Защитник монстров - Григорий Шаргородский

— А где гномы? — не задумываясь, спросил я и этим испортил триумф моего управляющего.

Элбан поморщился, словно съел лимон.

— Неужели не смог выкупить?

— Лучше бы не смог, — скрипнул зубами Элбан.

— Так, а теперь подробнее. — Мой цветущий оптимизм изрядно подувял. Что ж, в этой бочке меда просто обязана была найтись ложка дегтя.

— Они, как только дошли до дырки в скале, так и закупорили ее от нас. А мешки с зерном забрали, сволочи.

— И что дальше?

— А дальше ничего. — Элбан по-прежнему шел вперед, понимая, что наш путь теперь лежит к огромной скале в торце долины. Встречающие нас люди, увидев озабоченность на лицах эрла и его управляющего, держались на расстоянии. — Через две седмицы на входе появились железные ворота и закованный в броню гном. И все. Ни здрасте, ни до свидания.

— Ты пытался с ними говорить?

— Да чуть ли не каждый день бьюсь башкой в ворота! — вспылил управляющий. — А эта тварь только скалится и что-то лопочет по-гномьи.

На этом информация у Элбана закончилась, и к воротам в поселение гномов мы добрались молча. Управляющему наверняка еще было чем похвастаться, но момент был испорчен.

Все оказалось именно так, как рассказывал управляющий. Между поселением людей и входом в подземелье простиралась стометровая полоса отчуждения. Кто-то даже вкопал в землю обращенные к скале колья.

— Они что, нападали? — спросил я Элбана.

— Нет, — буркнул в ответ управляющий.

Понятно — колья были жестом отчаянья не добившегося понимания человека.

Интересно гномы пляшут, по четыре штуки в ряд…

Вообще-то гном был один, и выглядел он более чем солидно. В состоящую из рифленых угловатых пластин с гномьими рунами броню было заковано все тело, наружу выглядывали только борода и колючие глаза.

— А ну открывай, коротышка! — явно в сотый раз заорал управляющий.

— Элбан, успокойся, — осадил я ретивого подданного и соскочил на землю.

— Позови Гурдага.

— Уграмат, — донеслось из-под шлема.

Очень надеюсь, что это не ругательство, потому что, заведенный недовольством Элбана, я начал закипать, и дело могло принять плохой оборот.

— Здесь только те, кого ты выкупил? — спросил я у Элбана.

— Да, если не пробрались под горой.

В реальность предположения управляющего я не верил, так что передо мной стоит бывший раб, который попросту не мог не знать брадарский язык.

— Слушай меня, вой. Рабский знак с твоей недовольной физиономии сводили за мое золото, и если через минуту здесь не появится Гурдаг, я сильно пожалею о том, что вытащил гномов из колодок, и виноват в этом разочаровании будешь ты.

Злобные хомяки! Он еще думает! Ох и намучаюсь я с этими подземными упрямцами…

Мысль в толстостенном черепе гнома наконец-то завершила полный цикл, и страж подземелья ткнул бронированным кулаком в пластину на воротах. Казалось, по всей горе прошел тревожный гул. Интересно, у верховного воеводы нет случайно родственников-гномов? А то очень уж схожи их повадки.

Гурдаг появился минут через пять, когда мое терпение ушло в изрядный минус.

Створки ворот с шорохом открылись, поражая меня своей толщиной, и из плохо освещенного коридора появился мой старый знакомец. На первый взгляд он был одет как оборванец — в просторные одежды из кожи, которые сверху прикрывал длиннополый плащ. Причем все предметы его наряда были сшиты из лоскутов. Но это только на первый взгляд. Каждый лоскут в одежде подгорного мастера нес в себе скрытый смысл, и, казалось, его охватывал рой сцепившихся друг с другом таинственных знаков.

— Мастер-вой, — с поклоном приветствовал меня Гурдаг, — я безмерно рад видеть вас.

— И теперь на радостях расскажите, что здесь происходит.

— А что происходит? — удивился гном.

— Почему не пускаете внутрь моего управляющего?

— А должны?

Блин, еще один любитель отвечать вопросом на вопрос… Меня посетило ощущение, что от разворачивающегося сейчас разговора зависит в будущем многое, если не все. За этой полуоткрытой дверью находится путь к моему благополучию. Причем войти внутрь можно без проблем, но только гномы смогут достать из недр горы то, что мне нужно. А в несгибаемости их упрямства уже убедился бывший хозяин Гурдага.

— А что, по-твоему, вы здесь никому ничего не должны?

— Гномы всегда отдают свои долги, — поджав губы, сказал Гурдаг. — Мастер-вой в любой момент может получить обратно потраченное на нашу свободу золото. Так же как и плату за право жить в этой горе.

— Значит, так вы расценили мой дар, мастер? — сдерживая ярость, спросил я. — Можно купить или продать раба, а свобода либо завоевывается, либо даруется. Мой дар шел из глубин души и был вызван безмерным уважением к гордости порабощенного, но несломленного мастера.

Гном нахмурился, пытаясь понять подоплеку моей речи.

— Мой отец научил меня простой истине: делай добро и бросай его в воду. Только корыстолюбец или глупец ждет ответа на добрые деяния, потому что делаются они не для того, кому нужна помощь, а для радости дающего. Подарите на свое золото свободу тем своим соплеменникам, которые еще находятся в рабстве.

— Прошу простить меня за резкие слова, мастер-вой, — церемонно поклонился гном. — Мы принимаем этот дар.

— Рад слышать, — кивнул я, продолжая вглядываться в глаза Гурдага. — Да только не пойму, почему гномы решили, что кроме свободы им подарили еще и целую гору?

— Нам казалось, что мы вернулись домой, — неуверенно ответил гном.

— Это вам только казалось, так же как и то, что эта гора вообще была вашим домом. Давайте начистоту, мастер. То, что гномы успели выбить в камне коридоры, еще ничего не значит. Ваша родина далеко на юге. И эта часть Лорхских гор никогда не принадлежала подгорному племени. Теперь же это моя земля, а вы в качестве моих гостей грубите моему же управляющему.

— Он вел себя как наш хозяин.

— Он вел себя как глаз и рука хозяина этой долины. И на многое имел право.

Гурдаг на пару секунд задумался. Он уже успел сжиться со статусом предводителя вольного клана, а тут такой облом. Плечи гнома поникли, будто он вновь ощутил гнет рабского ошейника, но затем расправились в гордом порыве.

— Какие будут приказания?

— Вы опять ничего не поняли, — сокрушенно покачал головой я. — У меня нет ни малейшего желания приказывать вам. Живите как хотите. Никто не собирается лезть в вашу жизнь и отдавать приказы, но богатства этой горы мы поделим. Причем только богатства. Мне нет никакого дела до секретов вашего мастерства, а вот золото, которое можно получить, благодаря тайнам гномов, очень даже интересует. Неужели мой управляющий не говорил вам о сделке?