раскинул мозгами.

– Тут торчать – никакого резона. У фараонов целых два повода упечь нас в кутузку. Во-первых, за дельце с Друзьями Улицы, а во-вторых, за проделки нашего приятеля. Второе страшит меня больше, ибо мне совсем не нравится, как полицейский начальник любезничает с жертвами Маджа. Я не горю желанием совершить экскурсию в снаркенскую тюрьму.

– Кореш, дай мне шанс оправдаться, – заныл выдр, указывая на Глупость. – Кабы ты не увлекся беготней за своей кралей, мы бы давно свалили из этой выгребной ямы. – Мадж неприязненно поглядел на девушку. – Конечно, я не снимаю с себя вины, но прошу учесть искреннее раскаяние. – И добавил с надеждой: – Мы еще можем ее продать.

– Нет. – Джон-Том обнял девушку за плечи. – Пока мы не найдем для нее надежное прибежище, она останется с нами.

– Я могла бы кое-что предложить, – сказала Глупость.

Он сразу убрал руку и отрывисто произнес:

– Ладно. Нет смысла ждать, пока до нас доберутся полицейские.

Он двинулся обратной дорогой. Мадж пошел за ним, пинками отшвыривая с пути отбросы.

– Меня это устраивает, чувак. Хотя, сдается, до чертова Кранкуларна пешкодралом придется чапать. Можно прямо щас и отправляться. Только давайте не будем пилить всю дорогу бедного старого Маджа за то, что не обеспечил вам увеселительной поездки.

– Идет. А меня не будем пилить вот за это. – Джон-Том с такой силой приложил сапог к Маджеву копчику, что тигрице пришлось напрячь мускулы, вытаскивая выдра из груды трухлявых бочек.

Снаркен они покидали пешком – усталые, подавленные, злые. Мадж жаловался на каждом шагу, однако согласился искупить свою ошибку – «пустяковую, разумеется», и идти головным дозором. Сыграла свою роль и осторожность – выдру хотелось держаться подальше от Джон-Томова сапога.

Вскоре Маджу удалось снять с себя часть вины, воротясь из очередной недолгой отлучки с охапкой дамского платья, а точнее, сомнительного рванья, при виде которого Джон-Том с трудом одолел брезгливость.

– Забрал у пьяной сервалихи, – объяснил выдр, пока ликующая Глупость меняла ночную рубашку на местами тесное, зато чрезмерно изукрашенное оборками платье. – Той шлюхе оно ни к чему, а нам пригодится.

Они медленно, но упорно пересекали предместья. Когда над горизонтом поднялось солнце и осветило уже далекую бухту, они находились на склоне самого высокого холма к западу от города. В крошечной гостинице путешественники позавтракали, расплатившись кое-какими вещицами из заплечного мешка Джон-Тома, которому хотелось приберечь три золотых на черный день. Полуденное светило увидело их вдали от города – они брели под сенью ухоженных фруктовых деревьев.

Мадж погладил брюхо.

– Совсем недурно для иностранной кухни, приятель.

– Пожалуй, но больше роскошествовать не придется. Будем экономить.

– Можно приторговывать девичьей лаской.

– А что, это мысль, – задумчиво произнес Джон-Том.

– Что ты сказал? – опешил Мадж. – Неужто согласен?

– Конечно, если она не против. Эй, Розарык, – позвал Джой-Том идущую впереди тигрицу. – Тут у Маджа идея, как с твоей помощью разжиться наличными.

– Нет-нет, парень! – запаниковал выдр. – Я имел в виду девицу! Девицу!

Джон-Том пожал плечами.

– Большая девица, маленькая девица – какая разница?

Он поднял голову, чтобы снова окликнуть Розарык, и мохнатая лапа шлепнула его по губам. Для этого выдру пришлось встать на цыпочки.

– Лады, босс. Я тя понял. Больше не буду сорить идеями.

– Да уж, постарайся, а то я ознакомлю с одной из них Розарык.

– А я буду все отрицать.

– Еще бы! Вот только кому она поверит – тебе или мне?

– Кореш, это слишком подлый трюк.

– А кто научил меня изобретать подлые трюки? Настоящий мастер своего дела.

Маджу ничуть не польстил этот сомнительный комплимент.

Они медленно, но верно продвигались на запад. С каждым днем облик местности все ощутимее менялся на сельский. Дома встречались все реже. Субтропическая флора уступала место хвойным рощам, напоминавшим Маджу его любимое Колоколесье. Пальмы и тонкокорые прибрежные деревья остались позади.

У одиноких встречных странники пытались выяснить направление; но любые расспросы наталкивались на недоверие, пустословие или незнание. Все утверждали, что Кранкуларн «где-то на западе», но никто не мог ответить определенно. По словам туземцев, в Кранкуларне искать нечего, кроме приключений на свою задницу, а на кой ляд селянам приключения, ежели им за глаза и за уши хватает сборщиков подати из Снаркена, этих упырей кровожадных?

Короче говоря, никем не виданный Кранкуларн пользовался тем не менее громкой славой, и слава эта отнюдь не воодушевляла потенциальных гостей города.

Спустя двое суток после того, как дорога превратилась в узкую тропку, они сидели на обочине, отдыхая и наслаждаясь ярким солнышком. Вдоль тропинки журчала прозрачная речка, искрясь на пути к неблизкому уже Глиттергейсту. Паучий октет деловито ткал между двумя деревьями шестифутовую артельную паутину. Любую добычу эти существа всегда делили поровну.

Джон-Том разглядывал сосновую шишку, упавшую ему под ноги. Она была красивая – длинная, чешуйки блестят, как бронза. Мадж, скинув сапоги, бродил по Ручью и сокрушался, что тот слишком мелок – не поплаваешь. Яльвар искал в лесу ягоды и съедобные коренья Для пополнения более чем скудных запасов. Розарык дремала под вечнозеленым деревом, согнувшимся почти параллельно земле, а Глупость, как обычно, держалась на предельно близкой дистанции от Джон-Тома.

– Не горюй, – сказала она, – доберемся.

Джон-Том крошил шишку, бросая чешуйки в ручей и глядя, как они, точь-в-точь малюсенькие коричневые лодочки, исчезают за осклизлыми камнями.

– Как мы туда доберемся, если никто не может показать дорогу? Запад – это слишком расплывчато. Я думал главное – до Снаркена доплыть, а дальше будет просто. Я думал, кто-нибудь из крестьян обязательно знает путь до Кранкуларна. По словам Клотагорба, магазин «То, не знаю что» достаточно знаменит.