Клан Дятлов 10. Финал - Павел Михайлович Пуничев

нравилась. Он перевернулся на бок и треснул своей покалеченной шестернёй по ближайшим противникам. Я уже было почти добежал до него, но тут затормозил, зажмурившись, в ожидании, что на меня сейчас плеснет жижей, оставшейся от моих временных союзников, но произошло чудо: огромная лапища умудрилась промазать, не попав ни по одному из них. Мне даже на миг показалось, что попавших под удар в последний момент выпихнуло в сторону воздушной волной. Это какое-то защитное поле или так действует активированный мной навык, перебросив нас в параллельную вселенную с другой механикой, не позволяющей ему нанести нам вред? Видимо так. Ну, что ж, это просто имба какая-то и надо ей воспользоваться на полную.

Резкий рывок, удар, и кончик пальца Демогоргона отвалился, укоризненно уставив на меня поломанный черный коготь. В ответ, монстр сжал оставшихся пять с половиной пальцев в кулак и со всей дури врезал им меня по макушке. Я даже не дернулся, для того чтобы отскочить. Мне надо было проверить, работает навык или нет, в последний миг только закрыв один глаз и вжав голову в плечи. Второй глаз оставил открытым, о чем немедленно и пожалел: нет, Демогоргон не попал, его кулак пролетел в миллиметре от моего левого плеча, но при ударе поднял такую тучу пыли, что я моментально ослеп и заперхал, как курильщик с столетним стажем. Но, главное, я жив!

Видимо, до Демогоргона это тоже дошло. Он еще пару раз попытался ударить меня и скачущих по его телу половинчиков, а когда это не помогло, начал потеть. Реально. Как можно потеть сквозь костяную броню, мне не понятно, но это у него получилось: черная, вязкая, будто начавший плавиться гудрон масса, стала просачиваться наружу в местах соединения броневых пластин и сквозь мельчайшие трещинки в самой броне, быстро заливая все тело. Половинчики, не захотев оказаться в роли мух, налипших на клейкую ленту, попрыгали вниз, а монстр, осознав, что это его единственный шанс, принял правильное решение, устремившись к провалу телепорта. Резко дернул ногой и под треск ломаемых драконьих клыков освободил ее, одним рывком продвигаясь вперед сразу на десяток метров.

— Куда пополз фраерок? — донесся до меня слегка шепелявый вопль Фени, — у меня еще ни все клыки кончились, иди сюда, козлина одноногая.

Рывок и монстр сдвинулся на пару шагом назад. Мы тоже не стояли без дела, изо всех сил вгрызаясь в беззащитный бок. Впрочем, он был не на столько беззащитным: заливавшая его смола просто отлично сдерживала наши удары, не давая как проникнуть лезвиям далеко вглубь тела, так и не давая выломать из него куски. Еще один рывок и Феня отлетел назад со свернутой шеей, а Демогоргон, изо всех сил загребая руками, пополз вперед. Раздалось тихое шипение, и защищающие ковчег половинчики начали поливать его лучами из своих бластеров. Те впивались и в смолу, и в броню, вызывая на теле ряды микровзрывов, но монстр перестал обращать внимание на что бы то ни было, только прикрыл голову одной рукой и продолжал продвигаться вперед с такой скоростью, что через пару секунд уже оказался около портала. И тогда вперед вышел старший половинчик, развертывающий на ходу знакомый мне свиток…

— Я ног не чувствую, — все так же шепелявя, пожаловался мне Феня, — и крыльев тоже.

— Конечно не чувствуешь, — я устало облокотился на его голову, успокаивающе потрепав его по бронированному веку, — у тебя же шея сломана.

— Вот как так? Я ведь еще такой молодой, — всхлипнул он, грустно разжевывая еще одну бутыль с древним гномьим ромом, — теперь до конца жизни инвалидом лежать, а я ведь так и не узнал ни любви, ни счастья отцовства... Не поверишь, я весь континент облетел, но других драконов так и не нашёл. Пытался с вивернами пообщаться, но это не то: дикие совсем, злобные, древнего языка почти не разумеют, видимо, так и помру молодым и не женатым...

— О, ну ты и разнюнился, древний ром на тебя плохо действует.

— А-га... ик, дай еще пару бутылочек, добрый человек.

— Да, ты совсем наклюкался, ничего с тобой не будет, я тебе самое сильное лечебное зелье дал, через полчаса как новенький будешь. Только вот, я тебе как друг говорю, что ты от проклятья такой уродливый, что тебя никакая дракониха к себе не подпустит, по крайней мере та, что хоть одного другого дракона до этого в своей жизни видела...

Феня только жалобно вздохнул и принялся грустно хрустеть бутылками со спиртным, а я так и застыл ошарашенный промелькнувшей мыслью. Стараясь не спугнуть ее, я быстро поднялся на ноги и постучал по лбу пригорюнившемуся дракону:

— Феня, раз, раз, приём! Не уходи никуда отсюда, я сейчас быстренько тут метнусь по делам и кое-куда тебя свожу.

— Куда я могу уйти, я вообще-то парализованный валяюсь!

— Ну, и отлично, — я еще раз отглотнул из начатой бутылки, забросил остатки в раскрытую беззубую пасть и уже не слушая его, обогнул недвижную неслабую драконью тушу и бросился к телу Демогоргона, вернее к покусанной драконом стопе монстра. Это все, что от того осталось, после применения Половинчиком их фирменной магии шестого уровня. Свиток с Армагедцом, я узнал с первого же взгляда и поняв, что собирается сделать чокнутый половинчик, врубил Ловкача и помчался от поля боя, так, как ни бегал ещё ни разу в этой жизни. В итоге, когда за спиной вспыхнул ослепительный белый свет, я был уже в паре сотен метров от эпицентра взрыва. Этой форы едва хватило, но после того, как за спиной рвануло и взрывной волной поволокло меня по земле, я все же остался жив, приземлившись рядом со стонущим Феней. Большинству половинчиков и Демогоргону повезло меньше: от первых осталась только группа, защищающая ковчег, от второго, пожеванная ступня и указательный палец, направленный в сторону гаснущего портала, и шарообразная идеально гладкая яма диаметром в триста метров. Пока я пытался отойти от незапланированного полета, оставшиеся в живых половинчики, подошли, с третьего раза донесли до меня мысль, что их миссия выполнена и очень рекомендовали в ближайшее время явиться пред ясные очи их правителя с подробнейшим отчетом о местоположении и состоянии их ненаглядного звездного дома. Я взмахом руки отослал их прочь. Не знаю, было ли это ошеломление, частичная парализация, но при этом взмахе мне удалось отогнуть только один, средний палец той самой руки. В любом случае они исчезли во вспышке портала, а мне пришлось выслушивать заунывное нудение одинокого дракона, но сейчас нестерпимый