Казак в Раю - Андрей Белянин

— Господи, неужели? Звону ли колоколов православных храмов Твоих внемлю? Испытания и муки мои претерпеша смиренно, и награды Высшей удостаиваюсь? Вот он Рай для души христианской, всех прочих Раёв избегаеша, всех соблазнов отвергаеша, всех врагов посрамляеша — во единый чертог Господний рабу своему войти позволяеша… И ныне, и присно, и во веки веков!

— Э-э… Ваня, — осторожно подала голос девушка. — Я таки чую, вас припекло — вы говорите, как по книге. Может, я что и не так цитирую в свете торжественности момента — но мне за вас радостно! Честное еврейское…

— Спасибо, Рахиль. — Иван широко перекрестился и встал. — Ибо ныне нашёл я свой православный Рай и останусь там навеки…

Старый эльф первым пожал руку молодого человека. Он никогда не был в этих местах, но охотно предположил, что присутствие Рая чувствуют сердцем, и если здесь их «братству» предстоит расстаться — значит, такова судьба. В конце концов, ведь меч Святого Джона он всё равно получил…

…Рахиль потуже затянула ремень на голодном пузе, поправила форму, закинув автомат за спину, и почти сухо, без эмоций, попрощалась с другом:

— Ну что ж, казак Кочуев, пока! Мы таки неплохо погуляли в двухместном приключении, эльф не в счёт… При случае вспоминайте чем-нибудь хорошим. Если слишком часто была окончательной дурой — таки простите…

Бывший подъесаул неловко обнял её, быстро прижал к груди и резко разомкнул объятия. Его мысли были уже далеко, там, в золотом сиянии неба, за берёзовой рощей, где в прозрачном утреннем мареве всё ещё дрожали возвышенные отголоски колокольного звона… Иван развернулся, поправил фуражку и решительно зашагал вперёд по узенькой, едва заметной тропинке. Через несколько шагов он сбился и встал…

— В чём-то есть проблемы? — едва сдерживая слёзы, с надеждой крикнула Рахиль.

Казак обернулся, почесал в затылке и так же решительно пошёл назад:

— Я это… предложить хотел… Айда со мной!

— Таки куда?!

— В Рай!

Еврейка неуверенно переглянулась с эльфом, тот отрицательно замотал головой. Естественно, зачем им это…

— Ваня, если там православный Рай для настоящих казаков, так меня конкретно не пустят, поскольку я — сплошная иудейка…

— «Воистину, в царстве Божьем нет ни эллина, ни иудея…» — торжественно, но неточно процитировал господин подъесаул.

— Это в смысле, что ни греков, ни евреев туда не пускают? Ладно, ладно, плоская шутка, не надо на меня раздувать щёки, — поспешила исправиться Рахиль и, счастливая, взяла молодого человека под ручку. — Идём вместе, берите меня всю — таки я согласна!

— Мм… ну, что ж, — раздумчиво прикинул эльф, — никто ведь не обидится, если я провожу вас до ворот? Девушка сможет спросить, где находится её собственный Рай, а вы, мой геройский собрат, наконец-то обретёте вожделенный покой и духовное родство с единоверцами. Как говорил один ныне забытый мудрец: «Найди высокую гору с одинокой сосной, спрячь средь её ветвей слониху — и влюблённый слон всё равно прибежит на зов. Возьми большую шляпу и спрячь под нею слона — влюблённая слониха найдёт его вдвое быстрее…»

— Мораль — кому из них оно больше надо? — сдвинув брови, резюмировала израильтянка, но разводить конфронтацию не захотела. — Ваня, до ворот — мы с вами. В конце концов мне тоже до жути охота взглянуть на православный Рай, вдруг они там действительно укажут на мне направление… Ой, а вы потом будете писать мне письма?

Иван неопределённо пожал погонами. В принципе, почему бы и нет, ему тоже не хотелось думать о том, что вон там, за рощицей, они расстанутся навсегда. Про тело убитого ночью оборотня все вообще успешно забыли…

Миллавеллор, правда, оглянулся два раза, но потом практично решил, что оно ему тоже в одиночку не упёрлось — яму копать или ноги в реке мочить. Раз подъесаул решил идти в Рай, а он тут явно недалеко, так, может, оттуда люди придут и похоронят? В самом деле, не на благородных же эльфов вешать такую грязную работу?! Что-то не вспоминается, чтобы великие герои бессмертного Толкиена тратили время на похороны врагов… Убили — и спасибо! А там пусть воняет…

Иван и Рахиль сначала шли молча и споро, но постепенно оба как-то замедлили шаг, каждому хотелось успеть выговориться:

— Нет, правда, вы будете мне писать?

— Ну конечно! Я даже думаю, что если… предположим, что от нашего Рая до вашего не так далеко, то я бы… мы бы… могли, наверное, иногда…

— Ой, я — за! Обеими руками, и ногами, и головой помашу, но… вас там за это не заругают? Таки я — еврейка, вы — казак… мало ли…

— Знаешь, православие — это не антисемитизм! А иудаизм — тоже, кстати, не синоним русофобии! Я полагаю, что и в твоём и в моём Раю живут умные люди, они должны понимать… Ну, не запрещать, по крайней мере!

— Таки надеюсь…

— И я…

Увы, дорога всё равно кончилась слишком быстро. Им, наверное, стоило бы поговорить подольше, и на другую тему, потому что самого главного опять не сказали ни он, ни она. Но тут перед ними, за стройными рядами среднероссийских берёз, неожиданно открылось величественное и прекрасное зрелище…

На невысоком зелёном холме, в окружении полевых цветов и кустов орешника, стоял пятиглавый храм с золотыми куполами! Рядом — высокая колокольня, белые стены, сомкнутые в кольцо. То ли город, то ли монастырь, эдакий симбиоз воплощённых чаяний православного люда. Это было настолько возвышенно, умиротворённо и красиво, что вся компания разом замерла, вытаращив глаза и затаив дыхание…

— Господи, это Рай!

…Резные ворота гостеприимно распахнулись, навстречу важно вышла целая делегация степенных монахов, словно сошедшая со страниц пушкинских сказок, под предводительством высокого батюшки. Здоровенный, толстый, рыжий, с окладистой бородой и львиной гривой, он жестом поманил к себе казака, безошибочно определив его вероисповедание:

— Опаздываешь, сын мой!

— Грешен, благословите, батюшка. — Иван опустился на одно колено, целуя руку священника.

— На оба колена становись, да фуражку сними, — незлобиво поправил рыжий поп. — Ну вот… благословляю тя, во имя Отца и Сына и Святаго Духа! Всё, вставай, пойдём, неча нам тут за воротами греха набираться.

Бывший подъесаул встал с просветлённым лицом и чуть виновато улыбнулся:

— Конечно, иду, батюшка. Только дозвольте с друзьями попрощаться…

— Ни к чему это, — ровно обрезал святой отец. — Они тоже в обитель пойдут.

— Рахиль, я же говорил, что иудеям можно! И эльфам тоже, наверное… раз приглашают…

— Всех заводите, да поскорее!

Ребята так и не успели понять, каким образом оказались окружены плотным кольцом монахов. Их буквально внесли внутрь монастырского двора с безукоризненной нежностью, самую чуточку не дотягивавшей до откровенного насилия. Могучие ворота захлопнулись без звука. Как ни странно, но именно Иван первым почувствовал себя неуютно…