Обсидиановое зеркало - Кэтрин Фишер

– Кто он такой? – жестко спросила Сара.

– Я называю его подменышем, – сказал Пирс. – И он из лагеря Ши. Венн его знает.

Гидеон рассмеялся, потом откинул полы сюртука и сел с видом человека, получающего удовольствие от комфорта.

Сара с интересом оглядела его с головы до ног. Парень был худой, почти бестелесный, как будто за многие века износил свою плоть. Но, несмотря на лихорадочный блеск в глазах и весьма экстравагантный костюм, он оставался потерянным мальчиком, который оказался так далеко от дома, что обратного пути уже не найти. Девушка, как никто другой, понимала его положение.

Его появление в доме подарило ей луч надежды. К тому же про Ши говорили – если вообще допускать их существование, – что они живут вне времени. Для них все времена одинаковы.

– Это Джейк тебя впустил? – догадалась Сара.

– Я-то по глупости думал, что он хочет мне помочь. Но оказалось, что я ему нужен только для того, чтобы подключить это вот устройство. Больше его ничего не интересовало.

– А ты чего хочешь? – спросила Сара, наблюдая за Пирсом, который тем временем вернулся к зеркалу.

Юноша печально улыбнулся:

– Я хочу оказаться дома. Но это невозможно.

– Почему?

– Потому что моего дома больше нет. С тех пор как они меня забрали, прошли сотни лет. И Саммер говорит, что теперь я не могу уйти за пределы поместья.

– Саммер?

– Их королева. Она часто повторяет, что, как только я хотя бы носочком ноги коснусь незаколдованной земли, сразу превращусь в прах, каким должен был стать еще пять веков назад. Она дразнит меня. Я ведь не знаю, правда ли это. Как не знаю, правда ли, что прошло уже столько лет. Когда живешь с ними, нет ни дней, ни ночей, ни времен года. И ты не стареешь.

– Но… Лес… он ведь настоящий.

Гидеон пожал плечами:

– Только по краям. Если зайдете вглубь, все изменится. Вы попадете в странное место, там всегда тепло и листья зеленые. Это совсем другой мир, не такой, как ваш.

Сара посмотрела на юношу:

– Вечное лето и молодость. Похоже на идеальный мир.

Гидеон позволил себе слегка улыбнуться:

– Думаешь? Эти существа не такие, как мы. Как вы. Они прекрасны, но любят только себя, свою музыку и свой холодный смех. У них нет амбиций, нет ни будущего, ни прошлого. Они живут, как ветер. Как бабочки, только бабочки умирают, а Ши – нет. Они не боятся смерти. Вообще не знают, что такое страх.

Сара передернула плечами. Она на секунду представила такую жизнь – нескончаемое балансирование между страхом и скукой.

И тут ее осенило.

– Так вот почему ты здесь! Ты думаешь, что Хроноптика может вернуть тебя домой!

Пирс оторвался от своего занятия:

– О чем это вы там?

В зеленых глазах юноши сверкнули тревожные искры.

– Я объясняла Гидеону, – вкрадчивым голосом продолжила Сара, – что Хроноптика – наша единственная надежда на возвращение Джейка и Венна. Мы должны сделать все возможное…

– А я, думаешь, не надеюсь? – раздраженно спросил Пирс. – Я не собираюсь вечно оставаться рабом! Ладно, хватит, я иду в конюшню, а вы заприте за мной дверь. Гидеон, возвращайся к Саммер, пока она тебя не хватилась. Тебе тут никто не поможет, а мне меньше всего хочется попасть ей под горячую руку. С ней без Венна не договоришься.

Он стоял перед зеркалом, и все видели его искривленное отражение, которое с любопытством вглядывалось в темноту.

– А Венн, возможно, уже умер.

Уортон с грохотом закрыл последнее окно. Рамы были старыми, а защелки проржавели настолько, что сломать их не составляло труда. Хотя снежные заносы могли оказаться опаснее, чем какой-то незнакомец с ручным волком.

– Вот и все. – Уортон повернулся к Ребекке. – Теперь надо осмотреть клуатр. Один Бог знает, сколько под ним ходов и дверей.

– По местной легенде, от аббатства к реке ведет тоннель. – У Ребекки возбужденно заблестели глаза. – Может, стоит его поискать! Они ведь могут им воспользоваться.

«Переигрывает», – подумал Уортон.

– А как же твои родные? Они не будут о тебе волноваться?

Секунду Ребекка молча смотрела на Уортона, потом моргнула и сказала:

– О нет… Все нормально, они не станут волноваться.

– Позвони им.

– Тут нет сети.

Уортон кивнул в сторону городского телефона:

– Позвони по этому.

Ребекка с явной неохотой сняла трубку и почти сразу протянула ее Уортону. А он, еще не взяв трубку, понял, что услышит.

Тишину.

– Иди, – встревоженно велел Уортон, – осмотри клуатр. Быстрее.

Ребекка убежала, а сам Уортон отправился в кабинет Венна и отыскал в завалах на полках старенький транзисторный приемник, который попался ему на глаза накануне вечером. Батарейки еще не сели. Мужчина включил его и в этот момент с удивлением заметил, что у него изо рта при выдохе идет пар. Без электричества температура в доме стремительно падала. Надо было срочно узнать, что происходит в мире за пределами этого аббатства.

Через помехи пробился голос ведущего местной радиостанции:

…по всем западным графствам. Из-за погодных условий закрыта автострада М3, все основные дороги Дартмура пострадали от снежных заносов. Автомобилисты вынуждены покидать свои машины и…

Голос пропал.

– Черт!.. – Уортон растер онемевшие пальцы и попробовал еще раз поймать волну.

…аварийно-спасательные службы. Полиция рекомендует… в окраинных районах… покидать дома только при крайней необходимости…

– Великолепно.

Понятно – они здесь надолго, а на подъездной дороге снега уже по колено.

К другим новостям. Молодая женщина…

Уортон потянулся, чтобы выключить приемник, но на этой фразе замер.