Мир Волкодава: Эпоха бедствий - Андрей Мартьянов

Равнина перед Аласором многие столетия не видела такого скопища людей, и "нехорошие" горы будто бы замерли в удивлении. Разнообразие наречий, традиций, лиц и одежд объединяло только одно - каждый пришедший этой осенью к пустынным горам человек носил оружие. Аррантские гладиусы, саккаремские сабли и альфанги, прямые, с закругленным оконечьем, мечи изнывающих от непривычной жары сегванов, длинные копья мономатанцев, ятаганы джайдов... И так далее, почти до бесконечности. Лошади, верблюды, волы, мулы, ослики и прочие вьючные или верховые животные дочиста пожирали траву на девственных островках зелени, окруживших кряж, люди срубали для костров никогда не знавшие топора кипарисы, черпали воду из ручьев и родников, во множестве сбегавших с возвышенности, и вообще вели себя в этом заповедном месте как хозяева. В конце концов, никакая нечисть (если она вообще здесь водится!) не сможет противостоять огромной армии Солнцеликого шада Даманхура!

Услышав как-то подобное мнение, Асверус Лаур и постоянно сопровождавший молодого нардарского принца Драйбен только головами покачали. Сын кониса Юстиния, которому бывший эрл раскрыл всю свою подноготную - и историю о неудачной попытке выучиться на настоящего волшебника, и тайну Самоцветных гор, к пробуждению которых он оказался причастен, и подробности своей службы у хагана Гурцата, - верил недобрым предчувствиям Драйбена, каковой, едва завидев Аласор, недвусмысленно заявил: "Людям здесь делать нечего".

- Выбор шада, мягко говоря, не слишком удачен. - Вечером четвертого дня пребывания в Аласоре нардарец незадолго до наступления заката явился к сидевшему у костерка Асверусу. - Ну почему Даманхур не оставил войско у Дангарских гор? В случае неудачи всегда можно отступить на полуостров, а перевалы намертво закрыть.

- Эрл, вы где шлялись полный день? - поинтересовался Асверус. - Ушли, едва рассвело, забрали моего коня... А теперь вернулись и каркаете, будто ворон на могильном камне.

- Шлялся, - вздохнул Драйбен, присаживаясь на коврик. - Не шлялся, а исследовал место будущего сражения, это во-первых. Во-вторых, эта прогулка обошлась мне лет в десять жизни. Я сдуру сунулся на заброшенную дорогу, ведущую через кряж, и прокатился по ней лиги две или три.

- Не вы первый, - отмахнулся сын кониса. - Лагерь переполнен слухами, будто в центре Аласора прячется заброшенный город неизвестной расы, полный сокровищ. Вы, случаем, не обзавелись трофеем?

- Нет никакого города, - со знанием дела возразил Драйбен. Действительно, в самом центре кряжа тянется небольшая долина, я ее видел. Там - какие-то старинные руины. Масса песка, прореженного кустарником, столь же много щебня, покосившиеся колонны...

- Из-за этих заметенных песком развалин вы потеряли десять лет жизни? съехидничал Ас-дерус. - Я думал, вы храбрее, эрл Кешт!

- Не смешно. - Нардарец нахмурился и приложился к фляге с белым дангарским. - Так вот, дорога проходит как раз мимо заброшенного городища, огибая его с восхода. Вы, сударь, видели когда-нибудь завал из костей в полный человеческий рост высотой?

- Нет, - покачал головой Лаур-младший. - Это находилось на дороге?

- Совершенно верно. Я не решился спуститься в саму долину, благо конь заартачился. Всем известно, что животные чуют недобрую силу куда острее людей. Спасибо неразумной ездовой твари. Теперь представьте: небольшие песчаные барханы, тысячи каменных обломков, обработанных человеческой или нечеловеческой рукой, ветерок вздымает легкие вихри... Высушенные кусты, запах древности, несносно палящее солнце, белые плиты дороги - один к одному воспоминания обуянного романтическим чувством путешественника из среды богатых бездельников.

- Красиво. - Лаур счел необходимым согласиться. - И что дальше?

- Барханы двигаются, - полушепотом сказал Драйбен и поводил руками, изображая волны. - Это не иллюзия, созданная переносящим песчинки ветром, а нечто не виденное ранее человеком. Говорите - город? Скорее комплекс храмов или усыпальниц, некогда обнесенный стеной. Ее развалины еще можно заметить. Полдесятка сохранившихся статуй, правда вкопанных в песок по пояс. Может быть, это какие-то древние боги или идолы варварских племен, но очертания у скульптур абсолютно нечеловеческие. Двуногие псы, люди-птицы, поднявшиеся на задние лапы громадные ящерицы. Я долго изучал летописи минувших времен и не встречал ничего подобного.

- Пустыня - замечательный страж для тайн прошлого, - глубокомысленно изрек Асверус. - Воздух сухой, кроме редких кочевников-джайдов сюда никто не заглядывает уже десять столетий... Мало ли что могло сохраниться со времен Золотого века? Кажется, вы упомянули двигающийся песок?

- Именно. Можете посчитать меня сумасшедшим или горьким пьяницей, но, стоя над развалинами, я ощущал себя человеком, смотрящим с высоты на озеро, в которое бросили камень. Барханы постоянно перемещаются, нахлестываясь на окружающие скалы и разбивая о камень песчаные волны. В их движении нет никакой системы, это я точно заметил. Еще мне показалось, будто эти руины живые...

- Не далее как два дня назад, - саркастично бросил потомок древнего владетельного рода и скривился, - вы меня убеждали в том, что пещера, выбранная Хозяином Небесной горы своим обиталищем, тоже живая. Своего рода душа неизвестно кого, воплотившаяся в камень. Уж простите, эрл, но ваши рассуждения начинают смахивать на навязчивую идею или страничку из сочинений этого одержимого писаки Никклауса из Прашова. Опять забытые города, враждующие маги, заклятые мечи, горы трупов, реки крови...

- Горы трупов в наличии, - отозвался Драйбен, пропустив язвительные слова Асверуса мимо ушей. - Хотите, завтра вместе съездим и посмотрим. Надеюсь, мергейты пока не собираются нападать?

- Какое там! - явно разочарованно вздохнул Лаур. - Не слышали последних донесений наших разъездов? Сегодня прибыл гонец с берегов Междуречья. Гурцат пока даже не переправился через Урмию, хотя эти сведения устарели - посыльный целых пять дней мчался через пустыню. За это время могло произойти все, что угодно. У нас еще седмица форы, так что вполне можно развлечься и прокатиться в глубину Аласора. Не спорю, мудрейший эт-Убаийяд со своими мардибами выручил шада золотом, но мы-то с вами добровольцы, и вознаграждения нам не положено. Между прочим, только сегодня наблюдал, как посланник Энарека отвалил трибуну Теренцию из аэтосий-ского легиона "Сизый беркут" четыре меры золота в качестве оплаты.

- Плюнуть на все и вступить в "Сизый беркут", - меланхолично предложил Драйбен. - Ну и что, что традиции несколько... э-э... необычные. В конце концов, они никого не принуждают. Деньги у меня, кстати, кончаются.

- Заманчиво. - Асверус фыркнул. - "Беркуты", конечно, милейшие люди, но... По-моему, в Нардаре несколько иные обычаи. Знаю, арранты являются людьми, мыслящими свободно во многих сферах жизни, но я для личных отношений предпочитаю женщин, хотя могу попытаться понять логику вояк из Аэтоса...

- "Если в опасности человек, которого ты любишь, то будешь сражаться за него до последнего". - Драйбен наизусть процитировал строки из знаменитого на весь мир "Слова о войне и преданности", созданного лет пятьсот назад родоначальником легиона "Сизый беркут". - Ладно, я пошутил. Оставим аррантские сумасбродства самим аррантам. К "беркутам" можно ходить в гости и обедать у них.