Спираль - Андрей Лазарчук

— Подчас слухи и сплетни бывают наиболее информативными. Вам ли не знать, товарищ командир разведвзвода?

— Ну, в общем, да. Всё бывает, — сказал Юра.

— Давайте так, не под запись: вы мне слухи и сплетни, а я вам — чуть больше, нежели мне разрешили, о вашей невесте. Как обмен?

— Неравноценный, — сказал Юра. — Вряд ли я расскажу больше, чем вы и без меня знаете.

— А мы попробуем. Итак?

— Что?

— Слухи и сплетни о «спирали». Рассказывайте.

— Слухи и сплетни… Я уточнить хочу: «спираль» в список запрещённых веществ входит?

— Нет. Ещё нет. Бюрократия — штука медлительная.

— И то, что мы с вами называли её наркотиком?..

— Некоторая вольность с нашей стороны. Да.

— Угм… Ну, откуда берётся, не знаю. Никто не рассказывал. Якобы при принятии значительной дозы человек засыпает на несколько дней, проживая во сне много лет…

— Он стареет?

— Не помню точно, но, кажется, нет. Опыт жизни во сне остаётся при нём. И, если добавить немного «спирали» в «дум-мумиё», получается средство, помогающее при любых травмах. Это я, кстати, воочию видел.

— Это где же?

— В Отрыве, в цирке.

— Забавно. Цирк. Забавно. Дальше.

— Пока всё. Больше ничего не слышал.

— Про дополнительные жизни вам кто рассказал?

— По-моему, инструктор. А что?

— Да нет, так… думаю.

— Теперь ваша очередь. Что с Алёной случилось?

— Она пропала. Тихо, тихо. — Следователь поднял ладонь. — Важен не сам факт пропажи, пропадают, знаете ли, тридцать тысяч человек в год, а находим мы едва десять. Важно, кто с нею одновременно пропал. Нафиков — такая фамилия о чём-то говорит?

— Ильхам?

— Да.

— Говорит, — сказал Юра и почувствовал, что голос пропадает.

— Ильхам Нафиков — один из крупнейших скупщиков нелегально вывезенных из Зоны предметов. С ним пропали его телохранитель, начальник службы безопасности и двое партнёров по бизнесу из местных. И — ваша Елена Вячеславовна. Не исключено, что список не закрыт.

— Понятно… И что известно?

— В том-то и дело, что — ничего. Все они по каким-то делам поехали на дачу одного из партнёров. Никто не доехал.

— Откуда известно, куда Алёна поехала?

— От её сестры.

— Эллы?

— Да. Вы её знаете?

— Никогда не встречался, только разговаривали. По телефону. Один раз.

— И что она сказала?

— Что Алёна пропала. Что она поехала куда-то за подарком для меня — и не вернулась.

— Подарком… для вас… — Подпятый мрачно и медленно потёр свой крысиный носик. — Ну, это могла быть просто отговорка. Какие отношения были у Елены Вячеславовны с Нафиковым?

— У меня сложилось впечатление, что он старался заменить ей отца.

— Ну-ну, — сказал Подпятый.

— Я сказал: сложилось впечатление… Как вы Алёнку ищете, расскажите?

— Достаточно интенсивно. Задействованы лучшие силы, опрошено более пятисот свидетелей… кроме того, мы отследили телефонные звонки пропавших, так что примерно представляем себе, где и когда это могло произойти…

— И где? И когда?

— Ну, последний звонок — как раз хозяина дачи, он вёз на своей машине Нафикова — был из района Толокни, это на севере от Киева на берегу Днепра. Километров пятнадцать не доезжая дачи. Шесть сорок пять утра, снегопад. Видеонаблюдения там, к сожалению, нет…

— Машин тоже не нашли?

— Ни одной.

— На чём ехала Алёна, с кем?

— Мы не знаем. Но за ней кто-то заехал, это Элла видела. Правда, она не смогла опознать даже марку машины… Не исключено, что это было такси. Впрочем, всё это только с её слов. Я хочу уточнить: вы подтверждаете, что последний раз видели вашу невесту в июне сего года… какого числа?.. пятнадцатого? Всё правильно?

Внезапно Юра почувствовал полное опустошение и отчаяние. Это было своего рода дежа-вю, словно в чём-то повторялся тот ноябрьский Отрыв, когда вдруг стало понятно, что с Алёнкой он ни за что не встретится, пройдёт мимо в метре от неё, загороженный каким-нибудь рекламным шитом, и не увидит… Наверное, что-то отразилось на его лице, потому что Подпятый наклонился и спросил:

— С вами всё нормально? Может, всё-таки кофе?

— Ну, давайте. Только…

— Что?

— Вы спрашивайте уж всё поскорее. Я ведь не только физически устал, я из Зоны… это другое.

— Виски хотите?

— Нет. Развезёт. Мне ещё отчёт писать.

— А правда, что вы каких-то необычных немцев вывели?

— Правда.

— Что они пропали в Афганистане…

— Быстро расходятся слухи.

— Быстро. Так действительно — в Афганистане?

— Я это знаю только с их слов.

— Невероятно.

— Это Зона.

— Да уж… Вы в курсе, что многих из пропавших без вести находят в Зоне?

— В курсе, — сказал Юра. Он это знал хорошо и непрерывно об этом думал, всё время стараясь заставить себя думать о чём-то другом; это получалось, но получалось плохо.

— Давайте отрешимся от всего того, о чём только что говорили. Предположим, нет никакой Зоны, никакого Нафикова. Предположим, Елена Вячеславовна испытала какой-то стресс, разочарование… ну, вы понимаете. И ей захотелось скрыться. На какое-то время. Куда, по-вашему, она направится?

— Ф-ф-ф… — Юра задумался. — Если бы было лето, я бы назвал один островок на Дубнинском водохранилище. А сейчас… Возможно, дом, в котором она выросла.

— Это где?

— Где-то на Алтае, я там не был. Но она рассказывала… в общем…

— Я понял. А ещё? Друзья, родственники?

Юра помолчал.

— Кроме как сюда — ничего в голову не приходит.

— А к матери?

— Если Алёна знает, где её искать.

— Думаете, не знает?

— Думаю, нет. И подозреваю, что вообще никто не знает.

— В смысле — тоже пропала?

— Да. Её искали… весьма интенсивно. И ни следа.

— Уже попахивает мистикой…

— Зона. Это всё Зона.

— …но вообще-то, может быть, и стоит пройти по тому давнему следу ещё раз… Давайте договоримся так: сейчас мы прервёмся, я свяжусь с моим начальством и узнаю, нет ли для нас новостей, и потом мы, может быть, продолжим. Годится?