Маг Эдвин - Майя Зинченко

– Они тут ни при чем. Их привели родственники в надежде получить вознаграждение.

Мальчик пожал плечами и, не сказав больше ни слова, вышел из комнаты. Его башмаки громко стучали, когда он спускался по лестнице. Я сложил и спрятал рисунок Эрика к себе в карман. При встрече с королем демонов обязательно покажу ему, как он выглядит в глазах людей. Надеюсь, это его хорошенько разозлит.

Внизу послышался громкий смех. Это Норман вдруг обнаружил в себе талант рассказчика и вовсю травил анекдоты. Но как только я присоединился к компании, смех смолк, и священник посмотрел на меня с подозрением:

– Ты ничего не слышал?

– А чего конкретно? – спросил я, сразу же насторожившись.

– Коротких историй со смешным концом, главное действующее лицо которых – волшебник, – Мелл мне подмигнула.

Похоже, это была ее маленькая месть за то, что я вынужден проводить время среди девушек. Я сделал каменное лицо и, подождав пока Невидимые Помощники разбегутся кто куда, уселся на лавку.

– Продолжайте, мне тоже интересно.

В течение следующих двух часов мне пришлось выслушать немало анекдотов о волшебниках. Пару раз было действительно смешно, и я сам тихонько посмеивался, хотя для остальных делал вид, что занят чтением энциклопедии выдуманных существ. Наконец Норман выдохся, и я вспомнил об одной очень важной вещи.

– Девушки, мы же с вами так и не решили, по каким улицам вы будете бежать от кладбища на площадь. Непростительная ошибка…

– А зачем нам разделяться? Давайте пойдем все вместе, – предложила Джулия. – То есть побежим. Будет не так страшно.

– Потому что, кроме тех мертвецов, что на кладбище, будет немало умертвий, которые вылезли еще прошлой ночью, спрятались в укромных уголках города, и теперь вы должны выманить их оттуда. Если ограничиться только одной улицей, то они вас не почуют.

– Но ведь они могут находиться в любой части города, – возразила Мелл. – Что ты им предложишь в таком случае: бегать кругами?

– Нет, конечно. Норман, мне срочно нужен план Рамедии. У тебя есть?

– Сейчас принесу.

Он ушел и вернулся с подробным планом города. Если бы кто-то давным-давно не пролил на бумагу чашку крепкого чая, то он был бы идеален. Развернув план прямо на полу, я взял карандаш и, не касаясь, принялся водить им по бумаге.

– Вот здесь мы находимся. Это кладбище, а вот церковь. Странно, не вижу площади…

– Она у тебя под левой ладонью, – подсказала Мелл.

– Точно, вот звездочкой обозначен осевой столб. Девушки, будьте внимательны. Вот тут, – я ткнул карандашом, – я буду вас ждать. Вы должны любой ценой добраться до этого места. Теперь по порядку: я буду называть улицу и имя, а вы запоминайте и мысленно представляйте себе, как будет пролегать ваш путь. Джулия, начнем с тебя.

– А можно мне самую короткую улицу?

– Они все примерно одинаковы. Будем смотреть по порядку. – Я решил начать с улицы, которая была крайняя слева. – Зеленый осел. Какое странное название…

– Это Зеленый поселок, – поправил меня Норман, – просто несколько букв на изгибе стерлись.

– Джулия, ты запомнила?

Девушка неуверенно кивнула и с беспокойством посмотрела на сестер. Почуяв неладное, я решил задать дополнительный вопрос:

– Ты хоть знаешь, о чем идет речь?

– Моя сестра не умеет читать и в планах не разбирается, – ответила самая младшая. – Никто из нас не умеет. Я тоже не понимаю, что вы говорите.

– Но неужели вы не знаете названий улиц в родном, не таком уж большом городе? – ужаснулся я. – Это невероятно!

Мой замечательный план грозил провалиться.

– Эдвин, не волнуйся. – Норман похлопал меня по плечу. – Сейчас я что-нибудь придумаю.

– Желательно сделать это быстро. У нас осталось совсем немного времени. – Я с беспокойством бросил взгляд в окошко церкви. На город опускались вечерние сумерки.

– Девушек должны интересовать наряды, сладости, косметика, украшения. – Священник закусил нижнюю губу и задумался. – Джулия, на этой улица есть маленькая, но очень интересная лавка, где продают разные бусы. На вывеске нарисовано роскошное ожерелье из перламутровых раковин.

– А, так бы и сказали! – сразу оживилась она. – Конечно, я знаю, где это.

– Вот видишь, Эдвин, ничего страшного, – Норман с победоносным видом посмотрел на меня.

– Ладно, признаю, у тебя получилось. Из тебя бы вышел прекрасный наставник, – сказал я и к вящей радости Мелл добавил: – Поэтому дальше занимайся девушками сам. Определись с улицами и объясни, где они находятся. Справишься?

Норман кивнул и склонился над планом.

– Мелл, пойдем выйдем ненадолго.

Я потратил несколько минут на открытие двери, и мы вышли из церкви. Взяв жену под руку, я повел ее вдоль церковной стены. Возле невысокой каменной кладбищенской ограды мы остановились. Мелл, одетая в легкое платье, поежилась – ночная прохлада давала о себе знать. Ох уж эта ночная прохлада… Иногда она играет нам, мужчинам, на руку. Я привлек ее к себе, обнял и вздохнул:

– Обещай, что не покинешь церковь. Что бы ни случилось, ты не должна выходить этой ночью на улицу.

– Ты их чувствуешь, да? Они уже начали выкапываться? – Мелл тоскливым взглядом посмотрела в глубь кладбища.

– Еще нет. До тех пор, пока полностью не сядет солнце, они не двинутся с места.

– Эдвин, и почему ты выбрал себе такое опасное призвание?

– Она само выбрало меня, – улыбнулся я. – Но ты мне не ответила.

– Конечно, я обещаю. Я же не сумасшедшая. А почему мы пришли сюда?

– Потому, что я хочу сказать тебе, что я тебя очень сильно люблю, и поцеловать, а так как я очень скромный, то предпочитаю делать это наедине, а не служить пособием для юных дев.

– Да, подходящее место для признания в любви. На темном небе силуэт старой церкви, рядом кладбище, полное живых мертвецов, – она усмехнулась. – Эдвин, ты всегда был романтиком.

– Рад, что тебе нравится, – пробормотал я, целуя жену. – Я тебя люблю. И с теми девушками у меня исключительно деловые отношения.

– Верю. Но нам нужно вернуться.

– Сейчас. Не волнуйся за меня. И не из таких переделок выбирался.

– Кстати, у Нормана есть погреб, в котором он хранит церковное вино. Вход в погреб находится прямо в молитвенном зале. Может, в крайнем случае нам перебраться туда?

– Отличная идея, – оживился я. – Так и сделайте. Одного не пойму: почему в связи с последними событиями никто из жителей города не решил спрятаться в церкви? Неужели рамедийцы настолько утратили веру в Бога?