Я и мой король - Ксения Никонова

NN

Я, конечно, не уснула. Посмотрела на будильник – четвертый час ночи. Было жарко и противно. Временами я высовывала нос из-под одеяла, чтобы хоть немного проветриться. Тонкое шелковое белье пропиталось потом. М-да. К моменту выхода Дэна из ванной я все же определилась с линией своего поведения. Раз он делает вид, что ничего не было, я сделаю вид, что поверила ему. А сама понаблюдаю.

Король после водных процедур облачился в халат, точную копию того, черного, но на этот раз белоснежный. Не спеша вошел в комнату, расположился в кресле и стал задумчиво поглядывать на меня. Было ощущение, что он хочет о чем-то поговорить, но колеблется. И, судя по его лицу, разговор не из приятных. Я решила не дожидаться, пока он скажет мне нечто эдакое, чего я бы слушать вовсе не хотела.

– Дэн, я вся спарилась, можно открыться?

– Нет, еще рано.

– Все мокрое, противно.

– Ну можно переодеться.

– Я бы рада, да не во что. У меня больше ничего нет. И постель вся влажная.

– Совсем-совсем ничего нет? Сорочка, рубашка, блуза?

– Не-а, блузки есть, но они короткие все.

– Хм. Тогда вот что. – Дэн сходил к огромному шкафу с фигурным зеркалом на дверце. – Надевай это, только без комментариев, пожалуйста.

Я недоуменно посмотрела на то, что он мне протягивал. Мужская рубашка. Его рубашка. Прикусила губу:

– А ты не можешь ее превратить во что-нибудь… подходящее?

– Я, кажется, попросил без комментариев. Не буду я ее превращать. Это глупо, потому что мне-то все равно известно, что это на самом деле.

– Ну тогда отвернись, пожалуйста.

– Нет необходимости. – Дэн щелкнул пальцами – и откуда-то сверху с балдахина слетели легкие шторки и сомкнулись сплошной стеной, закрыв меня от его глаз. Я услышала, что он встал и что-то делает. Опасливо покосилась в ту сторону – шторки-то прозрачные небось. Вроде нет. Откинула одеяло, стянула свою ночнушку и стала дрожащими руками натягивать рубашку. Дожила, в мужской рубахе спать. Из-за шторки донесся судорожный вздох, короткое проклятие, и с другой стороны от кровати погасла свеча в подсвечнике. Стало почти совсем темно.

– Что случилось? – поинтересовалась я.

– Ничего, – буркнул в ответ недовольный голос. – Ты переоделась?

– Сейчас, минутку. – Я лихорадочно застегнула пуговицы и стала подворачивать рукава – длинноваты оказались. – Готово.

Шторки разъехались, и за ними обнаружился Дэн, который поманил меня рукой.

– Сядь пока здесь, – указал на кресло. – А я обновлю белье.

Я осторожно сползла с кровати, стараясь, чтобы рубашка не задралась. Впрочем, предосторожности были излишни: Даанэль старательно не смотрел в мою сторону. Он подошел к постели и начал водить над ней руками, а я потихоньку отправилась в ванную – отнести свою ночнушку в таз с бельем. Стирки накопилось! Королевскую ванную я еще не видела, а потому, приоткрыв рот, полюбовалась на громадную мраморную ванну на толстых бронзовых ножках в виде атлантов. Мелькнула мысль, что беднягам тяжело – держать на себе такой груз. И где тут мой таз с бельем? Ага, вон дверка еще. Я сдвинула облицованную какими-то изразцами в бело-бежевой гамме панель, за которой обнаружила пропавший таз, а также весь стратегический запас моющих средств и банных принадлежностей. Со вздохом покосилась на ванну – окунуться бы, прямо сейчас, – и вернулась в комнату.

– Куда ты еще ходила? – не поднимая головы, произнес Дэн.

– В ванную. – Я остановилась рядом с парнем полюбоваться, как он колдует над постелью, но уже опоздала – белье было совсем другое, чистое и свежее. Следующая фраза соскочила с языка сама собой: – А с моей ночнушкой ты не мог так же?

Дэн развернулся ко мне, окинул быстрым взглядом:

– Нет!

– И почему?

– Потому что! И прекрати дефилировать передо мной в таком виде! – С этими словами он подхватил меня за талию, быстрым движением посадил на кровать и накинул сверху одеяло. Я при этом успела только сдавленно охнуть. – Ляг в конце-то концов!

Минут на пять воцарилось молчание. Я обиженно посопела, устраиваясь под одеялом: обращается как с кошкой. Вид ему мой не понравился. Скажите пожалуйста! Дэн барабанил пальцами по подлокотнику кресла. Наконец я не выдержала:

– Ну давай выкладывай, о чем хотел поговорить.

– Что?

– Да ты с понедельника все обещаешь некий серьезный разговор, и все время он откладывается. Можешь начинать.

– Маша, спи-ка ты лучше.

– Не хочу. Выспалась за два дня.

– Ну тогда просто помолчи, а я поработаю.

– А как же разговор?

– Для разговора момент неподходящий. В другой раз. Я на кухню пойду, а ты постарайся заснуть. Сейчас твоя задача – выздоравливать, чтобы завтра окончательно прийти в себя.

– Дэн, а ты что, все эти дни вообще не спал?

– Нет.

– Как же ты на ногах держишься? Четвертые сутки без сна?

– Маша, – улыбнулся Даанэль, – я же маг. Пока у меня есть магическая Сила, смерть от переутомления мне не грозит. Я не скажу, что это очень приятно, но вполне терпимо. Вот выздоровеешь, тогда, с твоего позволения, я вновь займу свою половину кровати. И с удовольствием высплюсь. Тем более что мне хорошо известно, насколько эта кровать удобна для отдыха.

– Откуда это?

– Оттуда. Вообще-то это моя любимая кровать. Не та, королевская, которую я терпеть не могу. А моя старая, из покоев младшего принца.

– А королевская кровать, какая она?

– Странный у нас разговор среди ночи, не находишь?

– Ну интересно же.

– Королевская кровать… хм… раза в два больше. С вытканным серебряным гербом на черном балдахине.

– Боже мой, зачем?! Там же спать невозможно! Ни конца, ни края. Да еще под черным балдахином.

– По статусу положено. Черный с серебром – цвета королевской фамилии. А ты думала, у короля все исключительно по его желанию? Я и не спал на ней практически. Часто приходилось ночевать в кабинете, за столом с бумагами. А если все же удавалось решить все насущные проблемы, вот уж тут начиналась потеха. Ритуалы, поклоны, витиеватые пожелания спокойной ночи. Еле дожидался, чтобы все удалились – и можно быть свободным до утра. Если ночью ничего не приключится, конечно. Иногда я переодевался во что-нибудь неброское и уходил гулять в город. Это были самые приятные моменты моей королевской жизни. Опять же интересно и полезно понаблюдать жизнь подданных со стороны, а не когда перед тобой расшаркиваются по полчаса.

– И тебя так вот отпускали? Одного?

– А я что, спрашивал у кого-то? На такой случай в покоях имеется тайный ход. Правда, однажды мое отсутствие обнаружили. Что было! – На лице короля отобразилось искреннее веселье. – Ой, Маша, ей-богу, ты отвлекла меня от грустных и дурных мыслей.