Отдел 15-К. Тени Былого - Андрей Васильев

– Ты чего трясешься? – тетя Паша окинула взглядом полненькую девушку лет двадцати пяти, вошедшую в комнату.

– Алина, – жалобно проныла та, ткнув пальцем в направлении мертвого тела. – Она глядит на меня!

Из и без того зареванных глаз снова потекли слезы, рот девушки некрасиво искривился.

– Нужна ты ей, – проворчала тетя Паша, доставая из дамской сумки, которая висела у нее на плече, носовой платок. – У этой красотки в данный момент других забот полон рот, особенно учитывая тот образ жизни, который она вела при жизни. Наверняка ведь она лахудра еще та была, верно? Так что там, наверху, ее ничего хорошего не ждет, о том сейчас и все ее печали. Да и о ком здесь грустить? Уверена, что покойная тебя ни в грош не ставила.

Произнеся последнюю фразу, уборщица накрыла лицо покойницы платком.

– Алина была профессионалом, – уклончиво ответила девушка. – Настоящим.

– То есть выдавала все твои заслуги за свои? – уточнила тетя Паша. – Ты вела все дела журнала, сводила номера, писала отменные материалы, но везде стояла ее фамилия. И на мероприятия разные, где награды раздают вашей братии, ездила именно она, тебя к ним и близко не подпуская. А еще постоянно звучала фраза «пойми, это нужно для общего дела».

– Она пробивала финансирование, – отвела глаза в сторону девушка. – У нее было имя, под него акционеры давали деньги. И помещение нам тоже они предоставили. Если бы не Алина, его бы давно продали. Есть компания, она большие деньги за него предлагает акционерам, но Алина…

– Имя ей сделала ты, милая, своим талантом и трудом. А деньги ей давали совсем за другое, и ты прекрасно знаешь, за что. Тебя как зовут?

– Варвара. – Толстушка снова расплакалась. – Ну пусть и так. Но что дальше делать? Алина, она была…

– Это законченное предложение, – оборвала ее тетя Паша. – Она была. Больше не будет. Теперь главная ты, прими сей факт как данность.

Коля только глазами хлопал, слушая эти речи. А какое им вообще дело до того, что с этим журналом будет дальше? С чего тетя Паша так печется о его будущности?

– Печать у тебя хранилась или у нее? – деловито осведомилась у журналистки уборщица.

– Вон там она лежит. – Варвара мотнула подбородком в сторону небольшого дешевенького сейфа. – Обычно.

– Так проверь, на месте она или нет. – Тетя Паша всплеснула руками. – Это будущее твоего издания. Что ты глазами хлопаешь, как бабочка крыльями? Твоего, милая, твоего. Или есть кто-то, кто болеет за дело больше, чем ты? Для Алины твоей журнал всегда был забавой, не более того. Ну и местом, определявшим ее социальный статус, чтобы на визитке надпись красиво смотрелась. А ты сюда душу свою вложила всю без остатка. Этот журнал – твоя жизнь.

– Да, – пробормотала девушка, перестав плакать. – Все так.

– Так пиши приказ, что временно именно ты возглавишь данное издание, – подошла к ней вплотную тетя Паша. – Тут ведь как – кто первый встал, того и тапки. Говоря иначе – у кого печать, тот и главный, пусть даже в статусе ВРИО. Или ты своих товарок не знаешь, Варюшка? Им на то, что ты при Алине заместительницей значилась, плевать. Им вон то кресло подавай, власть полной ложкой и доступ к банковским счетам. Угробят они журнал, как есть угробят. И пойдут все твои труды прахом.

– Ну да, ну да, – подтвердила девушка. – А почему вы…

– На внучку мою ты похожа, – задушевно ответила тетя Паша, недослушав журналистку. – Я это сразу подметила, как только тебя внизу увидела. Вообще-то добренькой меня не назовешь, но тут вот не удержалась. Я все же живой человек, есть у меня сердце.

Коля и Вика переглянулись, окончательно перестав понимать, что творит их коллега. Нет, что она сейчас ездит по ушам совсем растерявшейся журналистке, было ясно, особенно учитывая то, что у тети Паши сроду никакой внучки не имелось. У нее вообще из родни вроде только сестра двоюродная имелась, да и ту никто никогда не видел. Неясно только, зачем она все это творит. Ну не по доброте же душевной, в самом деле?

Но это сработало, толстушка так воодушевилась словами уборщицы, что мигом забыла о своей мертвой начальнице, включила ноутбук, лежавший на одном из столов, и шустро начала барабанить пальцами по клавишам.

– Во-о-от, – одобрительно протянула тетя Паша, стоящая за ее правым плечом. – Верно. И назначить ее временно исполняющей обязанности директора.

– Главного редактора, – поправила ее Варвара. – Директором не могу, там одного приказа мало, там через устав надо проводить.

– Ну пусть будет главный редактор, – разрешила старейшая сотрудница отдела. – Как скажешь. Сержант!

– Я! – гаркнул от дверей полицейский.

– Тащи сюда всех остальных сотрудников, будем их вводить в курс дела. Дескать – журнал жив, процесс не остановлен, новый капитан у руля. Варвара, ты кого ждешь? Открывай сейф, ставь печать, регистрируй приказ, чтобы он в законную силу вступил. Чтобы никто из твоих коллег и пикнуть не смел!

– Все равно недовольные останутся, – вздохнула девушка. – Да и сомневаться я начала, что так можно поступить. Мы же команда…

– А ты не сомневайся, – вкрадчиво шепнула ей в правое ухо тетя Паша, да еще и за плечи приобняла. – Не надо. Кто по документам главным значится, тот он и есть. Мы не в пещерные времена живем, когда все решали кулак и клык, а в новейшее время. У нас бытие определяет документооборот, по крайней мере здесь и сейчас. Ну а что до остального… Пусть они друг друга сами сожрут, а ты на это со стороны посмотришь. Как объявишь о своем назначении, сразу вели им домой идти, дескать, все понимаю, у всех стресс. Они, понятное дело, в ближайшем кафе засядут и начнут тебе кости перемывать, а после судить да рядить, кто из них мог бы главным стать. Ну и как тебя с трона столкнуть. Поверь, уже через час все переругаются, потому что каждый считает, что место главного редактора ему достаться должно. Ну а где началась свара, хорошего заговора не получится. А тебе только того и нужно! А мы со своей стороны, когда с владельцами журнала общаться станем, намекнем, что лучше твоей кандидатуры вон на то кресло не сыскать.

– Зачем вам с ними общаться? – изумилась окончательно оторопевшая Варвара.

– А как же без этого? – всплеснула руками тетя Паша. – Следствие, милая моя, никто не отменял. Труп с признаками насильственной смерти наличествует, так что дело, считай, уже открыто. Опрос свидетелей, подозреваемые, прокуратура, дознаватели, – все будет. Процедура есть процедура. Но почему бы попутно нам и доброе дело не сделать, внученька, почему за тебя не поратовать?