Полуночный замок - Наталья Жильцова

От увиденного у меня похолодело на сердце, а сознание затопил панический страх. Что это? Неужели прорыв? Но тогда почему инфернальные «доберманы» нападают не на меня, а на колдуна?

Хотя какая разница? Сейчас главное — бежать! Бежать отсюда, ибо еще одной стычки с этими зверюгами я не выдержу!

Взбурливший в крови адреналин придал сил. Я подскочила с пола, резко развернулась и неожиданно в кого-то врезалась. Взвизгнула, попыталась отпрыгнуть, но была перехвачена за талию, а потом знакомый бесцветный голос процедил:

— Не дергайся.

Линнелир!

В материализовавшегося прямо из воздуха принца я вцепилась со всем отчаянием, на какое была способна. Даже устрашающий вид его высочества и пылающие черным бешенством глаза не испугали. В сознании билась лишь одна мысль: рядом с ним безопасно! Даже если эти зверюги попытаются броситься следом, Линнелир со всеми справится!

Но случилось невероятное: принц тихо свистнул, и порождения тьмы послушно застыли в шаге от сэра Матиаса.

Так это что же, не прорыв? Это… они меня охраняли, что ли?!

Я перевела ошарашенный от неожиданной догадки взгляд на Линнелира, но тот не пожелал ничего объяснять. Вместо этого чуть прищурился и медленно, вкрадчиво произнес:

— Матиас?

— Ваше высочество! — Белый как мел маг тотчас склонился в поклоне. — Уверяю, ваше высочество, подобное больше не повторится…

— Разумеется, — холодно оборвал принц.

А в следующее мгновение сэр Матиас закричал. Громко, жутко, надрывно. И вроде ничто его не трогало, однако на коже худощавого мага внезапно проступила кровь. По телу сэра Матиаса прошла судорога, а потом он рухнул на каменные плиты пола.

Не в силах наблюдать за бьющимся в агонии магом, я уткнулась в жесткую черную униформу Линнелира и отстранилась, лишь когда все окончательно стихло. Правда, в сторону окровавленного куска мяса, бывшего еще недавно не самым слабым колдуном, по-прежнему старалась не смотреть.

Вместо этого перевела взгляд на принца, желая поблагодарить за помощь, но не успела. По-прежнему пребывающий в ярости Линнелир теперь обратил свое внимание на «доберманов», прорычав:

— Я вас для чего из-за грани вытащил? Приказ был один — защищать! Так какого демона вы допустили, что на объект охраны напали?!

Инфернальные порождения тьмы от такого разноса поджали уши и заскулили, совсем как обычные собаки. И мне неожиданно стало их жалко. Все-таки животных я с детства любила, причем всех. Даже в шестом классе, помнится, с мальчишкой-старшеклассником из-за обычной дворняги подралась, хотя дворняга была совершенно незнакомая. А эти двое, пусть и темномагические монстрики, все-таки за меня сражались!

Однако у принца было другое мнение.

— Слышать не желаю оправданий! — прошипел он. — Не можете справиться с такой мелочью, убирайтесь обратно!

Линнелир поднял руку… и я не выдержала. Не совсем понимая, что делаю, вцепилась в его запястье с криком:

— Не надо!

Принц изумленно замер. Видимо, его высочество ни разу в жизни никто не останавливал. Хотя это неудивительно: трудно представить психа, который на такое решится… гм. М-да. И впрямь трудно. Проще посмотреть в зеркало.

Глядя, как брови Линнелира взметнулись вверх, я поняла, что влипла. Но отступать было некуда, поэтому я зажмурилась и быстро, с мольбой протараторила:

— Пожалуйста, Лин, не надо! Они меня хорошо защищали и жизнь спасли! Не надо их убивать!

Ответом мне была тишина. Прошла секунда, другая, на третьей я нерешительно приоткрыла глаза, но ожидаемой ярости на лице принца так и не узрела. Только легкое любопытство.

— Ты что, серьезно? — хмыкнув, уточнил он. — Тебе на самом деле их жаль?

Я нервно сглотнула и утвердительно кивнула.

После этого удивление отразилось даже на мордах «доберманов», а принц констатировал:

— Ты самая ненормальная светлая из всех, что мне попадались.

— Я… просто животных люблю, — выдавила я. — А они… все-таки живые. И если их убивать, им, наверное, будет больно…

Дальнейшие попытки оправдаться прервал хохот его высочества.

— Слышали, кому жизнью обязаны? — сквозь смех обратился к «доберманам» принц. — А вы ее еще сожрать хотели!

Зверюги одновременно посмотрели на меня и… черт, готова поспорить: в их пылающих глазах мелькнуло что-то разумное!

Линнелир же, окончательно потеряв к «доберманам» интерес, наконец от меня отстранился и направился к телу сэра Матиаса. Быстро оглядев труп, он поднял с пола длинный изогнутый кинжал, после чего обернулся ко мне и «обрадовал»:

— Церемониальный нож Васха. Поздравляю, у тебя всего лишь хотели вырезать сердце.

Я сглотнула и непроизвольно ляпнула:

— 3-зачем?

— Ну-у, если мне не изменяет память, существует три ритуала с сердцем светлой девственницы, не привязанных к определенной лунной фазе, — охотно откликнулся Линнелир. — Это «Величие», «Убеждение» и «Доминация». «Величие» Матиасу было ни к чему, ибо к королевскому роду он отношения не имеет, на «Доминацию» силенок бы не хватило. Отсюда следует единственный вывод: он хотел получить способность внушать окружающим свои мысли. «Убеждение» весьма сильная штука, обходит практически любую ментальную защиту. И вопрос у меня возникает только один: как он узнал, что ты девственница?

— Не знаю, — прошептала я и вдруг поняла! — Договор! Я его кровью подписывала, а иглу сэр Матиас давал! Значит, наверное, как и ты, мог по крови почувствовать, ну…

— Мог, — хмурясь, подтвердил принц.

— Вот! — Моя мысль пошла дальше. — Сегодня утром он расспрашивал меня, что происходило в Искристой обители, выпытывал все подробности. И, видимо, понял, что к светлым лишенцам я после инициации не попала. А теперь… — Я запнулась и в панике посмотрела на Линнелира, — это что же, любой, кому мой договор попадется, тоже обо всем узнает?

— Нет, — успокоил его высочество, одновременно банальным щелчком пальцев уничтожая кинжал. — Только по свежей крови можно получить такую информацию явно. Засохшую для этого придется специально исследовать. Да и вообще, твой договор хранится в сейфе Донована. Посторонним он на глаза не попадется, а старику изучать твою кровь и в голову не придет.

— А если придет? — буркнула я.

— Значит, и его убью. — Линнелир равнодушно пожал плечами.

Ничего себе! И он говорит об этом таким обыденным тоном!

Хотя чему я удивляюсь? Об этом человеке такие ужасы рассказывают, что простое устранение лишних свидетелей — банальность. С таким-то характером и статусом неприкосновенной особы…

Кстати, о характере и статусе. Только теперь, когда разум наконец смог оттеснить эмоции на второй план, я окончательно осознала, в какие неприятности едва не вляпалась. Хватать за руку разъяренного принца! Разговаривать без малейшего почтения к титулу! Да гофмейстерину Эльзу от того, как я общаюсь с представителем королевской семьи, инфаркт бы хватил!