Ярость воды - Нина Трамунтани

Небольшой пансион, если я правильно рассмотрела на навигаторе, находился в пригороде Лидса. У него и в самом деле круглосуточно работал ресепшен, Уилл зарегистрировал нас как мистера и миссис Кларк.

– Незаметно, но не настолько, чтобы это бросалось в глаза, – пояснил он.

И теперь мы стояли в скудно обставленном двухместном номере, куда поместились лишь полуторная кровать и небольшой деревянный стул. Грязно-коричневые шторы и резкий запах лака для дерева дополняли общее впечатление.

Уилл поднял чемодан на кровать.

– Твоя зубная щетка и кое-какая одежда на завтра здесь.

Это были первые слова, которые он произнес после визита к своим родным. От холода внутри я задрожала. Очевидно, Уилл не хотел, чтобы я спрашивала что-то, да и меня это не касалось. С чего хотеть говорить со мной об этом?

Я кивнула.

– Как долго мы будем здесь?

Парень зло посмотрел на меня, перекидывая куртку через спинку стула.

– Ты можешь хоть раз не задавать вопросов?

Я в недоумении уставилась на него. Ему неприятно, что я получила представление об его семейных обстоятельствах? Поэтому он снова превратился в отвратительного типа? Но тогда почему просто не оставил меня ждать в машине?

Несколько часов назад я бы разозлилась на него, особенно после новости о подсыпанном снотворном. Теперь же гнев словно сдулся.

Уилл на мгновение зажмурился, а когда открыл глаза выглядел уже не сердитым, а печальным.

– Похороны начинаются в три часа на кладбище Армли Хилл Топ, – тихо сообщил он.

Я снова кивнула и с облегчением увидела, что он вытащил из чемодана сумку с туалетными принадлежностями и исчез в крошечной ванной. В попытке предотвратить паническую атаку, я несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула и запретила своим мыслям обращаться к завтрашнему дню. И так будет достаточно плохо, нет причин мучиться заранее.

Я сняла пальто, расстегнула брючный костюм и сняла, прежде чем обыскать содержимое чемодана в поисках какой-нибудь одежды для сна. Через две минуты сдалась, не желая чтобы Уилл вернулся из ванной и застал меня в одном нижнем белье. Я схватила явно слишком большую черную футболку, которая, вероятнее всего, принадлежала ему, и натянула ее, избавившись от лифчика.

Едва я натянула футболку так, чтобы она доходила до середины бедер, как дверь ванной открылась.

Не глядя на Уилла, я протиснулась мимо него. В ванной порадовалась, что в сумочке, которую он оставил открытой на миниатюрной раковине, нашлась вторая зубная щетка. Я буднично чистила зубы, демонстративно повернувшись спиной к круглому зеркалу. Знала ведь, что если буду смотреть на себя слишком долго, то начну плакать. Сегодня у меня не осталось на это сил.

Когда я вернулась в комнату, Уилл уже выключил свет и накрылся одеялом. Засунув руку под голову, он пялился в мобильный. Падающий на его лицо свет от дисплея, делал его еще бледнее. Парень поднял взгляд, когда я подошла к другой стороне кровати.

– Извини, забыл положить пижаму, – пробормотал он. – Но моя футболка тебе тоже идет.

Я закатила глаза и откинула край одеяла. Одеяло. У нас только одно одеяло. Но сейчас не время переживать из-за таких пустяков.

– Я поставил будильник на двенадцать часов.

Он отложил телефон в сторону, погружая нас в темноту.

Я никогда не понимала, почему ночью сохранять самообладание гораздо труднее, чем при дневном свете. Почему именно тогда ненавистные воспоминания и худшие эмоции собираются вокруг сердца, словно маленькие пиявки, и присасываются к нему.

– Параллельные миры, – начал Уилл, и я почувствовала, как сердцебиение громко пульсирует у меня в ушах. – Я всегда придумывал для Лессы параллельные миры, когда становилось особенно плохо и я не знал, что делать дальше. Главное правило состояло в том, чтобы не возвращаться в реальность, пока это не станет абсолютно необходимо.

– Параллельные миры, – повторила я шепотом. – Что произойдет в нашем параллельном мире?

– Мы ехали много километров, – прошептал он, не задумываясь. – Дорога была слишком длинной, и мы остановились в первом попавшемся отеле после того, как стало ясно, что оба слишком устали, чтобы ехать дальше.

Я вспомнила, что раньше часто представляла, будто просто куда-то еду и веду вполне нормальную жизнь. Я улыбнулась в темноте. А потом, когда он не продолжил, с пронзительной ясностью поняла: я не единственная, кто вот-вот погибнет от одиночества.

Прежде чем до меня дошло, что именно я творю, осторожно подползла к Уиллу и нащупала его руку, чтобы уютно устроиться на ней. Он напрягся, и на долю секунды я задумалась, не совершила ли только что огромную ошибку, но потом отбросила эту мысль в сторону.

– Представь себе, что мы познакомились при других обстоятельствах, – прошептала куда-то ему в шею слова, которые он сказал мне прошлой ночью.

Сердце едва не выскочило у меня из груди, когда в следующее мгновение Уилл опустился на подушку и обнял меня с такой страстью, что перехватило дыхание. Я вцепилась руками в его плечи и спину, прижалась к теплому телу и устроилась на его, как оказалось, обнаженной груди. Это не имело значения. Не имело значения, что мы не знаем друг друга, что он подсыпал мне снотворное и вел себя как идиот.

В этом убогом гостиничном номере мы были всего лишь двумя незнакомцами, которые сделали бы все, чтобы на несколько секунд избежать невыносимого груза памяти.

Наше дыхание успокоилось, а за окном снова пошел дождь. Его ладони снова и снова скользили по моей спине, и я тоже медленно гладила парня по обнаженным рукам, пока он все ближе и ближе притягивал меня к себе под одеялом.

– Спасибо, – услышала в какой-то момент, но уже не была уверена, сплю я или нет.