Правила колдовства - Сергей Малицкий

– Вы как хотите, а я иду в нашу комнату! – твердо сказала Йора, подхватывая кота.

– Зачем? – хором спросила Гаота и Дина.

– Почему-то мне захотелось срочно почистить свой меч, – понизила голос Йора. – Или хотя бы подержаться за его рукоять.

* * *

Это и в самом деле успокаивало. Троица закрылась у себя в комнате, оставила кота на свободной кровати, и каждая из троих извлекла из своего шкафчика свой собственный меч. Девочкам еще не приходилось сражаться с оружием, хотя прошедшим летом каждая из них вдоволь потаскала свой меч на собственном поясе, но держать мечи в руках стараниями тех же Пайсины, Юайса, Домхана и Крайсы они уже немного умели.

В руках Гаоты был чуть изогнутый клинок ее матери. Единственная память о ней. И всякий раз, когда девочка брала его в руки, она вспоминала страшное – гору мертвых врагов и сверкающий меч, стиснутый в материнском кулаке. Та не выпустила клинок и после смерти. Более того, лишь ее руку Гаота и видела. Сразив целую стаю имни, ее мать была разорвана на куски. Там же погибли и сестры Гаоты, и ее отец.

В руках Дины был прекрасный прямой тэрский клинок. Как сказал Гантанас тогда, клинок времен Черной Башни. Принадлежавший когда-то защитнице Стеблей, которая, как и мать Гаоты, пала, не выпустив его из руки. Клинок с серебряной ниткой в поковке, с клеймом другой легендарной крепости – Цветы. Клинок, которому не было цены.

Йора гладила пожалуй самый странный меч из трех. Небольшой и на удивление легкий фальшион, что вызывало зависть всех девчонок, был выполнен из странного полупрозрачного материала. Вот такие чудеса когда-то изготавливали в чудесном городе Бейне, чьи развалины до сих пор лежат недалеко от Курсы.

Девчонки подняли глаза, посмотрели друг на друга, поняли, что они, не сговариваясь, одновременно ревут и не смогли не закатиться в хохоте, заставив фыркнуть даже обычно невозмутимого Брайдика.

– Что это значит, меч маола? – спросила Гаоту Дина.

– Ты же знаешь… – пожала плечами Гаота. – Это значит, что моя мать была не человеком, а имни. Маола.

– Самое трудно место в оборачивании, – проворчала Йора. – У всех имни есть какие-то отличительные способности. Ну там… кто-то оборачивается…

– В камень, – прыснула Дина.

– И в камень тоже, – гордо сказала Йора. – Кстати, Деора сказала мне, что это лишь первая ступень. Я смогу обернуться во что угодно!

– Но только в неживое, – погрозила ей пальцем Дина.

– А вот это я еще не знаю, – призналась Йора. – Хотя, я оборачивалась в дерево. Но уже не помню, живое оно было или нет. Главное, что я живая.

– Это точно, – кивнула Гаота.

– Так вот, про маолу, – продолжила Йора. – Они же ни во что не оборачиваются. Ну, живут дольше обычных людей. И все! Почему не назвать их просто – люди?

– Я не против, – засмеялась Гаота. – В любом случае, я полукровка. Так что буду жить долго, но не слишком долго.

– Посмотрим еще, кому из нас сколько удастся прожить, – вздохнула Дина. – Неизвестно даже, удастся ли нам дожить до старости.

– Не хочется до старости, – призналась Йора. – Лучше до зрелости. Но чтобы долго. Пока не надоест.

– Никогда не надоест, – засмеялась Дина, перебрасывая свой меч из руки в руку.

– Непонятно, как его чистить, – пробормотала Йора, гладя полупрозрачный клинок своего фальшиона. – Брайдем сказал, что точить нельзя ни в коем случае, зря время потеряю. Только протирать и лучше вином.

– Где же его взять? – не поняла Гаота.

– Можно и водой, но вытирать насухо, – заметила Йора. – А Габ так и вообще отказался что-то советовать. Взял магнитный камень, оторвал его от железной трубы и приложил к моему клинку. И сказал, что если бы камень прилип, значит, у меня был бы меч из металла, и он что-нибудь посоветовал бы. А с такой поделкой надо или к Уинеру идти, или к Юасу, тот больше всех знает про Бейн. Но я никуда не пошла. Потом как-нибудь.

– А магией ты его будешь наполнять? – спросила Дина.

– Нет, да я еще и не умею этого, – пожала плечами Йора. – Гаота, когда там Джор сделает нам жезлы? Ты не спрашивала?

– Я спрашивала, – сказала Дина. – Джор сказал, что скоро. Они там с Тисом затеяли что-то особенное.

– У Тиса был особенный меч, – вспомнила Гаота. – Конечно, не такой, как у меня или у вас, но он выковал его сам.

– Интересно, что с ним случилось, – задумалась Йора. – Надеюсь, однажды он нам это расскажет.

– Ну, мы же тоже не все можем ему рассказать, – пожала плечами Дина. – Послушай, Гаота. Кажется, Гантанас сказал, когда возвращал тебе меч твоей матери, что видит подобный меч всего второй раз. Что он имел в виду?

– Мне кажется, что у Юаса такой же меч, – заметила Гаота.

– Значит, Юайс – маола, – заключила Йора. – Или полукровка.

– Когда-то маола были личной гвардией страшного бога, – прошептала Гаота. – Дайреда! Того, кого мы все тут боимся!

– Я нет, – пискнула Йора. – Ну, пока нет!

– Я тоже, – прошептала Дина. – Но то, что этот меч из другого мира… заставляет задуматься…

– Год назад, когда я только появилась в Стеблях, ко мне подходил Джай, – вспомнила Гаота. – Разглядывал рукоять меча и сказал, что это резьба маола. Он не так прост, мне кажется.

– Лучше бы он был попроще, – скривилась Дина. – Страшно подумать, что с ним будет через два или три года. Вообще не будет никого замечать. Кстати, всем мечи раздавали? Свои ведь были только у тебя, и у Тиса?

– У Мисарты, – сказала Йора. – Я помню. Она появилась в Стеблях с мечом.

– Надо бы к нему присмотреться, – задумалась Гаота.

– Присмотримся, – пообещала Дина.

* * *

Они столкнулись с Мисартой на выходе из дома учеников. Маленькая Йока проскочила мимо и затопала по лестнице, а Мисарта замешкалась и столкнулась носом к носу со всей троицей.

– Мы все узнаем, – неожиданно твердо сказала Дина.

– Узнаем, кто убил Спрая, а кто лжет, – добавила Йора.

– Мы никого не хотим обидеть, – пожала плечами Гаота, – но опасность может исходить от кого угодно.

Мисарта медленно оглядела всех троих и вдруг сделала то, чего никто из подружек не ожидал. Твердая, непробиваемая, спокойная и невозмутимая девочка заплакала. Она оставалась неподвижна, но слезы покатились по ее щекам градом.

– Что тут происходит? – строго спросила проходящая мимо Олла.

– Ничего, – всхлипнула Мисарта. – Просто в глаз что-то попало. Наверное, лошадиная шерстинка. Мне надо умыться. Простите.