Мой лучший враг - Елена Шторм

Иден

Утро какое-то паршивое. Начало новой недели – явно не мое любимое время.

Остервенело чищу зубы в ванной, будто за работу щеткой с сегодняшнего дня выдают медали. Треплю мокрые волосы и криво улыбаюсь отражению в зеркале.

В ответ на меня смотрит какой-то хмурый тип.

Итак, что мы имеем?

Бесенок не хочет быть моей парой. Кто бы мог подумать.

На самом деле я наделал глупостей – вот прямо точно могу сказать, что вчера все пошло наперекосяк. А так хорошо ведь складывалось. Моя недоверчивая избранница надумала себе кучу любопытных вещей и решила держать меня подальше от Глории. Обвивала меня руками на тренировках, готова была отгонять соперницу грязной метлой и еще немного – сама набросилась бы на меня, лишь бы отомстить.

Это, конечно, не очень помогало душевному и физическому равновесию, но я все же уже не подросток. Могу держать себя в руках, правда?

Оказалось – нет.

Вчера ее пальцы зарывались мне в волосы, она так прижималась ко мне в танце, что я едва не начал срывать с нее платье прямо в зале. Картина наверняка запомнилась бы преподавателям и молокососам с первого курса. В итоге я развеял ее прекрасные иллюзии и заговорил про искренность. Зачем? Потому что не так уж люблю врать, как хотелось бы? Или потому что не вовремя вспомнил все пафосные речи Илмана про то, что в паре должно быть доверие?

Чужой разум мне никогда не помогал. Все только испортилось, конечно.

Теперь бесенок увидела мои карты, не впечатлилась и предлагает мне потерпеть друг друга и забыть.

Говорит, что я ничего не знаю об отношениях.

Что тут знать? Отец с матерью встречались два с половиной года до свадьбы – по лучшим аристократическим традициям, с цветами, совместными поездками и вылазками на благотворительные вечера. И какой бесов толк во всем этом, кроме трех спешно наструганных сыновей?

В бурю традиции, подготовку и сопливые разговоры. Не я придумал факультет, на котором из случайных людей пытаются сделать супругов, но идея нравилась мне изначально.

Когда я прикидывал свое будущее с Глорией.

И варианты с бесенком нравятся мне еще больше, гораздо больше.

Мы действительно можем хорошо работать в паре. Я болею ей, хочу ее, меня даже посещают совсем непривычные мысли.

Например, что играть с ней в галантность – весело и несложно. Я мог бы заделаться профессиональным отодвигателем стульев и открывальщиком дверей. Что мне нравились наши последние дни, даже если я понимал, что постоянные желания сделать с избранницей что-нибудь порочное далеки от реальности. Что поцеловать ее стоило гораздо раньше, года на два.

Она, между прочим, совсем не стояла столбом. Эта попытка ответить, укусить меня – она едва не выбила мне мозги.

Я вроде бы спал с сокурсницами, видел вещи раз в двадцать бесстыднее. Понять, с чего один демонов поцелуй вызывает такие эмоции, вообще проблема.

Как и решить, что делать дальше.

Из хорошего: бесенок понимает, что сейчас уйти от меня не может. Пожалуй, я и тогда, после разговора с Илманом, воспользовался ситуацией – потому что понял, что она не уйдет.

И потому что перед этим пару часов думал, как она встречается с Тео. В платье, плохо прикрывающем бедра, еще хуже – плечи, в дурацком парке. В какой-то момент просто представил, что сопляк тянет к ней руки, целует ее, – и послал все к ифритам.

Успел, между прочим. Забрал ее и увел.

Но недоумок ей дорог несмотря ни на что. Даже если она говорит, что больше не будет искать его внимания. Она предпочла бы его мне в любой момент. В голове от этой мысли гуляет стылый ветер, в груди что-то наливается и скребет. Хочется пойти к Тео прямо сейчас, воспользоваться правом ревнивого почти жениха и впечатать его рожу в стену пару раз. Или оторвать ему то, чем он вообще может соблазнять женщин, – чтобы уж точно закрыть вопрос.

Останавливает мысль, что бесенку это не совсем понравится.

Мы встречаемся в гостиной, и она сегодня непривычно собрана. Здоровается со мной. Смотрит немного настороженно.

– Выспалась, дорогая?

– Да, дорогой. А ты?

Это немного не то, чего я ожидал.