Сдаюсь на вашу милость - Екатерина Полянская

У меня дыхание перехватило. Не знаю, от величия вокруг или от количества монет, которое Эддар отдал, чтобы ночевать здесь.

— Раньше сразу за Дугой начинались владения василисков. — Эд кивнул на окно, когда девочка, стриженая под мальчишку, вела нас в отведенные нам покои.

Привычку слушаться кого-то более властного в себе задавить не так-то легко, и мой взгляд метнулся в указанном направлении. Там раскинулась безжизненная пустыня, остывающая после изнуряюще жаркого дня.

Я вопросительно глянула на кота.

— Не знаю, я не настолько плотно интересовался историей, — негромко ответил на незаданный вопрос Падишах.

Чужие его слышать не могли.

В глубинах души царапнулось что-то, но… мы как раз пришли.

Нам достались огромные покои, состоящие из нескольких комнат. Массивная старинная мебель, кованые перегородки, украшенные цветами, россыпь подушек и подушечек, множество дорогущих мелочей. Роскошь, достойная султана. Только окна маленькие и забраны решетками, а в некоторых комнатах и того нет. Света внутрь проникало совсем мало. После дома Эда мне здесь было нечем дышать.

Усталость не обошла стороной никого, так что мы быстро поделили комнаты и до ужина разбрелись по ним. Мой взгляд остановился на ванне, выдолбленной будто из огромной каменной глыбы. От основной комнаты ее отделяла та самая кованая перегородка и то не полностью, и хоть я здесь была одна, почему-то смущалась.

Кто такое придумал?

Но я чувствовала себя такой пыльной, что хоть выбивай, все болело, а вода — я только потрогала рукой — оказалась такой упоительно теплой… Закусив губу и бросив опасливый взгляд на дверь, я принялась стягивать одежду.

Спина…

Кажется, не осталось ни одного места на теле, которое бы не ныло.

Я случайно задела какие-то камни, и вода начала пузыриться. Только благодаря крайней измотанности я не вскрикнула. И хорошо, иначе бы сюда все сбежались.

Малейшее движение заставляло морщиться.

Ненавижу ездить верхом и хочу экипаж. Но не уверена, что в том положении, чтобы хотя бы заикнуться о нем. Когда все это безумие закончится, сменю работу. Понятия не имею на какую. Что угодно, лишь бы это позволило спокойно жить. Без опасности, риска и необходимости решать старые загадки.

В процессе приведения себя в порядок обнаружила, что печати исчезли. Вообще. Совсем.

Эддар сдержал слово. Кто бы ожидал, что это окажется так просто для меня.

За ужином отдам ему книгу.

Сменив воду, я решила, что еще есть время немного расслабиться и прикрыла глаза. Я себя ощущала не намного лучше. Даже не представляю, как завтра продолжу путь. А как Эд собрался выяснять правду о моем происхождении? Может, сказать ему, что я не хочу?

Кто бы знал, что возможность сделать это у меня появится… прямо сейчас.

Кажется, я начала проваливаться в сон. Поначалу еще моргала осоловело, потом… уютная темнота.

И… восхищенный вздох в ней.

Чья-то рука осторожным движением убрала волосы, прилипшие к щеке.

Я резко проснулась и распахнула глаза.

Ну а кто еще это мог быть? Эд, конечно.

От движения, которым я подтянула колени к груди, прикрываясь насколько возможно, часть воды выплеснулась на пол. Я приготовилась визжать. Но маг предусмотрительно отвернулся. Чувство самосохранения у него отлично работает.

— Спокойно, — забавно взмахнул руками он.

— Немедленно выйди!

Он, конечно, никуда не вышел, но и не пытался повернуться. И объяснился:

— Тебя долго не было. Уже принесли ужин. Мы беспокоились.

Щекам сделалось еще жарче.

— Боюсь, я не привыкла к таким нагрузкам. — Что правда, то правда.

— Подать полотенце?

— Я сама!

Эда в таком смысле, как, например, незнакомца, украсившего меня печатями, я не боялась. Но его присутствие рядом заставляло чувствовать себя как на иголках.

— Ладно, выныривай и выходи. — Он сделал несколько шагов к двери. — И в следующий раз выбирай для сна кровать.

Еще жарче. От моего смущения, кажется, сейчас вода кипеть начнет.

— Стой. — Я сама с трудом верила, что говорю это. — Печати пропали.

— Я заметил, — многозначительно так сказал.

Хорошо, что прямо сейчас я не видела его лица.

— Забери книгу. Она в ларце, а он в шкафу.

Однако маг не двинулся с места.

— Пусть пока остается у тебя, — отмахнулся Эддар так, будто это не он недавно жаждал заполучить часть моего наследства. — Я могу по памяти рассказать, что и на какой странице там написано.

Теперь вообще ничего не понимаю.

— Серьезно?

— В детстве няня читала мне ее перед сном, — вдруг признался самозванец. — Такие знания остаются в голове навсегда.

Я сползла от неожиданности и чуть не хлебнула воды приоткрывшимся ртом.

Оговорочка, однако!

С каких пор у уличных мальчишек бывают няни?

Маг и сам понял, что сболтнул лишнего. Чтобы замаскировать это, иначе его следующее действие объяснить я никак не могу, он взял самое большое полотенце и с ним подошел ко мне. Закрыл глаза. И скомандовал непререкаемо:

— Вылезай.

Удержать язык за зубами не смог он, а расплачиваться мне. В этом все мужчины.

Подглядывать, правда, не пытался.

Я отобрала у него полотенце и быстро завернулась в него. Потянулась к другому, чтобы обернуть волосы, но Эд поймал меня за плечи и крутнул спиной к себе. Не успела пискнуть, как его тонкие пальцы зарылись в мои мокрые пряди… и от них словно легким ветерком повеяло. Волосы высохли за пару мгновений. А ветерок бесстыдно пролез под полотенце. Все, вытираться уже не нужно.

— Одевайся, я не смотрю, — скомандовал Эд и действительно отвернулся.

Почему бы ему просто не уйти?

Смерив опасливым взглядом широкую спину, я решила дополнительно его отвлечь:

— Обязательно копаться в моей родословной?

— А… ты все-таки что-то знаешь о ней?

Спина напряглась, но Эд сдержался, не повернулся.

Ставшими отвратительно неловкими пальцами я как могла быстро завязала пояс халата.

— Я умею делать выводы. И боюсь того, что могу узнать. — Кажется, я даже сама с собой редко бывала столь откровенна.

Неким мистическим образом почувствовав, что уже можно, Эддар повернулся ко мне лицом.

— Учитывая, как все закончилось, правильно боишься. — Он тоже был честен. И неумолим. — Но докопаться до правды надо.