Витчхантеры. 1. Идентификация Вики - Антон Соя

«Ян работал провизором в знаменитой аптеке Пеля на Седьмой линии Васильевского острова. Алхимик взахлеб рассказывал рассеянно слушающему другу о замечательной династии немецких аптекарей, о Вильгельме Эрденфриде Пеле, основавшем эту аптеку в середине девятнадцатого века, его сыне Александре Пеле, превратившем их дело в настоящую империю – с исследовательскими лабораториями, научной библиотекой, складами, конторами по сбыту, фармацевтической фабрикой и редакцией журнала «Медицинская химия и фармация». Мало того что Пель снабжал лекарствами почти весь столичный Петербург, он еще изобрел «стеклянный сосуд для асептического хранения жидких лекарственных растворов», – сосуд этот стал настоящим прорывом в фармакологии и дошел до наших дней под названием «ампула». А еще Александр Пель дружил с Менделеевым и Чеховым и разработал эссенцию спермина Пеля, реклама которой гарантировала «избавление от старческой дряхлости, полового бессилия, последствий пьянства, худосочия и истощения». Спермин наделал много шума не только в Петербурге, но и в других европейских столицах, омолодив немало богатеньких счастливцев и намного опередив разработки сегодняшних эндокринологов. Александр Пель стал «поставщиком двора его Императорского Величества» и воспитал двоих сыновей – Альфреда и Рихарда, которые продолжили семейное дело вплоть до 1917 года, когда аптеку национализировали. А в 1928 году закрылась и фабрика.

Но не научные и деловые достижения Пеля и не его призы на международных выставках волновали воображение Яна. Больше всего ему кружила голову легенда о башне Грифонов, стоявшей во внутреннем дворике аптеки Пеля. Это одиннадцатиметровое в высоту и двухметровое в диаметре сооружение из красного кирпича с ветхой жестяной крышей, по существу, было трубой химической лаборатории, которую Александр Васильевич Пель построил, а новые власти в двадцатые годы снесли за ненадобностью. Но Яну нравилось верить в городскую легенду – будто бы алхимик Александр Пель (а в девятнадцатом веке работников аптек в народе называли алхимистами, и никак иначе) выводил ночами в этой башне сказочных существ – грифонов, то есть крылатых львов с головами орлов. Затейник Пель скрещивал льва с орлом – символ Петербурга с символом Российской империи. А так как у удачливого Пеля все получалось (видно, продал душу дьяволу, бестия), то и грифонов вывести ему удалось. Только получились они невидимыми для взгляда простого смертного. Зато их можно увидеть в отражениях окрестных окон на закате, когда грифоны вылетали из башни на охоту. Или на рассвете, когда они возвращались обратно – охранять золото Пеля, добытое при помощи философского камня. Александр Пель умер в 1908-м, золото его давно растратилось, а люди продолжали видеть в своих окнах золотые блики его грифонов, по-прежнему стерегущих свою башню без окон и дверей. А стеречь там было что, ведь перед смертью Александр Васильевич Пель разместил на красных кирпичах башни Код Вселенной. И кто сумеет его прочитать, получит право на исполнение своего заветного желания. Такой вот прощальный подарок человечеству сделал великий петербургский алхимик».

4. «Камчатка» на Петроградке

Олег Хван – Страж, друг и одноклассник Вики Адамсон – настолько полюбил творчество Виктора Цоя, покойного лидера группы «Кино», что даже разговаривал исключительно цитатами из его песен. За что друзья и стали называть его Цоем. Кличка намертво приклеилась к Олегу. Может быть, это случилось потому, что жил Олег рядом с котельной, где когда-то работал кочегаром и писал по ночам свои песни настоящий Виктор Цой. Теперь там, в бывшей котельной на Блохина, 15, клуб-музей «Камчатка», где каждый фанат может немножечко почувствовать себя Виктором Цоем.

5. Дом Зингера (Дом книги)

Любимое место моего ленинградского детства у канала Грибоедова, между двух самых прекрасных храмов – Казанского собора и храма Спаса на Крови. «Дом книги» – самое красивое здание в Петербурге – венчает круглый купол в виде стеклянного земного шара. Строился этот дом под офис компании Зингер, а потом стал огромным книжным магазином. На всю жизнь я запомнил скрип старых половиц, запах книг и теплое дыхание кондиционера у входа в Дом книги. Совершенно волшебное место! В первой книге про Вики «Дому книги» уготовано сыграть трагическую роль в судьбе сразу нескольких героев. Позволю себе небольшую самоцитату:

«Цой, увидев прыжок Максимауса, недолго думая полез вверх по фасаду здания Дома книги. При этом он очень смеялся про себя, представляя, как глупо это выглядит со стороны, и очень радовался, что нет дождя. Будто заправский Кинг-Конг, скалолаз Цой прополз рядом с удивлёнными бронзовыми валькириями, чуть не упавшими от такой наглости с носов своих кораблей, торчащих из стен Дома книги. Потом, минуя огромного орла, добрался до держащих шар огромных полунагих скульптурных женщин и убедился, что ползти наверх по мокрому стеклянному шару задача не из легких».

6. Банковский мост

Мой любимый питерский пешеходный цепной мостик через канал Грибоедова украшен с двух сторон скульптором П. Соколовым золотыми крылатыми львами с круглыми фонарями на гордых головах. Последнее время этих львов почему-то стало модно именовать грифонами. Думаю, что их североитальянский родственник, являющийся символом Венеции, очень бы удивился. Как удивились бы и грифоны из башни Пеля. Ведь всем известно, что грифоны – полульвы-полуорлы с головой орла. Для меня, родившегося и выросшего в двух шагах от Банковского мостика, золотые крылатые львы были и остаются символом сказочной красоты Санкт-Петербурга. А еще рядом с этим мостиком живет любимая учительница Вики.

7. Ивановская башня, Таврическая ул. дом 35

Эта башня в историческом доме на углу Таврической и Тверской улиц, несомненно, одно из самых мистических мест в городе, и еще она сыграла свою важную роль в появлении фантастических существ во второй книге про Вики Адамсон. Небольшая цитата из «Инициации Вики»:

«А жила Лера теперь на улице Таврической, в мансарде исторической башни, в бывшей квартире поэта-мистика Серебряного века Вячеслава Иванова, даже не задумываясь, какую энергетику несут эти стены, на литературных средах в кружке символистов слышавшие и видевшие, пожалуй, всех звезд русского декаданса. Какие страсти здесь, в Ивановской башне, кипели в начале двадцатого века, какие перформансы разыгрывались, какие любовные интриги плелись, какая магия творилась! Но к сожалению, фамилии Брюсов, Бальмонт, Городецкий, Сабашникова, Мережковский, Гиппиус были для Леры и ее знакомых пустым звуком из далекого прошлого. И даже слово «Блок» вызывало у них в первую очередь устойчивые ассоциации с сигаретами и агрессорами из НАТО и только потом с великой поэзией. Сейчас же стены повидавшей виды квартиры были разрисованы картинками из «веселой» жизни неунывающих зомби».

8. Боткинские бараки

Самая большая в России инфекционная больница. Открытая ещё в 1882 году, за время своего существования она разрослась, как настоящее инфекционное заболевание, и превратилась в целый городок из множества корпусов. Уже больше десяти лет больницу безуспешно пытаются перевести из центра в спальные районы, а старые корпуса снести. Разве это не мистика?

Самый старый и самый мрачный больничный комплекс Санкт-Петербурга стал декорацией трагических событий, развернувшихся в книге «Инициация Вики». Именно здесь маленькой армией Вики Адамсон будет дан решительный отпор древним врагам человечества. Небольшая цитата: