Секрет чароита - Ольга Хусаинова

– Что ты лыбишься? – грубо окрикнула меня Татиана, прервав поток хаотичных мыслей. Уж не сестра ли она этому… «необоротню»? А то больно манеры похожи. Я нервно хихикнула еще раз, представив ее с хвостом, а его с сине-зелеными кудрями. Очень мило… А на мне, похоже, сказывается стресс, и не лучшим образом…

– Знала бы ты, каково ему, мигом бы заткнулась! – от ее тона мне расхотелось веселиться.

– Извини, – вздохнула я, мигом успокоившись. – Просто… так много всего… Я не успеваю привыкнуть к человеку, а он превращается в зверя… Ты тоже? – осторожно спросила я, ожидая любого ответа.

– Тьфу на тебя, – испуганным голосом буркнула она, отмахнувшись. – Еще чего не хватало! Мне этих двоих за глаза!.. С их двойными проблемами… Олухи…

Тем не менее она ласково посмотрела и на волка, и на котэя. Я проследила за ее взглядом. Котэй спал, свернувшись клубочком и прикрыв нос хвостом. Волк лежал на боку и дышал, хоть и шумно, но уже значительно ровнее, чем ночью. Татиана задержала взгляд на Кстинаре и нахмурилась.

– Он сам теперь не сможет обратиться, придется помочь. И, скорее всего, никого из нас уже не узнает, так что немного осторожности не помешает.

С этими словами она взмахнула рукой, и на несчастном волке появились угольно-черные цепи, сковавшие его лапы.

– Зачем ты так?.. – опешила я. Спасали, лечили – и в кандалы?

– Это ведь не вторая ипостась, а проклятие.

Проклятие, значит… Оригинальный способ навредить избрали его враги. Скорей всего, он их первыми и сожрал. Странно, но это предположение меня почему-то порадовало…

– И что за доброжелатель его так проклял? – спросила я, не особо ей поверив.

– Мало их, что ли? Учитывая то, чем Кстинар занимается последние сто лет, желающих хватает.

– Чем же он таким занимается? – пытаясь не выдать голосом, насколько поражена, спросила я. Это сколько ему лет? Судя по тому, что пирит называет его мальчиком, все же меньше тысячи…

– Ты что, совсем о нем ничего не знаешь? – искренне удивилась она, округлив свои загадочные глаза.

Мне вдруг даже стыдно стало, будто я обязана знать о нем больше. Но стыд быстро прошел и уступил место раздражению.

– Откуда? Из него собеседник – никакой. Только орет и приказывает, – возмутилась я, вспомнив наше общение. Если честно, у меня не возникало даже мысли узнать его поближе. Да и времени не было.

– Нормальный из него собеседник, – ревностно вступилась за мага пирит. – Подход надо иметь!

Я громко фыркнула. Ага, разбежалась, подход к нему искать! И так изо всех сил старалась лишний раз с ним не ругаться. А это само по себе подвиг!

Татиане мое фырканье по душе не пришлось. Она обиженно поджала губки, как будто я ее оскорбила в лучших чувствах.

– И как это он согласился тебя в ученицы взять? – вздохнула она.

– Не согласился, – с досадой призналась я.

Она, приподняв бровь, заинтересованно посмотрела на меня.

– Тогда зачем ты меня обманула?

Я непонимающе нахмурилась, а пирит уточнила:

– Когда сказала, что ты его ученица целых несколько дней.

– Он не согласился, – повторила я. – Но у него не осталось выбора. Ему пришлось меня учить, чтобы мы не пропали в Предгорном лесу бесследно.

– Ну, знаешь ли, истинная, магия – это хорошо, и он обладает достаточными знаниями, чтобы тебя обучить, – жестко начала Татиана, – но нельзя же быть до такой степени настойчивой!

Я не поняла.

– До какой степени? – уточнила на всякий случай.

– До такой, чтобы увязаться за ним в этот лес! – припечатала она. И, прищурившись, пытливо посмотрела на меня. – А может, дело не в магии, а в желании быть поближе?

От ее выводов у меня буквально пропал дар речи.

– Я? – хрипло выдавила я наконец. – Увязаться? За ним?!

И едва не расхохоталась от столь нелепого предположения. Но она смотрела серьезно, чуть сдвинув брови, и ждала ответа.

– Ты не поверишь, но все было в точности наоборот, – сдерживая улыбку, сказала я. – Это он увязался за мной в Предгорный лес.

– Ты права, я не верю, – подтвердила пирит. – Ты не похожа на самоубийцу, чтобы добровольно туда сунуться.

Я неловко пожала плечами. Долго объяснять.

Она внимательно на меня посмотрела, но, к удивлению, расспрашивать не стала, хотя жадное любопытство, смешанное с толикой непонимания, было написано на ее лице. Молчание затягивалось, взгляд духа гор становился все напряженнее, требовательнее. И в один момент мне показалось, что она с трудом удерживается от желания взять палку и вытряхнуть из меня всю правду.

Вместо этого пирит мягко улыбнулась мне и вдруг спросила, переводя тему:

– Ты, наверное, есть хочешь?

Я удивилась такой резкой перемене, но усердно и обрадованно закивала. Еще как хочу! Желудок подтвердил радостным бульканьем.

Татиана окинула пространство озабоченным взглядом.

– Этих мы одних тут, пожалуй, оставлять не будем. Оба проснутся не в лучшем настроении, – пробубнила она себе под нос и, решив что-то для себя, одобрительно кивнула.

– Что хочешь на завтрак? – звонко спросила, изучающе разглядывая меня, как будто подозревая в нездоровых гастрономических пристрастиях.

Первым делом я хотела ответить – хоть что, лишь бы съедобное! Но потом спохватилась – вдруг она, как Кстинар, обладает извращенным чувством юмора, или попросту наши представления о съедобности значительно разнятся? Чем питаются духи гор? И вообще, раз спрашивает – значит, может устроить? Так надо пользоваться гостеприимством и получить удовольствие от вкусной еды! Поэтому хорошо, но недолго подумала и оттарабанила на одном дыхании, загибая пальчики на каждом названном блюде:

– Жареную курицу с картошкой, салат из свежих овощей, сладкие пирожки и запить молоком!

И робко добавила:

– Если можно, конечно…

– Голодная смерть от скромности тебе не грозит, – усмехнулась она.

Я в ответ похлопала невинными глазками. Нечего было спрашивать!

Через мгновение заказ появился передо мной прямо из воздуха, аппетитно расположившись на низком столике, который возник секундой раньше.

– Налетай! – предложила пирит, подсаживаясь ко мне. Есть предлагалось все также сидя на шкурах, но меня это ничуть не смутило. Я с готовностью уплетала за обе щеки, Татиана составила мне компанию – не знаю, дух она или не дух, но аппетит имеет зверский. Может, она первый раз за тысячу лет решила позавтракать?

Когда с едой было покончено, пирит небрежно взмахнула рукой, и столик стал пустым и чистым. Хорошо быть духом гор, все легко и просто. Она навалилась на столик, подперев рукой подбородок, и уставилась на меня не мигая.