Ангел-наблюдатель - Ирина Буря

Танья просияла.

— Нужно выяснить критерии их оценки наших детей, — на одном дыхании выпалила она.

— И какой в ней вес имеет мнение их родителей, — быстро добавил Анатолий.

— И зачем они вообще за ними наблюдают, — буркнул Тоша.

— И почему ангельское мнение о них считается более важным, чем человеческое, — вызывающе вскинула голову Марина.

— И в какой пропорции распределено право решения их судьбы между подразделениями, — отчеканил Максим.

— И с какой стати руководителей этих подразделений держат в неведении о сущности их работы, — рявкнул Стас.

Анабель внимательно переводила взгляд с одного на другого, остановив его на Кисе. Не дождавшись от него никакой реплики, она кивнула.

— Понятно, — проговорила она. — Узнаю все, что смогу, но обещать что-либо не буду. Но вот что, как мне кажется, можно сделать прямо сейчас. Главное — вам нужно исключить аномалии из своего поведения.

Они все удивленно переглянулись.

— Какие аномалии? — подозрительно глянул на нее Анатолий.

— А вот, к примеру, ваша манера нарочито их игнорировать, — ответила ему Анабель. — Насколько я поняла, они не инвертируются, как вы? — впервые обратилась она прямо к Максиму. Тот отрицательно покачал головой. — Значит, — вновь повернулась она к Анатолию, — они прекрасно знают, что вы их чувствуете. И если при этом вы ведете себя неестественно напряженно и стараетесь заблокировать им доступ к наблюдению, это не может вызвать ничего, кроме подозрений.

— А я о чем! — воскликнула Танья.

— Но есть и другая крайность, — посмотрела на нее Анабель. — Попытки продублировать их работу, разыскивая других ангельских детей и проявляя к ним неуместно чрезмерный интерес, также не вызовет у них никакого расположения к вам. Другое дело, если вы познакомитесь с родителями любых способных детей — так, словно это чудо, — она чуть прижала Игора к себе, — является обычным человеческим, но талантливым ребенком. Для людей такой поступок был бы совершенно естественным и правомерным, как поиски способствующей их дальнейшему развитию среды.

Анатолий расправил плечи и с победным видом покосился на Танью.

— И человеческое признание их «просто» талантливости будет принято во внимание? — прищурилась Марина.

— Не уверена, — спокойно возразила ей Анабель. — Но оно покажет, что их родители — как люди, так и ангелы — понимают их особенности и воспринимают их спокойно — не привлекая к своим детям нездоровый интерес человеческого общества и не противопоставляя их ему. Мне кажется, что такой сбалансированный подход не может вызвать у нас негативной реакции.

— Я все же хотел бы удостовериться, что приоритетное право решения не принадлежит исключительно светлой ветви, — сдержанно проговорил Максим. — По возможности, конечно.

— К Вам у меня есть отдельный вопрос… — начала Анабель, помолчав немного.

— Анабель, давай на «ты», — проворчал Тоша. — Макс на особое место в нашей компании не метит, правда? — ехидно улыбнулся он темному ангелу.

У того впервые в моем присутствии прорвались хоть какие-то эмоции — он вдруг ухмыльнулся, цокнул языком и покачал головой.

— На «ты», пожалуйста, — не отвечая Тоше, обратился он к Анабель.

Она переводила с одного на другого недоверчивый взгляд, чуть шевеля губами, словно на вкус слова каждого пробовала.

— Хорошо, ты… — Она снова чуть помедлила. — Тебе не приходит в голову, что твое присутствие рядом с девочкой лишь укрепляет настороженность в ее отношении? Лишь усиливает плотность наблюдения? Лишь заставляет их выискивать в ее поведении твое влияние?

— Он тоже только наблюдает, — неохотно вмешался Тоша. — А с другой стороны, если до какого-нибудь разбирательства дойдет, он сможет обеспечить ей дополнительные голоса в защиту.

— Ты действительно сможешь это сделать? — как-то иначе глянула на Максима Анабель.

— Я не смогу, — усмехнулся тот, — я уже получил официальное уведомление о том, что в Высшем Совете наши представители есть, и что, в случае необходимости, они потребуют права доступа к ее досье. А уж как изложенные в нем факты трактовать, — он обвел насмешливым взглядом лица остальных ангелов, — мы испокон века спор ведем, и до окончания оного продолжать его можем.

— А вот мне все же интересно, — прочистив горло, раздраженно бросил Стас, — с какой это стати я ничего обо всем этом не знаю?

— Прости, Стас, — не сдержавшись, рассмеялась Анабель, — но мне лично как раз этот момент представляется весьма обнадеживающим.

Громко сглотнув, Стас развернулся к ней с выражением крайне любезной заинтересованности на лице. Максим с невинным видом опустил глаза, Марина прикусила губу, а Анатолий с Тошей внимательно рассматривали обои на потолке — каждый в противоположном углу. И только Танья чуть подалась вперед, жадно ловя каждое слово Анабель.

— Я практически уверена, — продолжила та, — что в случае принятия решения о… нейтрализации, — Танья вздрогнула, — тебя, как руководителя карательного органа, поставили бы о нем в известность в первую очередь. Поскольку такого до сих пор не случилось, значит, и прецедентов до сих пор не было.

Все заулыбались с явным облегчением, даже Стас — определенно от осознания того, что подозрение в покушении на его административное всеведение оказалось слабо обоснованным. И лишь у одного Кисы не изменилось скорбное выражение лица.

— Извините, пожалуйста, — обратилась к нему Анабель, — но Вы все молчите… А какова Ваша функция во всей этой истории?

— Я — ангел-хранитель Марины, — чопорно ответил он.

Я обратил внимание, что ее обращение к нему на «Вы» не поправил никто из присутствующих.

Анабель бросила на Марину ошеломленный взгляд.

— Бывший, — пояснила Марина, — в смысле, и нынешний тоже, но сначала бывший. Тогда, в той жизни, — неопределенно махнула она рукой.

Глаза у Анабель загорелись ненасытным любопытством.

— О! — выдохнула она. — И как Вы находите работу в видимости? По сравнению со всеми предыдущими случаями?

— Да он всего второй раз на земле, — заметил Анатолий.

— Тем более! — с живостью откликнулась Анабель. — Вы знаете, и Анатолий может подтвердить Вам мои слова, я испытываю слабость к коллегам, работающим в постоянной видимости.

— Я не могу сказать, что стремился к ней, — осторожно ответил ей Киса.

— Он ко мне на исправительные работы попросился, — ухмыльнулась Марина, — а я ему такое условие поставила.

— И, чтобы исправить нанесенный мной ущерб, — никак не отреагировал Киса на ее то ли дружелюбную насмешку, то ли едкую шутку, — я, разумеется, согласился на него.

— И все же — как Вам работается в видимости? — настаивала Анабель.

— Если бы я заранее знал обо всех сопутствующих аспектах этой работы, — подумав, медленно ответил Киса, — я бы, наверно, отказался от нее…

— Ах ты, скунс неблагодарный! — задохнулся Анатолий.

— …