Последний король драконов - Лея Стоун

Кэл прикусил нижнюю губу.

— На случай если что-то случится с Джослин… ты его подстрахуешь.

Настоящая желчь подступила к моему горлу. Король приказал никому из королевской стражи не любить меня, чтобы он мог придержать меня в стороне в качестве запасного варианта?

Я не буду ничьим запасным вариантом.

Вот гад.

Я кивнула, быстро отходя от Кэла, когда он позвал меня по имени. Навернулись слезы, но я сморгнула их обратно.

Не позволяй им видеть, как ты плачешь.

Я тренировалась почти месяц. Я ломала кости, получала порезы, меня вырубали, и я не пролила ни единой слезинки перед этими мужчинами. И сейчас я не стану плакать из-за невидимой сердечной раны.

Проходя мимо Аннабет, я коротко улыбнулась ей, и чем быстрее я шла, тем быстрее сжималось мое горло. Когда я наконец распахнула дверь в свои покои, я бросилась внутрь и затем захлопнула ее за собой.

— Арвен? — из кухни донесся нежный голос Нарине, и тут у меня внутри все оборвалось. Рыдания сотрясали мое тело, когда я рухнула на пол. Я больше не могла сдерживаться.

— О, Создатель. — Нарине бросилась вперед, поднимая меня и осматривая мое тело, как будто ища раны. — Ты ранена?

— Не физически. — Я шмыгнула носом. — Я никогда не хотела приезжать сюда! Я не хотела выходить за него замуж. Я ни о чем таком не просила. — Я разрыдалась.

На лице Нарине появилось понимание, и она кивнула, ее кудри подпрыгнули вокруг лица.

— Дела сердечные причиняют больше боли, чем телесные повреждения. Я заварю тебе чай и приготовлю ванну.

— Спасибо, — захныкала я, позволяя ей отвести меня к дивану и уложить там.

Чем дольше я сидела там, отхлебывая чай, пока Нарине готовила ванну, тем злее я становилась. Дрэ сделал предложение Джослин, он выбрал ее, он не должен был заигрывать со мной. А потом велел Королевской страже не трогать меня, чтобы я могла в случае чего стать его запасным вариантом! Это было нечестно. Мне хотелось врезать ему прямо по его прелестному личику!

— Ты дымишь, — сказала Нарине, и я замерла, глядя вниз на завитки дыма, поднимающиеся из моего носа.

Сделав глубокий вдох, я попыталась успокоиться.

Если я никого не люблю, тогда никто не сможет причинить мне боль своей смертью. В моей голове всплыли преследующие меня слова короля, и они выбили почву у меня из под ног. Весь гнев на него улетучился и просто превратился в комок печали и сожаления. Он был в ужасном положении, связанный долгом перед своим народом. Джослин была для него самым безопасным выбором, чтобы завести ребенка, и я уважала это. Если бы ситуация была обратной, я бы сделала тот же выбор — отреклась от своего сердца ради блага своего народа.

После ванны я немного почитала, а затем планировала лечь пораньше, когда раздался стук в дверь. Я надеялась, что это был король, но из-за позднего часа это было бы неуместно.

Когда Нарине открыла дверь, внутрь вошла Джослин с красными пятнами под глазами, отличительный признак того, что она плакала.

Гадес.

— Может, прогуляемся? — спросила она.

Нет.

— Конечно. — Я скользнула в босоножки и по привычке засунула охотничий нож в задний пояс брюк.

Мы тихо шли по коридору. Я помахала проходившей мимо служанке, а затем королевской страже, стоявшей у двери, ведущей в сады. Только когда мы остались одни в саду, любуясь пурпурной сиренью, Джослин посмотрела на меня.

— Он никогда не полюбит меня, — сказала она, и мое сердце разбилось.

— Что? — я попыталась изобразить удивление.

Джослин заломила руки вместе.

— Я только что говорила с ним. Он ясно дал понять, что это будет брак по расчету и он не уверен, что когда-нибудь полюбит меня так, как я того заслуживаю. Также он сказал, что если захочу, могу отказаться.

Ее слова ввели меня в ступор.

— Отказаться? Расторгнуть помолвку?

Она кивнула.

— Он сказал, что позаботится о том, чтобы имя моей семьи не было запятнано, если я решу уйти. За мной сохранился бы статус высокородной, и он выплачивал бы ежемесячное жалованье, чтобы заботиться обо мне до конца моей жизни.

Мое сердце сжалось от доброты короля. Я несколько раз сморгнула слезы, когда мое зрение затуманилось.

— Что ты собираешься делать?

Она прикусила губу.

— Я останусь. Это мой долг — обеспечить королевство наследником и спасти народ Амбергейта, и поэтому я это сделаю. Любит он меня или нет.

Поэтому он также рассказал ей о том, что ему нужен наследник, чтобы спасти свой народ. Ее народ. Наш народ. Девяносто процентов людей в Амбергейте несли в своих венах драконью магию и умерли бы, если бы магия короля все-таки угасла.

Меня внезапно захлестнуло такое огромное уважение к Джослин.

— Ты хороший человек. Из тебя получится замечательная королева, — сообщила я ей.

Я притянула ее в объятия, и она заплакала у меня на плече. Я солгу, если не признаю, что мое сердце разбилось из-за осознания того, что Дрэ никогда не будет моим. Но я поклялась прямо в тот момент, что никогда больше не буду рассматривать короля как объект желания. Из уважения к Джослин, которая явно любила его.

Когда она отстранилась, то вытерла слезы.

— Расскажи мне историю. Отвлеки меня от этого.

Я кивнула, начиная расхаживать по саду, пытаясь придумать историю из моего детства, которая заставила бы ее рассмеяться.

— В детстве, когда только умер мой отец и у нас не было угля для камина. Забавно, учитывая, где мы живем, но уголь приходилось покупать так же, как и все остальное. Без зарплаты отца мать боялась, что зима будет ужасной и холодной.

Джослин посмотрела на меня с беспокойством.

— И что ты сделала?

— Ну, — пробормотала я, расхаживая по траве, — я слышала, что жители Цыганского Утеса согревались, сжигая лепешки засохшего коровьего навоза… но у нас в Пепельной Деревне не было коров. Только собаки.

Джослин внезапно расхохоталась.

— Нет, ты не сделала это!

Я ухмыльнулась, поворачиваясь к ней лицом, довольная тем, что заставила ее рассмеяться и подняла ей настроение.

— Я рада сообщить, что собачье дерьмо дает достаточно жара, когда…

Слова застряли у меня в горле. Внезапно позади Джослин появился мужчина. Одной рукой он зажал ей рот, а другой приставил нож к ее горлу. На его доспехах был герб Найтфолла. Стальной отблеск его механических крыльев мерцал в лунном свете.

Долю секунды я стояла в шоке, а затем потянулась за ножом, спрятанным сзади под рубашкой. Затем позади меня зашуршали листья, и кто-то схватил