Обреченные королевства - Морган Родес

Король вызвал Магнуса в тронный зал.

Не приведи богиня, чтобы отцу вздумалось заглянуть в личные покои сына. Нет! Он предпочел послать за ним официально, точно за слугой.

Ладно, все это неважно.

Магнус не поспешил на зов. Он, конечно, послушается, да и выбора у него особого нет, но, даже с учетом вроде бы пробудившихся отцовских чувств короля, бегом бежать вовсе не собирался.

Он два дня почти безотлучно просидел с Люцией, придумывая для нее новые упражнения, чтобы она отточила свой дар и как следует выучилась им владеть. Похоже, что успехи очень сильно зависели от перепадов ее настроения. Когда они спорили — в особенности о поклонниках, которых силился отвадить Магнус, — злость заметно добавляла силы ее магии. Когда Люция теряла уверенность, у нее вовсе ничего не выходило.

Магнус сделал правильные выводы и то и дело втравливал ее в спор. В такой, чтобы кровь приливала к щекам. Это было нетрудно.

Ей, конечно, понадобится время, чтобы полностью приручить магию. Пока что она ее побаивалась, хотя ни за что не призналась бы в этом. А то, чего боишься, трудно принять от всей души.

Если честно, Магнус испытывал нечто похожее в отношении отца.

— Ты меня звал? — сухо осведомился он, встав наконец перед троном.

Король Гай оторвал взгляд от бумаг, которые изучал, и посмотрел на Магнуса взглядом орла, заметившего не слишком интересную дичь.

— Долго же ты сюда добирался…

— Я пришел так скоро, как смог.

Ложь стекла с языка гладко и легко.

— Что с тобой, Магнус? В последнее время ты превратился в отшельника. Сегодня утром, например, упустил возможность вновь выехать со мной на охоту.

— Я был занят чтением.

Король улыбнулся, но улыбка, лишенная теплоты, так и не добралась до его глаз.

— С трудом верится…

Магнус пожал плечами:

— Ты хотел осведомиться о моих занятиях или что-то важное обсудить?

Король откинулся на троне, сработанном из железа и черной кожи, и смерил сына пристальным взглядом.

— Ты удивительно напоминаешь меня самого в том же возрасте… Я словно в зеркало заглядываю!

Магнус задумался, как следовало понимать эти слова. Означают они похвалу или оскорбление?.. Пожалуй, тему разговора следовало сменить, и Магнус спросил:

— А как продвигаются ваши с вождем Базилием совместные планы?

— Все постепенно утрясается и выстраивается. Не беспокойся, сын мой, о каждом важном шаге я буду тебе сообщать. А вскорости мне понадобится твоя помощь в делах очень значительных…

Неожиданная смерть Тобиаса оставила короля без личного слуги, и Магнус не сомневался, что таковой в ближайшее время будет назначен. И было похоже, что первым помощником отца предстояло стать ему.

— Желания короля для меня закон, — произнес принц. Ему едва удалось выговорить привычную формулу, не подпустив в голос сарказма. Все же старые привычки уходили с трудом.

— Я позвал тебя сюда, чтобы спросить кое о чем. — Король пристально смотрел на него. — Что там насчет Люции? Ничего необычного не заметил?

Магнус предвидел этот вопрос и заблаговременно подготовился. Он коротко покосился в сторону, где висел герб семейства Дамора, несший на себе такие знакомые слова: Сила, Вера и Мудрость, — и сказал:

— Я очень внимательно наблюдал за сестрой, но нашел ее точно такой же, как и всегда. Быть может, она кажется тебе немного рассеянной, но это, по-моему, из-за легкого увлечения одним из юнцов, оказавшимся совершенно никчемным.

— Вряд ли ее расстроила бы подобная малость, — сказал король.

Магнус пожал плечами:

— Но я даже не знаю, что, собственно, я должен высматривать. Ты не пожелал сообщить мне никаких подробностей…

Вот и верь после этого, что отец отводит ему важное место в планах насчет будущего Лимероса. Теперь Магнус думал, что и это, скорее всего, были одни слова. Странно, но он испытывал смутное разочарование.

Король подался вперед на своем простом и пугающе-грозном троне. Дед Магнуса правил совсем с другого — узорчатого, золотого, украшенного каменьями. Этот престол навсегда убрали отсюда много лет назад. Король Гай свел кончики пальцев.

— Думается, ты уже созрел для того, чтобы выслушать правду.

Магнус, немало удивленный, поднял бровь:

— Так расскажи мне ее.

— Я все забываю, что ты больше не дитя… Совсем скоро станешь взрослым мужчиной, а значит, должен участвовать во всех моих предприятиях. Честно говоря… — Король поднялся с трона и не спеша обошел Магнуса кругом, меряя сына взглядом, в котором сквозило одобрение. — Честно говоря, я словно в прошлое заглядываю. Вот и Сабина на днях о том же мне говорила…

— Сабина? О чем?

— О том, до какой степени мы с тобой схожи. А знаешь, я ведь встретил ее, когда был не намного старше тебя…

У Магнуса желчь поднялась к горлу.

— Интересно, — спросил он, — она в те времена уже была замужем? Или ты терпеливо дожидался ее брачной ночи и уже потом затащил к себе в постель?

Король едва заметно улыбнулся:

— У тебя колючий язык, но, видно, так тому и следует быть. Будущему королю пригодится любое оружие, какое под руку подвернется. Поверь на слово — сядешь на трон, и тотчас окажется, что доверять можно очень немногим…

— А Сабине ты, стало быть, доверяешь?

— Да.

Единственным способом чего-то добиться от этого невозможного человека было задавать ему прямые вопросы. Только не следовало подавать виду, что тебя действительно волнуют ответы. Магнус знал: стоит проявить живой интерес, и отец неминуемо утаит правду.

— Что там за пророчество, касающееся Люции? Каких перемен в ней мне следует ожидать?

Король долго не отвечал. Его глаза сузились.