Институт рас. Некромантки предпочитают брюнетов - Наталья Косухина

— Что ж, тогда давай начнем. Для начала сними с подопытного материала купол защиты.

— Но он же будет вонять! — в полном ужасе воскликнул ведьмак.

— Придется потерпеть! — передразнила его я. — Заодно и поймешь, каково бедным некромантам.

— Надеюсь, ты хорошо изучила ритуал, — проскрежетал Диаркан, укладываясь на землю недалеко от трупа.

— Вот сейчас и узнаем. Кстати, ты чего лег так далеко? Давай-ка ближе, расстояние должно быть не более десяти сантиметров.

— А на него я лечь не должен? Ну, чтобы контакт был абсолютным.

— Тогда зачем использовать мертвых? На этот ритуал согласится половина девушек института, лишь бы полежать под тобой.

— Ты же сказала, нужен именно мужчина, — съязвил ведьмак.

— Это да, — огорченно подтвердила я. — Но все равно, труп смущать не будем.

Расположившись практически вплотную, Диаркан снял купол и тут же зажал нос рукой, по всем признакам подавляя рвотные спазмы.

Это он зря, утопленники среди трупов еще не самые противные.

Я же, сняв обувь и закатав рукава, открыла книгу и подожгла благовония, после чего стала припрыгивать вокруг лежащих тел, читая заклинания и потрясая кадилом. Если кто-то увидит этот стыд со стороны, про нас с Бареем до конца жизни в институте будут легенды и песни слагать.

Прыгала я так долго, что ноги оледенели. Диаркан даже не ныл и, кажется, уже смирился с вонью, когда его выгнуло дугой и сиреневая тень потянулась в покойника. Получилось!

Понимая, что силы не хватает, я запрыгала интенсивнее, но вместе с сиреневой гадостью ведьмака стала покидать и золотистая дымка.

— Нет! — выкрикнула я, нарушая ритуал, и, бросившись на Барея, закрыла нас щитом.

По берегу озера прошла магическая волна и, сойдясь к эпицентру, разлетелась во все стороны вместе с трупом.

Осмотревшись мельком, я опустила глаза и встретила взгляд ведьмака. Последовала неловкая минута молчания, я бы даже сказала интимная.

— Прости, но я прервала ритуал, — тихо сказала я, почему-то смущаясь. — Вместе с проклятием начала переходить и твоя душа.

— Это значит его нельзя снять?

— Не знаю, — с сожалением ответила я.

Так мы и лежали — в романтической обстановке вечера, озера и ошметков трупа повсюду. Убирать это точно Диаркану!

***

Утро добрым не бывает, в моем случае это был день. Только я закончила отработку и могла отоспаться, как какой-то… нехороший человек проник в нашу гостиную и теперь там орет. Ну, если это снова душник начудил, мало ему не покажется!

Поднявшись и приведя себя в более-менее божеский вид, я вышла в гостиную, чтобы задать жару нарушителю спокойствия, и обомлела, увидев Семена со странным инструментом, смутно напоминающим гитару, в шляпе и поющим серенаду под дверью ведьмы.

— Сема, а что это ты тут делаешь?

— Сообщаю даме моего сердца о своих чувствах.

— Э-э-э… — Я покосилась на дверь ведьмы. — Она отвечает тебе взаимностью?

— Она не отвечает! — донесся до меня из-за закрытой двери голос соседки. — Убери его отсюда, я тебя умоляю. Он же мертвый, и на него практически ничего из моей магии не действует, а некромантией я не владею.

— Зато сердце мое живо и трепещет при мысли о тебе.

— Уйми этого истерика, пока я не опустилась до того, чтобы нажаловаться на него Добракович. Это ж ужас какой-то! Сначала он писал записки, потом читал стихи, теперь песни. Я так больше не могу!

— Согласен, заткни своего скелета. У меня от его воя души развоплощаются! — донеслось из комнаты второго соседа.

— А ты вообще молчи, я еще помню про банки с майонезом!

— Жадная ты женщина, Ирина. Бессердечная!

Я аж задохнулась от такой наглости.

— Семен, пойдем поговорим, а?

С тоской посмотрев на закрытую дверь возлюбленной, скелет направился ко мне в комнату. Закрыв дверь изнутри и прислонившись к ней спиной, я раздумывала, с чего бы начать.

— Семен, ты что, действительно влюбился?

— Да! Ты сама мне говорила, что я должен помочь ей с общением и в остальном… Я старался, а потом понял, что она значит для меня больше.

— Когда именно понял?

— Однажды утром она злилась и ударила меня метлой по голове, — мечтательно заметил скелет.

— О-о-о… Это многое объясняет, — пробормотала я, присаживаясь на постель.

— Не издевайся над моими чувствами! — взорвался скелет и заходил взад-вперед передо мной. — Они искрение.

— Но подумай, какое у вас будущее? Ты м-м-м… умер и сейчас скелет. Она девушка, ведьма. Вы из разных миров.

— Это отговорка для слабаков!

— Хорошо, хорошо. Но почему ты сказал мне только сейчас?

— А потому что ты совсем не уделяешь мне времени. Я же не вижу тебя сутками. То ты с Бареем, то моешь полы, то ловишь безумных магов.

— Это была случайность! — вскочила я. — Вы специально, что ли?!

— Дело не в этом…

— В общем так, я понимаю твою непростую ситуацию, но прошу тебя, умоляю, не перегибай палку. Если ведьма нажалуется, тебя могут нейтрализовать. Ищи более ненавязчивые способы сказать о своих чувствах. Все, я побежала, у меня сегодня очередная проверка у Дазара. Он еще обещал какую-то экскурсию страшную.

— Вот про это я и говорю! — крикнул мне вдогонку скелет.

Тоже мне эксперт!

***

Сегодня у нас последняя проверка у Дазара. Наш декан неустанно бдит за тем, чему же мы научились на практике. Первое учебное полугодие заканчивается и скоро новый год, а значит, и два месяца отдыха впереди.

Нас снова, как в прошлый раз на экзамене, отвели в подвалы и рассортировали по комнатам, где ждало задание.

Проверку я прошла довольно легко, после ужасов практики институту сложно было чем-то меня удивить. А вот по поводу экскурсии Дазар не обманул, она действительно оказалась жуткой. На следующий день нас повели в тюрьму для магов. Располагалась она даже не в междумирье, а вообще в другом измерении.

Висела где-то между временем и пространством. Сдается мне, никто отсюда еще не сбегал.

Узнав, куда мы идем, я сразу представила мрачное, темное, даже черное, здание. Но нет, оно оказалось противненького желтого оттенка, примерно как стены психушки.

— Как люди тут с ума не сходят?

На экскурсии мы с Бареем как-то случайно отстали от друзей и в гуще студентов, ведомые тремя преподавателями, чинно ступали и благодарно внимали экскурсоводам, которые живописно рассказывали об истории создания и развития тюрьмы, не забывая приправлять все это душещипательными вставками о том или ином маге, сбившемся с пути.