Отчаяние драконов - Владимир Аренев

В конце концов Одмассэну с Мнмэрдом удалось подтащить лодку к дорожке и прочно привязать ее, хотя далось сие с большим трудом. Нохр кивнул, удовлетворенный проделанной работой. Он приказал Мнмэрду выйти на дорожку, а Одмассэну отойти на другой край лодки, сложив все оружие в центре на ее дне. Затем тролль поднялся, убрал клинок от вспотевшей Ренкровой шеи и направился к борту, чтобы сойти на берег.

Всего на мгновение Нохр повернулся спиной к долинщику, но этого оказалось достаточно. Ренкр не колебался ни секунды — потом он смущенно утверждал, что на это просто не было времени, — он выгнулся дугой, сильным рывком ударив обеими ногами в спину Нохра. Тот начал медленно, очень медленно заваливаться, и Одинокий, оказавшийся на его пути, подхватил выставленную вперед тролличью руку с зажатым в ладони клинком, пропуская падающего мимо себя и вращая вокруг оси, которой и стала рука.

Нохр коротко вскрикнул — и рухнул в воду. Одмассэну потребовался всего один вздох, чтобы оказаться в центре лодки, подхватить меч и вернуться к левому борту. Мнмэрд и Ренкр уже стояли рядом.

Темная поверхность реки насмешливо отражала тусклый свет от настенных насекомых — и ничего более того. Спустя несколько секунд из глубин весело всплыла, лопаясь, стайка пузырьков, и снова все успокоилось.

— Он утонул? — недоверчиво спросил Мнмэрд.

— Я бы на это не слишком надеялся. — Одинокий досадливо покачал головой, затем внезапно скривился: видимо, потревожил раненую ногу. — Не надеялся бы хотя бы потому, что, если он таки выжил, появление нашего кистеухого знакомца не станет для нас неожиданностью. А если он выжил, мы его еще повстречаем, уж поверьте! Впрочем, — добавил Одмассэн, — сейчас нам его в любом случае не достать. Посему давайте-ка лучше займемся делами насущными. — Он сел, привалился к борту лодки, не выпуская из рук меча: — Значит, так. Сперва разберемся, чем мы располагаем. Как там у нас с припасами?

Выяснилось, что все вещи, а не только припасы, попали-таки в лодку — ни один из пилигримов, когда прыгали и плыли, дорожного мешка не потерял. Правда, факелы безнадежно отсырели, но светящихся насекомых на стенах хватало в достатке, так что по поводу испорченных факелов никто особенно не переживал. Другое дело — происшедшее с самими пилигримами. Непонятно, почему тролли так заинтересованы в том, чтобы заполучить долинщика. Конечно, скорее всего, Нохр солгал насчет подземного чудовища… вот только что кроется за подобной ложью? И откуда тролль был знаком с Ахнн-Дер-Хампом? Может быть, это месть за убийство дракона?

— Чушь! — решительно заявил Одмассэн. — И вообще, ваши домыслы, ребятки, так и останутся домыслами. Либо мы абсолютно точно выясним причину такой заинтересованности, либо — до конца жизни будем мучаться сомнениями. И я, честно говоря, предпочел бы второе. А теперь — не позаботиться ли нам о собственной безопасности? Давайте, вытравите веревку, отгоните лодку на середину течения и бросьте якорь. А петлю сейчас перевяжем, чтобы, когда заякоримся, сдернуть. Нам ночью лишние гости не нужны, правильно? Да, кстати. Мнмэрд, сегодня твоя память спасла нам жизнь. Спасибо.

Ренкр присоединился к благодарностям седого горянина:

— Ты держался молодцом, честно.

Мнмэрд от таких похвал зарделся, ровно десятиткарный мальчишка, пробормотал что-то неразборчивое и отправился на карниз, чтобы перевязать петлю. Затем они позволили течению снести лодку чуть дальше, сбросили якорь — тяжеленный булыжник на массивной цепи — и, завернувшись во влажные одеяла, уснули.

В детстве Нохр очень любил играть в прятки. Когда ребятишки шумной гурьбой разбегались во все стороны, чтобы найти надежное укрытие, он частенько использовал один трюк, неизменно приносивший ему победу. Маленький тролль забирался под воду и сидел там, задержав дыхание, когда над головой пробегали ищущие его приятели, а потом выбирался — обязательно так, чтобы они не видели, где он прятался, — с удовольствием отмечая растерянность на лицах товарищей по игре. Было очень славно.

Сегодня любовь к пряткам спасла ему жизнь. Когда подлый удар в спину сбросил Нохра в воду, тролль успел заглотнуть достаточно воздуха, чтобы потом выпустить небольшую его порцию наверх. Может быть, паломники поверят, что он мертв.

Нохр нырнул поглубже и поплыл вниз по течению, пока не решил, что расстояние достаточное и его не заметят. По правде сказать, больше всего его тревожила переломанная рука: тролль боялся, что спустя еще немного времени просто не сможет выбраться из воды. Кое-как он все же вскарабкался на берег и с трудом отполз в тень ближайшего коридора — так раненое животное из последних сил стремится спрятаться в кустах, забиться в чащу, даже зная, что все равно издохнет.

Впрочем, умирать Нохр не собирался. Он полежал немного, восстанавливая силы, затем разорвал остатки плаща и перевязал наиболее опасные раны. Потом, обессиленный, снова упал на пол, проклиная все на свете, мучаясь невозможностью действовать в то время, когда действовать необходимо.

Спустя некоторое время он заметил лодку с паломниками, медленно двигавшуюся вниз по течению. Почти напротив коридора, в котором лежал Нохр, лодка остановилась — они бросили якорь и, видимо, собирались заночевать.

Превозмогая боль, тролль поднялся и, опираясь о стену, медленно пошел прочь от реки. В своем теперешнем состоянии он не собирался лезть на рожон — это все равно ничего бы не дало. Но ведь можно вернуться сюда с новым отрядом.

Оставалось только надеяться на то, что каменный червь, вмешавшийся в его планы, был случайностью. Если же нет и Ворнхольд был прав, то…

Та же пещера. Широкий стол, низенький стул с высокой спинкой, ниши в стене. Старик печально глядит в камин и тихо говорит, по всей видимости снова обращаясь к Богу. К какому?

— Вижу, что времени не хватает. Что ж, я решился. Будущего не изменить, и я выхожу ему навстречу, им навстречу, чтобы замысел свершился. Да будет так.

Две тени в узком коридоре.

— Здравствуй, Ворнхольд Всезнающий.

— Здравствуй, Нохр Отважный.

— Что привело тебя сюда?

— То же, что гонит тебя отсюда. Паломники.

— Он ускользнул… Вначале был червь, убивший всех моих воинов. Потом он оказался у меня в руках, но я снова потерпел неудачу.

— Я же сказал тебе, что это не в твоих силах, Нохр.

— Да, сказал. Но я продолжу.

— Знаю, Отважный. Ибо остановиться тоже не в твоих силах.

— Может быть, мудрец, может быть… Но куда идешь ты?

— К нему.

— Прости мою дерзость, но я надеюсь, что тебе не удастся спасти их.

— Прости мне мое знание. Удастся.

— Пусть так. Но я не отступлюсь.

— Да, ты не отступишься. Прощай.

— До свидания.

— Нет. Прощай.

— Прощай…

Нохр добрался до города лишь к рассвету. Разумеется, никакого рассвета здесь, в Нижних пещерах, быть не могло, но фосфоресцирующие насекомые, руководствуясь каким-то, понятным лишь им одним ритмом, светились в течение суток то ярче, то бледнее, и этим пользовались все подземные обитатели.