Чего хотят вампиры - Елена Никитина

Вот оно, хваленое вампирское обаяние – настоящее, неприкрытое, беспроигрышное.

Вадим чуть не сверзился с мольда от столь откровенного признания, а вампирша поспешно отвернулась, пряча довольную улыбку.

Вообще-то для истинного вампира не составило бы труда заполучить любого человека во временное пользование практически для любых целей, начиная от банальной трапезы и заканчивая тантрическим сексом, но наша блондинка не искала легких путей и быстрых побед. Игра в кошки-мышки нравилась ей гораздо больше. Остальным – тоже, хотя бы уже потому, что у некоторых истеричных особ с ученой степенью почти не оставалось времени никому трепать нервы, свои бы сберечь.

А еще через два дня эта чокнутая парочка вполне мирно беседовала на тему… устройства нашего мира. Точнее, «беседовал» по большей части Вадим, с воодушевлением и небывалым энтузиазмом посвящая свою вынужденную спутницу в эволюцию жизни на Земле. В прямом смысле. Хорошо всем известная теория Дарвина была им изложена так подробно и красочно, что даже наша молчаливая группа сопровождения подтянулась поближе и недоуменно переглядывалась, не зная, воспринимать услышанное как сказку малых иномирных народов или бред сумасшедшего. Затем вдохновленный наличием пусть и небольшой, но заинтересованной аудитории профессор перешел к изложению современного жизнестроя своей исторической родины, самым глобальным открытиям мировой науки и собственной далеко не последней, пусть еще и не признанной, роли в ней.

Глафирена слушала внимательно и предельно серьезно, лишь изредка задавая уточняющие вопросы. От былой легкомысленности и кокетства не осталось и следа. Казалось, она пытается если уж не понять, то хотя бы запомнить каждое сказанное чокнутым оратором слово. А Вадим, найдя наконец благодарные уши, заливался соловьем, козыряя заумными словечками и подробно описывая технические характеристики оснащения современных лабораторий, как химических, так и медицинских.

Что ни говори, какой бы хищной и кровожадной ни была Глашка на самом деле и сколько бы крови ни выпила за всю свою жизнь, она всегда и всюду останется женщиной. Слишком красивой и соблазнительной женщиной, чтобы ее внимание не льстило любому нормальному мужчине. И мой муженек не исключение. А когда после очередной излишне заумной фразы вампирша интимно промурлыкала ему в ухо:

– Если ты будешь продолжать в том же духе, я тебя поцелую, – то он лишь недоверчиво фыркнул и храбро заявил:

– Странно, по сути, от твоего предложения должно быть приятно, а почему-то звучит как угроза, – и ни на сантиметр не сдвинулся в сторону.

Честно говоря, я была в шоке от всего происходящего. И вовсе не потому, что у меня прямо на глазах пытаются увести некогда любимого мужа, а собственно, от реакции Вадима. Было такое впечатление, что он не пытается отвязаться от назойливой поклонницы, а специально играет на публику, причем исключительно в моем лице. Паршивец! Нет, я не ревную (было бы кого!), но сердце предательски екнуло от тревожного предчувствия.

Мы ехали уже больше недели. Между туч все чаще и чаще стало проглядывать солнце, ничем не отличающееся от нашего, земного. Разве что солнце Айдары было раза в два крупнее. Вампиры дружно закутались в длинные, до пят плащи, прячась от губительных ультрафиолетовых лучей. Мне дневное светило пока никаких неудобств не доставляло, поэтому прятаться от него я не посчитала нужным, несмотря на предостережения Стефианира.

Вообще мое состояние в последнее время было каким-то странным. Периодически сильно болели кости, временами накатывала непонятная слабость и дурнота, днем, когда жара стояла градусов под тридцать, пробирал странный озноб, а непонятная апатия, казалось, уже обосновалась в груди на ПМЖ. Связать с чем-либо определенным причуды собственного здоровья у меня пока не получалось, а сказать об этом Стефу я не решалась. Он, конечно, изредка поглядывал на меня с удивлением и даже подчас с тревогой, но пока ни о чем не спрашивал, а я изо всех сил старалась замаскироваться под маской философской задумчивости и меланхоличного спокойствия. Мы вообще с ним разговаривали мало, да и то все больше на общие и ничего не значащие темы.

Населенные людьми деревни и довольно большие поселки попадались нам на пути с определенной регулярностью. В маленькие мы заезжали и останавливались на ночлег, те, что покрупнее, обходили стороной. Стефианир объяснил это элементарным нежеланием общаться с местными властями. Столь многочисленная кавалькада вампиров, да еще и во главе с наследниками не самого последнего клана, в любом городе привлечет к себе излишнее внимание, а задержки нам ни к чему.

Вот и сейчас привал сделали на небольшой опушке недалеко от дороги, хотя вдали на самой грани слышимости можно было уловить лай собак. Набежавшие облака надежно заслонили солнце, и вампиры позволили себе снять мрачный камуфляж. Глафирена почти сразу углубилась в заросли, мило поставив нас в известность, что собирается «подышать свежим воздухом». Можно подумать, его здесь мало. Это она в Москве еще не была, вот где свежий воздух днем с огнем не сыщешь.

– Что, боишься нападения на свою сиятельную особу? – ехидно заметил Вадим, не к месту вспомнив о собственных вредных обязанностях.

– Отчего же? – Стеф бросил на несостоявшегося личного патологоанатома недобрый взгляд. – После встречи с тобой осиновые колы, святая вода и серебряные пули кажутся сущей мелочью.

– Тогда в чем проблема? – не унимался мой благоверный, пропустив колкость мимо ушей. – Там и еды больше, и разгуляться есть где. Да и нам со Светкой интересно посмотреть, что у вас тут и как. Правда, дорогая? – Я неопределенно пожала плечами, прекрасно понимая, что мое мнение его как раз интересует меньше всего. – С народом цивилизованным пообщаться, в конце концов. А то деревенщина – она и есть деревенщина, хотя я у них тоже подсмотрел кое-что интересненькое.

– Не обольщайся, профессор, в любом городе цивилизованный народ вряд ли захочет с тобой пообщаться.

– Это еще почему?

– Люди, если ты успел заметить, стараются держаться от нас подальше. Никому не хочется попасть под голодную раздачу даже одного истинного вампира, а нас тут десять.

– Так я же человек, чего от меня-то шарахаться?

– А ты с нами, – хищно улыбнулся вампир. – Коллективное бессознательное, знаешь ли, еще никто не отменял ни в одном из миров. Вряд ли у тебя получится доказать хоть кому-нибудь, что ты не верблюд, даже если с виду похож на райскую птицу. У вашей недалекой братии есть одна забавная особенность – чем больше толпа, тем легче убедить ее в чем-либо. Поэтому любые города – это скопление всевозможных слухов, самых немыслимых культур и просто вопиющего невежества. Да и грязи там намного больше. Причем во всех смыслах.

– Ничего ты не понимаешь, Дракула средневековый! – набычился Вадим, готовясь отстаивать собственную точку зрения с пеной у рта. – В любом крупном городе, а особенно в столице, гораздо больше возможностей…

– Скрыть свои темные делишки, – не дал договорить ему Стеф. – А еще затеряться в толпе и слиться с пейзажем, маскируя под ближайшую помойку мерзкую душу и подлые намерения.