Полудемон. Месть принцессы - Галина Гончарова

— Барон Альтмор против его высочества…

— Бой засчитывается! Победил его высочество Александр Леонард Раденор!

— Граф Пфальт!..

— Бой засчитывается! Победил его высочество Александр Леонард Раденор!

— Маркиз Эльтар!..

— Бой засчитывается! Победил его высочество Александр Леонард Раденор!

А я что?

Я хороший, я еще никого не покалечил. Проблемы возникли только с графом, который сначала заявил, что не станет сражаться с безоружным сопляком, а потом удачно сгруппировался после падения с коня и попробовал погонять меня по арене. Увы…

У меня не было желания затягивать бой. А потому я сбиваю с него шлем, ударив по креплениям, а вторым, оказавшись у него за спиной, чуть царапаю мужчину по уху. И кровь пущена, и все условия соблюдены, и противник жив.

Граф сначала не понимает, в чем дело, а потом хлопает меня по плечу. Да так, что едва в арену не вколачивает:

— Приглашаю выпить со мной после турнира!

— Благодарю! И принимаю!

Почему бы нет? Графу уже за сорок, а он все еще на турнирах… мог он помнить деда?

Вполне. А мне нужны свои люди. Очень нужны.

Одним словом — я продвигаюсь по турнирной таблице. А с другой ее стороны так же неумолимо продвигается второе высочество. А то ж! Мы не полная провинция, у Рика все новости из столицы были — и я отлично знал, что последние пять лет турниры выигрывает только мой двоюродный братик… Померяемся силами?

Все к тому и шло. И наконец…

— Его высочество Александр Леонард Раденор против его высочества Андрэ Александра Раденора!

Я усмехаюсь, глядя на братца. М-да… сейчас бы его и прибить, да нельзя. Рано, слишком рано… И нельзя, чтобы его кровь была на моих руках, надо сначала хотя бы перчатки надеть.

Тем временем…

— Брат, я не могу сражаться с тобой, пока ты в таком виде!

— Извини, брат, — ну раз уж ты сам напросился, — но по известным тебе причинам доспехи не для меня.

— Тогда я предлагаю тебе сражение на мечах!

Я только скрипнул зубами.

— Верхом?

— Сначала верхом, потом, если кто-то из нас будет спешен, — на земле, до первой крови.

Ясненько. Кто-то донес принцу про мой метод битвы — и Андрэ решил не валяться на земле лишний раз. Только вот не поможет ему эта хитрость. Ни разика.

— Я принимаю твое предложение, брат!

Абигейль кривится, но куда деваться. Да, вот именно так! Брат! И поди докажи обратное! Теперь, если со мной что-то случится на турнире, — Андрэ век не отмыться от клейма братоубийцы. Только он об этом не думает, ему хочется победить.

И его высочество бесстрашно скачет в центр арены. Я направляю коня туда же, Андрэ увеличивает скорость, направляясь ко мне, заносит меч… Щас!

Буду я с тобой драться верхом, жди…

Это у рыцарей седла специальные, с высокой передней лукой, а у меня простенькое, чуть ли не попона на конской спине… Когда Андрэ проносится мимо, я просто свешиваюсь с седла, оказавшись на боку лошади — и чиркаю ножом по его подпруге. Потом выпрямляюсь и скачу дальше. Грохот за спиной свидетельствует о том, что моя затея удалась. Его высочество упал на песок и теперь сильно напоминает вареного рака. К сожалению, упал он на живот, так что смог, загребая песок всеми шарнирами, самостоятельно подняться и теперь ждет меня, Я спрыгиваю с лошади, отпускаю коня, хлопнув его по крупу, — и направляюсь к его высочеству.

Что удивляться — Андрэ попер на меня тараном. Просто, прямолинейно и грубовато. Анри мне бы за такое уши выдрал. Естественно, я уклоняюсь — и Андрэ минут десять гоняется за мной по всей арене. Но это, простите, килограммов двадцать — а то и тридцать — металлолома. Когда это прет лошадь — одно дело, а вот когда ты сам, на своих ногах… Уже через десять минут братец дышит так, что слышно на весь стадион. Я же издеваюсь от души. Верчусь вокруг братца, притворяясь, будто я едва уворачиваюсь от его ударов. Оказавшись за его спиной, то раскланиваюсь, то посылаю воздушные поцелуи, то примеряюсь отвесить пинка… Естественно, простым людям спектакль понравился — и трибуны начали очень быстро орать «Алекс!!!».

Андрэ все больше и больше нервничает — и когда он сам срывает шлем и откидывает его в сторону, я понимаю, что время пришло. В очередной раз уворачиваюсь от его меча и ловко царапаю братца по щеке.

Потекла кровь.

Андрэ останавливается, не веря своим глазам. Я ехидно улыбаюсь:

— Надеюсь, братец, ты не в обиде?

И направляюсь прочь с ристалища.

— Алекс!!!

Чутье демона ревет набатом. Упасть, перекатиться, оглядеться…

В алом песке ристалища дрожит короткая арбалетная стрела. Не увернись я… М-да. Я прослеживаю взглядом ее траекторию. Там кого-то сильно бьют… Отлично. Авось до смерти не убьют, а если что…

— Алекс!

Ко мне бегут Томми и Рене. Я быстро даю Томми ценные указания — и он тут же исчезает с арены. Рене же хватает меня за плечи и принимается оглядывать:

— Живой?!

— Не дождетесь…

Виконт Моринар облегченно выдыхает и хлопает меня по плечу. По тому же самому, которое мне Пфальт отбил… зар-раза!

— Живой…

Я выдергиваю стрелу из песка и направляюсь с ней к дядюшке. Дорогу мне преграждает Андрэ.

— Алекс, ты…

Недолго думая, я крепко обнимаю братца.

— Андрэ, спасибо за поздравления. Мне очень приятно. Это так благородно с твоей стороны — уметь проигрывать!

Похоже, мой братец в родстве с рыбками. Вон как жабрами хлопает. Подойдя к дядюшкиной ложе, я оглядываюсь. Нет, не влезть. Можно бы, но к чему демонстрировать ловкость?

— Дядюшка, а что это за гадость тут летает?

И помахать стрелой.

Дядя оказывается на высоте.

— Победителем турнира объявляется мой любимый племянник, Александр Леонард Раденор!

Трибуны взревели, и прошло не меньше пяти минут, прежде чем речь продолжилась:

— Поскольку на победителя турнира было совершено коварное покушение, торжество по случаю победы будет отложено до выяснения обстоятельств!

Придворные заворчали, но тявкнуть не посмели. Я усмехаюсь. Ну да, да ну? Отложено, потом забыто, а там… либо меня угробят, либо в следующий раз Андрэ подсудят…

Я раскланиваюсь на все четыре стороны и удаляюсь с ристалища. Вымыться, переодеться…

Не дали. Подбежавший слуга передает королевский приказ — немедленно явиться к дядюшке в кабинет. Ну что за сволочи? Не был бы я полудемоном — ей-ей, озверел бы от такой жизни!