Идущий - Игорь Колосов

Растворилась пыль, поднятая лошадью Занла, а Драго по-прежнему смотрел вдаль.

Происходило что-то серьезное, раз один из Совета Ордена талхов находился не в монастыре, а поблизости от Антонии. И, конечно, это было как-то связано с мальчиком.

Уд мог не пойти на запад к монастырю и отправиться к югу, например, к Антонии. Это объясняло появление в этих местах Занла. Почему же он один? Наверное, поблизости находятся другие талхи, а Занл послан вперед. Он спешил, а спешащий всадник привлечет меньше внимания, нежели группа из трех-четырех.

Драго почувствовал ликование – кажется, благодаря редчайшей случайности он нашел след, который тщетно искал. Захотелось спрыгнуть с повозки и действовать, Драго с трудом подавил порыв. Рядом находились стражники из Лакаслии, и лучше оставить о себе меньше подозрительных воспоминаний.

Повозки поскрипывали на поворотах, сплошной лес превратился в островки, которые встречались все реже. Понимание того, что каждая минута отдаляет его от возможности настичь Занла и проследить за ним, подтачивало хладнокровие Драго.

Наконец, Небо послало ему удачу: навстречу процессии ехал всадник. Драго узнал в нем зажиточного горожанина. Скорее всего, вооруженный, но вряд ли у него был арбалет.

Драго не колебался. Монах поморщился, заметив, что возница смотрит на него, простонал и скорчился.

– Ты чего?

Драго не поднимал голову, продолжая стонать.

– Что с тобой?

Достаточно, подумал монах, и посмотрел на возницу.

– Животом мучаюсь. Уже несколько дней. Думал, прошло, но… – Драго застонал.

Возница поморщился, хотел что-то сказать, Драго опередил его:

– Мне б в кустики, – он спрыгнул с повозки. – Езжайте, я догоню.

Один из всадников недовольно глянул на Драго.

– В чем дело?

Возница хмыкнул:

– Понос у него. Пусть сбегает. Засидится – ждать не будем.

Монах прошмыгнул мимо охранников к обочине. Послышались ехидные смешки. Драго действительно спешил, только по иной причине: всадник приближался.

– Ждать не будем, – сказал один из охранников.

Драго сошел в лес. Всадник поравняется с ним прежде, чем процессия скроется за поворотом. Монах побежал к следующему повороту. Остановился, выглянул. Всадник приближался, повозок уже не было видно. С обеих сторон на дороге никого.

Когда всадник поравнялся с тем местом, где затаился Драго, монах решил не выходить на дорогу. Он опустился на одно колено, размотал хлыст и, выждав секунду-другую, взмахнул им.

Конец хлыста обмотал лошадь за шею. Животное остановилось, и монах рывком развернул его на себя. Всадник, растерянный, не ожидавший такого поблизости от Антонии, пялился на хлыст, ничего не предпринимая. Драго чуть отпустил хлыст, чтобы не придушить лошадь, и та глухо заржала. Монах потянул хлыст на себя, вынудив животное сойти с дороги.

Всадник опомнился. Он выхватил меч, взмахнул им, чтобы перерубить хлыст, но Драго его опередил – быстрым движением убрал хлыст, и меч распорол пустоту. Драго взмахнул хлыстом, и тот, обмотав кисть всадника, сорвал его с лошади. Животное заржало, затопталось на месте. Падая, всадник приземлился неудачно и сломал руку, решив свою участь. Драго прижал человека к земле и пронзил кинжалом его грудь.

Горожанин умер, не успев даже рассмотреть своего убийцу. Его конь испуганно переминался с ноги на ногу, раздувал ноздри и косился на человека с кинжалом.

Драго отер кинжал об одежду всадника, спрятал оружие, посмотрел на коня и постарался, чтобы голос звучал ласково:

– Иди же ко мне. Теперь я твой хозяин.