Буря и натиск - Артем Тихомиров

Однажды, правда, Крот заметил странность. Гробовщик словно очнулся от глубокого сна и тряхнул головой. Проморгавшись, он обернулся к Морковке и посмотрел на нее. Пленница ответила продолжительным взглядом. Тот прикусил губу и состроил зверскую морду, после чего отвернулся. Кроме Крота, никто этой пантомимы больше не заметил. Словно почувствовав внимание с его стороны, Морковка хотела обернуться, но не стала доводить дело до конца, ограничившись полуоборотом. В тот же миг ни с того ни с сего сердце Крота ухнуло в пятки. Впервые ему влезла в голову неприятная мысль, что пленница читает его мысли.

Шли и шли. Миновали полдень, стали двигаться медленней. В воздухе копилось напряжение. Массивные тучи ползли на юго-восток, опускаясь все ниже к земле. Свободного пространства стало меньше. Островки лесов чередовались с открытыми, неправильной формы кусками ровной поверхности, заросшей высокой травой. Второй раз после выхода из лагеря гоблины увидели дорогу. Потом еще несколько. Основная шла с севера на юг, вспомогательные отходили к невидимым пока населенным пунктам.

Встретить вражеский отряд можно было здесь в любой момент, поэтому Ржавый привел взвод в состояние полной готовности. Темп замедлился, словно при прочесывании. Гоблины сняли гвоздеметы с предохранителя, ничего не говорили. Лейтенант жестикулировал, указывая, какие места обойти и проверить. Подпехи выполняли, выискивая в высокой траве возможных диверсантов. Гробовщик нацедил немного своей магии, хотя не упустил возможности поворчать. Ему удалось поймать птицу и сделать ее своими глазами. Крот понаблюдал, как пернатый лазутчик взмыл в небо, закружил на высоте метров тридцати.

Каждый лесок проверяли тщательно, забывая в азарте, что приказ у группы совсем другой. Но Ржавый рассудил, что перестраховка в этом деле никому никогда не мешала. Лучше было потратить лишние полчаса, чем оставлять в тылу незваных гостей.

Дождя не было, а черные тучи все ползли. Гоблины ворчали про недобрые знаки и тому подобное и задирали головы вверх.

– Стрельни, – пошутил Хилый, толкая Крота локтем. – Может, через дырку в туче вода польется?

Тучи и правда напоминали до отказа наполненные водой бурдюки.

Стало темно, словно глубоким вечером.

– Дерьмовая прогулочка, – сказал Отвертка, – я думал, будет веселее!

Гоблины остановились, заметив жест Сказочника. Присели в траве, оглядываясь по сторонам. Крот приставил приклад к плечу. Заметил, как впереди Ворох толкнул Морковку, чтобы она поэнергичней выполняла приказ, и пленница свалилась в траву, скрывшись из вида.

Лейтенант и сержант остановились на пригорке возле края леска и разглядывали карту. Показывали в разные стороны. Поднялся ветер, пригнул и принялся трясти кроны. С севера пришел запах гари, такой узнаваемый, что Крот мигом представил себе поле боя. Гарь плюс характерный «аромат» смерти. Такое амбре могло нанести оттуда, где лежат неубранные трупы.

С направления, откуда пришел запах, снова загремело. Далекая канонада продолжалась минуты три. Ржавый и Сказочник чего-то ждали. Лейтенант показывал бойцам карту. На севере и северо-востоке от того места, где они были сейчас, находилась неустойчивая зона боев. Множество небольших городков и хуторов; дороги образуют на первый взгляд хаотичный рисунок. Местность в целом ровная, но обилие рощиц и дубрав делает ее хорошей добычей для эльфов. Населенные пункты переходят из рук в руки, перворожденные не дают гоблинам расслабиться, а тем временем, по мнению Ржавого, их отряды проникают на юг через западные рубежи. Скорее всего, один такой взвод и уничтожен на ферме. «Чем дальше идем, тем больше шансов на теплую встречу», – сказал лейтенант. И оказался прав.

Продолжили путь и через десять минут, когда топали вдоль края леска, услышали рокот моторов. Ржавый махнул – всем лечь. Слева была дорога, рядом – словно нарочно выложенная земляная полоса высотой полметра. Трава – еще столько же. Хилый, Шершень и Крот очутились ближе всего к земляным колеям. Брякнулись на животы, готовя оружие.

Крот обернулся. Гробовщик вытянул руку, на которую уселся притянутый заклинаниями пернатый шпион, и исчез в траве. Метрах в десяти справа торчала голова Ржавого. Он жестикулировал – смотреть в оба и доложить обстановку.

Моторы стрекотали все ближе. Крот уже мог определить, что это не гоблинская техника. В своих двигателях эльфы использовали других духов земли, не стандартных, какие в ходу обычно у гномов, людей и прочих. Эти ритмично пощелкивали и рычали на более высокой ноте.

Крот подползает к земляному гребню и выглядывает сквозь мешанину травяных стеблей. Дорога практически на расстоянии вытянутой руки, плевок далеко перемахнет. Глинистая, красно-желтая почва, с двумя продавленными колеями, в которых рыжеет грязная вода.

Два мотоцикла, четыре солдата, покрытых пылью. Под касками – очки, ремешки с подбородниками застегнуты. Увешаны оружием. На колясках стоят гвоздеметы – модифицированные «эльронды» на облегченных турелях.

Хилый повернулся и показал пальцами назад – четыре и два. Ржавый кивнул и скрылся из вида. Крот наблюдает за ездоками, пытаясь услышать, усмотреть, нет ли поблизости других. Кажется, этот патруль в одиночестве. И, судя по всему, куда-то спешит.

Первый мотоцикл, подскакивая, въезжает в низкое место на дороге, колеса взбивают лужи, расшвыривают комья грязи.

Крот разглядывает шевроны на эльфах. Эти не скрываются. Значит, идут от основной группы с какой-то целью. Разъезд, не диверсионная группа.

Гвоздеметная очередь разрывает воздух. С головы первого ездока сдергивает каску, ремень лопается, и она летит, кувыркаясь. Седок с оскаленным ртом заваливает вправо, и его буквально выталкивает с места, бросая на того эльфа, что сидит в коляске. Мотоцикл подпрыгивает, руль выворачивается. Машина рычит на высокой ноте, и звук этот через мгновенье тонет в шквальном огне.

Кровь летит крупными рубиновыми каплями. Стрелок воздевает руки и хватается за лицо, которого уже нет – гвоздь вошел ему в затылок через каску и сорвал мышцы и кости с места. Мотоцикл делает кувырок, раздается треск и скрежет. Колеса вращаются. Мотор заглох.

Выскакивая из травы, Крот видит бегущего к дороге Сказочника. Тот стреляет на ходу. Крот тоже. Второй мотоциклист, пригибаясь к рулю, умудряется развернуть свой рыдван, но бежать некуда. Гвозди рвут траву и землю вокруг него. Стрелок в коляске успевает получить свое, но водитель давит на газ. Уже мертвый, разорванный почти пополам прицельной очередью, он проезжает еще метров десять.

Там мотоцикл останавливается и заваливает набок.

– Готово! – хрипит Ржавый.

Гоблины выходят к дороге, перезаряжаясь. Ворох тащит на цепи упирающуюся Морковку. Эльфка скалит рот. Зеленый хватает ее за шиворот, встряхивает и грозит пристрелить к собачьим собакам. Сказочник осаживает подпеха.

– Кто-то рядом, – говорит Гробовщик, подняв голову вверх, где кружит его птица-разведчик.

Зеленые вскидывают оружие. Держа траву слева от дороги на мушке, Крот водит стволом по сторонам.